Сегодня, правда, я по большей части молчу. Во-первых, еще немного диалогов о помидорах, и я точно свихнусь. Во-вторых, бутылку вина официанты чудесным образом припарковали очень удачно. Ну, то есть близко ко мне.

Красное. Сухое. Любимое. Прямо манит. После очередной адской недели – идеальный вариант.

Подарки папе неизменны – о том, что он коллекционирует глобусы, знают все. Никита Викторович дарит какой-то невообразимо дорогой, коллекционный, а я – свою гордость, добытый в деревне у каких-то местных умельцев шарик, на котором эта самая деревня центром мира и изображена.

Папа в восторге.

Ну, а дальше все по плану – салаты, горячее, тосты. Правда, в какой-то момент я все же понимаю, что силы свои явно переоценила.

Ну, в тот самый, когда картинка начинает плыть перед глазами. Мама понимает это сразу, словно защитная система срабатывает.

- Женя, может, чай попросить, а, пока сделают, ты на террасу выйдешь?

Хорошо, что кивка для того, чтобы обозначить свою позицию, было достаточно. На большее я сейчас явно не способна. И как меня так быстро развезло?

Мама кивнула в ответ, правда куда-то в сторону и осталась сидеть на месте. Я же отправилась к выходу.

О том, что я шла не одна, догадалась в дверях на летнюю террасу, которые не поддались с первого раза, но потом все-таки открылись, правда не моей рукой.

Свежий воздух помогает. Не так хорошо, конечно, как хотелось бы, надо было думать раньше.

Голова с утра будет болеть знатно, каких таблеток не выпей.

Одно радует – уже в адский день номер один на следующей неделе Никита Викторович уезжает в командировку по регионам. Ежегодный ритуал, который он обязан совершать лично.

Для меня это бесспорный плюс – все-таки офисные кобры без своего заклинателя куда менее опасны, чем с ним.

Этой радостной новостью, о которой я только вспомнила, хочется поделиться со всем миром. Это ж какая жизнь начнется! Да, надо точно об этом кому-нибудь рассказать, чтобы восстановить баланс добра и зла.

Пожалуй, тот, кто вывел меня на улицу, вполне сгодится.


Так и рассказываю о своей радости, смотря на водную гладь. Не сомневаюсь, что слушатель за меня рад.

Кстати, а кто у меня там в слушателях?

Оборачиваюсь. Вполне грациозно для того, чтобы не упасть в воду, но не слишком изящно, чтобы удержать равновесие. В итоге хватаюсь за протянутую руку и смотрю на своего спасителя.

У-у-у-упс!

- Тебе не кажется немного несправедливым то, что я по твоей вине сегодня сперва искупался, а теперь спас от незапланированного купания тебя? – кажется, босс не слишком рад сложившейся ситуации, хорошо хоть, что не развивает тему моей радости по поводу его отъезда.

Пока не развивает.

Так, надо его как-нибудь отвлечь, чтобы и не развил.

- Почему это незапланированного? Я, может, хотела освежиться. Вот с самого момента вашего купания хотела! – блин, вышло как-то невнятно, остается надеяться, что начальник понял.

- А, хотела? – Никита Викторович удивленно вскидывает бровь.

На этот раз обходимся без реплик с моей стороны. Вместо этого предпочитаю просто с энтузиазмом кивнуть.

Кто же знал, что этого окажется достаточно для того, чтобы босс резко выпустил мою руку.

И вот я уже падаю куда-то.

Надеюсь, в озеро.

Блин, а делать-то что? Руками помахать?

А поможет?

Он перехватывает мою ладонь в последний момент. Притягивает к себе. Хотя, может, и не притягивает, это я равновесие не удерживаю и прижимаюсь к его груди.

- Никита Викторович, вы идиот?

Фраза вырывается сама собой. Вообще-то я планировала спросить что-то типа: «Зачем вы так поступили?» или «Как пройти в библиотеку?», на худой конец, но получилось, почему-то, про идиота.

Ладно…

- Да нет, вроде.

- Тогда зачем вы это сделали? – во-о-от, могу же, если постараюсь.

- Ты же сказала, что хочешь искупаться. – у босса в глазах искорки и ни тени раскаяния.

Логично, и не поспоришь ведь.

И что в таких ситуациях обычно дальше делают? Предполагаю, что сваливают. Надо этим заняться. И побыстрей, пока еще чего не приключилось.

Только сперва надо как-то отлепиться от груди босса.

Так. На счет три. Раз, два…

- Женя, с тобой все нормально?

- Подождите! Я тут от вас себя отлепляю! – зачем-то сознаюсь честно.

- А-а-а, тогда окей. Не буду мешать.

Три.

Вышло не так изящно, как я хотела, но все-таки вышло. Правда, ладонь шефа отпустить я так и не смогла. Без точки опоры все было совсем сложно.

- Как бы прискорбно это не звучало, мне, кажется, нужен штурман. – да что же за вечер откровений.

Может, пока не поздно, попросить скотч?

К счастью, Никита Викторович комментировать происходящее не стал, или я этого просто не слышала.

Не нужно все-таки исключать тот вариант, в котором на самом деле я тащила изо всех сил сопротивляющегося босса следом за собой.

Мы прошли по террасе, свернули возле бассейна, где шеф на пару минут задержался. Зачем – сложно сказать, я к тому времени думать могла только об одном – пить хочется чертовски.

Каковой же была моя радость, когда я заметила в руке босса, свободной от меня, стакан. Забрала его, не спрашивая разрешения, потом благодарить буду, и выпила содержимое до дна. И тут произошло сразу две вещи.

Во-первых, раздался голос начальника:

- Дядя Дима меня прибьет…

Во-вторых, я поняла – в стакане был совсем не сок.

А вот дальше я уже не понимала ничего.

Разумное мышление ко мне вернулось лишь тогда, когда раздался настойчивый стук в дверь.

На этом моменте стоп! Какой стук? Какая дверь?

Кровать? Мой номер?

О-о-очень яркий свет… Утро, что ли?

И этот непрекращающийся стук!

- Иду я! – вышло громко, даже зажмуриться пришлось, а глаза и так сложно было открыть.

Стук стихает, но ощущение, что ожидающий за дверью человек готов оставить меня в покое, не появляется. Приходится встать.

Перед тем, как выпить жидкость, налитую в стакан, стоящий на тумбочке, принюхиваюсь. Почему-то мозг считает, что так правильно.

Вода. Супер! Пью.

За дверью оказывается мама. Очень взволнованная мама. Счастливо, так, взволнованная.

- Доброе утро! – бубню не особо жизнерадостно.

- Женечка! Выспалась? – судя по тону родительницы, я вчера успела спасти человечество. Круто, наверное, хоть и не помню ничего.

- Не особо. – отвечаю честно.

- Ну ничего, выспишься еще! Я так поздравить тебя хотела, даже не выдержала, пока ты сама придешь! Это же такие перспективы! Такой опыт!

Она по-прежнему про спасение человечества? Надо бы уточнить…

- Мам, а ты о чем?


- Как это «о чем»?

Я ее как будто в лучших чувствах обидела.

- Ну… Говоришь.

- О поездке вашей совместной с Никитой по регионам! Он же тебе такую возможность предоставляет! – и понеслось по второму кругу. – Такие перспективы! Такой опыт!

Чего?!

- По регионам? – ну, это я чисто на всякий случай уточнила.

Лучше бы не спрашивала. У мамы теперь вид, как будто я ее предложила в болоте искупать (ни разу, на самом деле, не предлагала, но, предполагаю, что вид был бы именно таким).

Мне радоваться, что ли, нужно?

- Жень, ты совсем не выспалась, что ли? Никита к полуночи в ресторан вернулся. Или вы потом еще гуляли?

Воу! Очень сложные подробности на мою больную голову!

К двенадцати?

Кажется, когда я решила освежиться, на часах не было и одиннадцати.

Думай, Женя, думай.

Терраса, шеф. Блин, очень много шефа! Виски… Фу-у-у-у! А дальше?

Целый час провала в памяти?!

Какой кошмар! Хочется об косяк головой стукнуться. Во-первых, от отчаяния. Во-вторых, может, поможет с амнезией справиться.

Да что же я там такого вычудить умудрилась, что Никита Викторович вместо своей ведьмы-Карины берет меня в командировку?

Бли-и-и-и-ин! Да она же меня сожрет, если узнает! Так, конечно, по регионам ехать не придется, но, согласитесь, быть загрызенной длинноногой стервой-секретаршей босса - так себе способ умереть. Даже текста никакого приличного на надгробной доске не написать.

«Она посмела поехать с Никитушкой Викторовичем в глубинку вместо меня, за что и была заслуженно придушена ручками с идеальным маникюром.»

Отвратительная надпись! Надо ее как-то избежать.

- Ну, ты, давай, приводи себя в порядок и приходи к озеру. – тем временем с улыбкой продолжает мама.

«Ага, топиться!»

Вслух я этого, конечно же, не произношу, задаю более важный вопрос.

- Мам, а где шеф?

Мама очень не любит, когда я называю Никиту Викторовича шефом, но с героическим видом терпит.

- Он с Димой рыбачат. Сегодня вдвоем.

Немудрено. После вчерашнего то. Если бы они меня и сегодня с собой прихватили, я бы имела все шансы разнести половину причала, учитывая нынешнее состояние.

- Понятно. Спущусь чуть позже.

Когда воскресну. Или восстану. Как правильней?

Маму такой ответ удовлетворяет, она кивает и, предварительно одарив меня долгим многозначительным взглядом, выходит из номера.

Причину такого взгляда я понимаю практически сразу, стоит лишь к зеркалу повернуться. Кажется, ночью в номер я ползла. Лицом вниз. Другого логичного объяснения появления такого помятого на месте моего обычного у меня не было.

Для того, чтобы вернуть себя в жизнеспособное состояние потребовались две кружки чая и прохладный душ. Однако, хотя снаружи я выглядела уже вполне сносно, в голове по-прежнему полная каша.