Не у всех наших конкурентов есть оффлайновые магазины. Некоторые снимают крошечные рабочие площади в неприметных офисных зданиях, где встречаются с клиентами только по предварительной договоренности. Некоторые работают с клиентами по FaceTime, хотя я не уверена, что это потребует столько людей, чтобы было необходимо платить Джесс. Есть примеры; я видела, как другие ювелирные компании работают именно в таком режиме. Но в этом не будет ничего особенного. Мне будет казаться, что у нас не получилось.
– Понимаю, это не идеально, но, похоже, это сейчас единственное, что мы можем, – говорит Софи.
– Я волнуюсь, как это отразится на нашей репутации, – отвечаю я.
– А что, будет лучше, если мы будем вынуждены совсем уйти из бизнеса? – замечает Софи.
Я не могу не думать о том, что было несколько месяцев назад, когда я была полна безграничной оптимистической энергии по поводу всего, что может случиться. Да, у меня было кольцо с бриллиантом и не было ни мужчины, ни плана, но мне казалось, что у меня масса возможностей. Это было волнующе. У меня был выбор. Теперь кажется, что выбор я сделала неправильный. Как сказала Софи, тайное стало явным, я получила кучу писем от авторов и редакторов разных свадебных журналов и женских сайтов, все они предлагают написать о моей свадьбе, если я соглашусь на интервью. Черт, где-то там портниха подгоняет мое платье по фигуре как раз в эту минуту. Хорошо это или плохо, но подготовка к свадьбе идет, и это по-прежнему может спасти бизнес.
– Я не готова пока отказываться от магазина, – в конце концов говорю я. – Не знаю, как я все это буду исправлять. Но попробовать надо.
«Зайду выпить, – пишу я Раджу, выходя в тот вечер из магазина. – Мне правда надо».
«Что случилось?» – отвечает он.
«Ы. Лично расскажу», – пишу я.
В «Золотых годах» сегодня непривычно много народу; заняты все барные табуретки, а группа клиентов стоит с бокалами в руках, жадно глядя на места вдоль стойки. Когда Радж меня замечает, то машет в сторону самой дальней от двери табуретки. Я протискиваюсь сквозь толпу, и меня встречает башня из сырных палочек и полный кувшин пива.
– Я решил, тебе понадобится больше одного бокала, – говорит Радж, улыбаясь поверх этих трофеев. – И я сберег для тебя место от этой бригады отмечающих день рождения.
Впервые больше чем за сутки я по-настоящему улыбаюсь. Усаживаюсь на табуретку и тут же запихиваю верхнюю сырную палочку в рот, пока Радж наливает мне первый бокал пива.
– Ы осто амгем, – говорю я, пытаясь назвать его ангелом с набитым жареным сыром ртом.
– Так что у тебя стряслось? – спрашивает он.
Я бормочу объяснения в тарелку, чтобы не видеть лица Раджа.
– Мы с Блейком расстались, – тихо говорю я.
Я почти чувствую, как сидящая рядом девушка прислушивается, а мне не улыбается оказаться в вирусном твите про подслушанную в баре историю разбитого сердца.
– Он был готов объявить о нашей помолвке, а я просто не могла ему позволить это сделать до того, как он узнает правду про то, почему я за ним охотилась и как планировала свадьбу. Так что я ему сказала, и он, ну, расстроился.
– Элайза, нет, – морщится Радж. – Мне так жаль. Это ужас.
Но то, что он говорит дальше, застает меня врасплох.
– Как ты, держишься? – спрашивает он.
Я не заслуживаю сочувствия. Я пожимаю плечами и смотрю в тарелку, чтобы не смотреть Раджу в глаза.
– Ладно тебе. Расставание всегда ужасно. Не надо делать вид, что ты молодцом.
– Да, но я это заслужила. То, что мне так погано, – замечаю я.
– Может, это была не лучшая твоя идея, но ты хорошая, – говорит Радж. – Я знаю, что хорошая. Иначе ты бы вообще не созналась Блейку.
Я не знаю, верю ли я ему. Меня внезапно страшно тянет грызть ногти или ковырять пальцы, – что угодно, только бы отвлечься от своих чувств, – но я знаю, что нельзя.
– Так что теперь? Свадьба отменяется? – спрашивает он.
– Не знаю. Наверное. Я просто… я не знаю. Я не знаю, смогу ли поговорить с Блейком.
Радж снова морщится.
– Да, это будет непросто. После того, как ты типа растоптала его чувства.
Его слова заставляют меня очнуться от жалости к себе и что-то сделать.
– Не начинай, – говорю я, кидая сырную палочку ему в лоб.
Он успевает нырнуть и уклониться и стреляет в меня из пальцев, давая понять, что не считает меня уж совсем скотиной. Или, по крайней мере, я надеюсь, что именно это он имеет в виду. Потом он срывается к клиенту.
Пока Радж работает, я мрачно листаю Инстаграм. Похоже, Холден и Фэй ходили в выходные на свадьбу. Он запостил их совместную фотографию в вечернем; она откомментила: «Мой вечный спутник на свадьбах». Я так стискиваю зубы, что они сейчас рассыплются в пыль.
Радж еще занят. Меня трясет от отчаяния. Если кто-нибудь и знает, что сказать, чтобы мне сейчас стало лучше, это Хелен – обо всем этом надо поговорить с ней. Я набрасываю ей письмо.
«Привет, Хелен.
Как ты? Знаю, что меня давно не было слышно. Прости, что не звонила чаще. Я по тебе скучаю.
У «Украшений Бруклина» дела идут неважно. Осенью нам поднимают аренду, а я не знаю, сможем ли мы ее себе позволить. Ну, это не совсем правда – я точно знаю, что не сможем. Я думала, у меня есть план, как с этим справиться, но все развалилось, и…»
Радж возвращается ко мне с надеждой в глазах.
– Вид у тебя несчастный. От чего тебе станет получше? Выпить? Отвлечься? – предлагает он.
– Отвлеки меня, пожалуйста. Это было бы идеально, – говорю я, сохраняя и закрывая черновик письма, прежде чем закрыть его.
Я все равно ничего не могу рассказать Хелен, чтобы не выглядеть неудачницей. Я не хочу, чтобы она видела меня в таком состоянии; она будет разочарована.
– Ну, у меня день был не такой драматичный, как у тебя, но получилось совершить прорыв с МРП для Кармен – с минимально рабочим продуктом, – напоминает он мне. – Я пока не закончил, но думаю, она будет очень довольна. В смысле, надеюсь.
Он стучит по деревянной стойке.
– Круто, – отвечаю я, желая, чтобы голос у меня был по-настоящему воодушевленным, как Радж того заслуживает.
– Я хотел сегодня утром позаниматься в зале, но потом решил быть с собой честным и отменил членство в клубе, куда за последние месяца два заходил, может, пару раз, – добавляет он.
– Ха, – говорю я. Звучит уныло; я даже засмеяться толком не могу.
Он на мгновение задумывается, потом вытаскивает телефон.
– Я тебе просто покажу самых хорошеньких зверят во всем интернете, ладно? – говорит он.
И пожалуйста, секунду спустя я уже смотрю на маленькую альпаку, едва стоящую на ножках и выглядящую так, будто она состоит в основном из пуха, а не из кожи и костей. Потом он показывает мне гифку с кучей извивающихся новорожденных золотистых ретриверов, а потом самого милого котенка с белой манишкой, которого я видела в жизни. Этого хватает. Мой рептильный мозг счастлив; я даже пищу.
– Ага! – с торжеством произносит Радж. – Улыбнулась. Есть! Сейчас вернусь.
Он хватает одну из моих сырных палочек, быстро осматривает зал, чтобы убедиться, что никому не требуются его услуги, и ныряет в комнату для персонала. Я жду, прихлебывая пиво, поедая сырные палочки и рассматривая людей, вместо того чтобы сидеть в телефоне. Но в итоге мне приходится посмотреть, сколько времени. Прошло пятнадцать минут. Странно, что Раджа так долго нет. Я вижу, что посетители тоже начинают дергаться; тут, похоже, первое свидание пошло не так, один скучающе смотрит в пространство, другой машет, чтобы принесли счет. Два человека навалились на стойку, они хотят заказать напитки. Где Радж? Я уж думаю, не написать ли ему. Особенно странно, что он вот так без предупреждения исчез, когда здесь я. Между нами уже давно существует неписаное правило: я прихожу не только выпить, я прихожу к другу. Даже если технически он работает, «Золотые годы» – отличное место, чтобы потусить.
Как раз когда у парочки на свидании делается такой вид, как будто они сейчас умрут от скуки, появляется Радж. Он быстро обслуживает клиентов: принимает заказы, предлагает повторить, распечатывает чеки. Потом возникает у моего конца стойки.
– Как у нас тут дела? – спрашивает он.
– Все в порядке? – спрашиваю я.
– А, да, да, да, – отвечает он, зачесывая пальцами волосы. – Все хорошо. Ты слышала, что сегодня твитнул Трамп?
– Нет. Наверное, пропустила.
– А, ну так вот… – говорит он, вытаращивая глаза.
Пока мы говорим о политике, о мелкой драме барменов в «Золотых годах» и о нелепых сексуальных похождениях парня, с которым Радж снимает квартиру, туман печали, окружавший меня со вчерашнего дня, начинает рассеиваться. Радж очень горячо участвует в разговоре – говорит эмоционально, машет руками, слушает очень внимательно, из-за чего мне кажется, что ему действительно не все равно. Временами ему приходится отбежать к клиенту, но он всегда возвращается и продолжает разговор с того места, где остановился.
А потом Радж внезапно смотрит поверх моего плеча на дверь бара. Здесь шумно, но я различаю знакомые голоса. Я оборачиваюсь и вижу Софи, Лив, Кармен, Джесс и даже Сашу и Кэролайн из колледжа. Сашу и Кэролайн я не видела несколько месяцев – поверить не могу, что они здесь. Они проталкиваются через толпу и кидаются меня обнимать.
– Сюрприз! – кричат они.
Кармен водружает мне на голову тиару из стразов, а у Софи в руках небольшой букет подсолнухов, завернутый в бумагу.
– Девочки! Вы что здесь делаете?! – верещу я.
Они робко смотрят на Раджа.
– Это его идея, – объясняет Джесс.
Я разворачиваюсь на барной табуретке к нему лицом.
– Ты это все сделал для меня?
Он чешет затылок и краснеет.
– Ну, может, я отлучился написать Кармен, а она все устроила.
– Радж!
– Ты сказала, что хочешь отвлечься! Я подумал, что вечеринка-сюрприз – самое то.
Меня просто сносит этой любовью и поддержкой, не считая того, что у меня ком в горле. У моих слезных протоков напряженный день. Я тянусь через стойку, чтобы обнять Раджа – так крепко, как только позволяет это положение.
"Любовь с первого лайка" отзывы
Отзывы читателей о книге "Любовь с первого лайка". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Любовь с первого лайка" друзьям в соцсетях.