-Отстань, сиди там и не вякай.

  -Хватит ломаться, Алекс, иди сюда. Ты можешь простудиться. Уже холодно.

  -Отвянь, Виктор, ты уже достал.

  -Чего ты хочешь? Заболеть?

   -Я хочу есть, хочу согреться, хочу домой, хочу убить отца, тебя и того придурка, хочу в горячую ванную, но не хочу сидеть под одеялом с тобой. Ещё перечислять? - тело уже начало ломить, голова ужасно болела, руки чесались.

   -Могу отдать тебе этот плед, - задумчиво отозвался муженёк с заднего сиденья.

  -Ничего мне не надо. Отцепись.

   Мы просидели в полном молчании ещё пару часов. На улице стемнело, а я начала чихать.

   -Ну, всё, - завёлся Виктор. И резким движением перетащил меня на заднее сиденье, укрыл пледом и прижал к себе. - Да ты вся дрожишь! - холодная рука дотронулась до моего лба. - У тебя жар! Сидела, выпендривалась, а у самой жар! Тебя же лихорадит! Слышишь?

   Я мотнула головой. Сначала в знак согласия, потом отрицания. И только сильнее прижималась к тёплому телу, чтобы согреться.

  -Знаешь, ты не такой плохой.

   -Я тоже хочу тебе кое-то сказать. Эту машину выбрал я, чтобы ты позлилась.

   -Тебе это удалось, - коротко согласилась, не находя сил на длинную речь.

  -Знаешь, я всегда мечтал родиться героем!

   -Героями не рождаются...

   Голова раскалывалась, а я судорожно всматривалась в даль через лобовое стекло. Я на пару секунд закрыла глаза и уже не смогла открыть. Что-то вязкое и липкое сковало всё тело и тянуло вниз. Я медленно расслаблялась и переставала чувствовать боль в голове и тёплое тело рядом.


  Время медленно текло вперёд, а Алекс быстро уснула. Меня самого уже начало знобить, но я держался из последних сил. Пытался не уснуть. Я притронулся ладонью к её лбу и испугался: он просто горел. Выходов не было: остаться здесь и практически убить Алекс, или попытаться выбраться. Любой бы выбрал второй вариант. Я, игнорируя головную боль и слабость, вылез из машины, подхватил девушку на руки и пошёл вперёд. Без разницы куда, но медленно поплёлся. А вдруг попадётся какая-нибудь деревня по пути? Или село. Хоть что-нибудь.

  -Всё у нас будет хорошо, Александра Уэстли. Мы с тобой ещё заживем счастливо. Я знаю, надо было начать знакомство не так, как начали мы. Но ничто ведь не мешает познакомиться заново, правда? - шептал я, поудобнее подхватывая тело жены и останавливаясь для отдыха на пару секунд.

  По пыльной дороге, шатаясь и норовясь упасть, я всё шёл вперёд. Было всё равно на усталость, всё равно на то, сколько же я так прошёл, но не всё равно на Алекс, лежащую у меня на руках без сознания. Впереди появилась какая-то развилка. Ноги уже начали заплетаться и не слушаться. Голова раскалывалась. Я встал на середине перекрёстка и упал на колени. Перед глазами всё плыло. И тут появился свет - белый свет в конце тоннеля...

  -Прости, Александра, я тебя люблю и прошу за всё прощения. Ты была права, героями не рождаются, - я подался вперёд, в объятия того света, что стоял перед глазами, и его сила с каждой секундой увеличивалась...


Эпилог( через четыре дня). 




  Я лежала, чувствуя во всём теле боль, но в то же время лёгкость в душе. Хотелось петь и радоваться. Это рай? Неужели я попала в рай? В нос ударил резкий запах медикаментов, что-то над ухом пронзительно пищало. Пип-пип-пип. Я попыталась не думать о плохом и опять хотела почувствовать невесомость. Будто летишь.

  -Смотрите, у неё дёргаются ресницы. Похоже, ваша дочь приходит в себя, - слегка хрипловатый голос испортил всю идиллию. Какой на фиг рай, когда тут какими-то лекарствами пахнет, а мужской голос говорит кому-то и, скорее всего, обо мне. Горло ужасно жгло, будто я не пила целую вечность, веки были тяжёлыми и практически неподъёмными. Руки от усталости или ещё чего-то тряслись.

  -Алекс, ты меня слышишь? - голос отца я бы узнала из миллионов других голосов. В ответ пришлось только кивнуть и тихо просипеть:

  -Воды.

  Тут же к губам поднесли что-то холодное. Я трясущимися руками забрала стакан, отпила немного и не удержала... Вся вода пролилась на меня, а я от этого тут же распахнула глаза, приподнимаясь на больничной кровати. Больница? Значит, нас всё-таки спасли? А где же вездесущий доставала и по совместительству мой муженёк Виктор? Эти вопросы я тут же озвучила вслух и откинулась на спинку кровати, устало прикрывая глаза. Яркий белый свет больно бил в глаза.

  -Да, спасли. Что ты помнишь последнее?

   -То, как мы с Виктором сидим под пледом на заднем сидении какой-то колымаги и пытаемся греться, - холодно отчеканила. В голове всплывали странные образы и голос Вика. Что-то шепчет. Говорит, что любит. Просит прощения. Признаёт, что никогда не станет героем. Я тут же нахмурилась и принялась подбирать правильное оправдание. Это просто галлюцинации от каких-то лечебных препаратов. И не больше. Или сон. Красивый, безнадёжный и не сбывчивый.

  -Я точно не знаю, что там произошло, но Виктора с тобой на руках нашла одна женщина. Она ехала мимо. Подробности эта дамочка никак не хочет говорить, - отец нахмурился и сжал губы, злясь на ту самую загадочную особу. Я практически засмеялась и тихо попросила:

  -А где она сейчас?

  -В коридоре. Хотела поговорить с тобой, но ты была без сознания. Позвать её?

  -Да, а сам выйди и не подслушивай, - улыбнулась отцу, пытаясь скрыть боль. Где сейчас Вик, я так и не узнала, но появился шанс, что эта особа, разозлившая моего отца, просветит меня в этом вопросе. Папа вскинул брови и собрался что-то сказать, но я быстро прервала его. - Женские секреты.

  Он кивнул и тут же поднялся со стула, стоящего рядом с больничной койкой. Через несколько секунд за ним закрылась дверь, и я осталась в одиночестве. Стены палаты давили. Сознание само за себя решило, что здесь мне не место. Я села на кровати, почувствовав в теле боль. Тут же в палату зашла женщина лет тридцати пяти с шикарными светлыми волосами и светло-голубыми глазами. Она уверенным шагом подошла ко мне и села на стул. Совершенство. Ангел. Но только спустя минуту я обратила внимание на тонкий белый шрам, разрезавший левую щеку по диагонали. Всё-таки нет в мире совершенства.

  -Привет, Алекс. Меня зовут Роксана.

  -Здравствуйте, - проблеяла в ответ и опять уставилась на неё, как на восьмое чудо света.

  -Ты ещё не ходила к Виктору? И не знаешь, что с вами было? Рассказать? - я тут же отчаянно затрясла головой, желая услышать всё от начала и до конца. - Я ехала в Салданью, куда и вы со своим женихом направлялись. Еду, значит, никого не трогаю, подпеваю Селин Дион, потом вижу - на развилке на коленях стоит парень с девушкой на руках. Я тут же остановилась, начала расспрашивать его. Тот еле дышит. Ты вообще без сознания. Я спросила, куда вас везти и помогла залезть в машину . Отвезла в частный аэропорт, там вас сразу запихали в самолёт, мне в руки дали карточку с номером твоего отца. В общем, по дороге парень сидел как в трансе, а я немного узнала о случившемся. Он утверждал, что убил тебя. Сказал, что поменял машину, чтобы досадить, а она сломалась. Да и бензин закончился. У тебя лихорадка. Сказал, что от машины нёс тебя на руках. Я отвезла вас, а сама вернулась на тот перекрёсток и решила поискать тачку. И нашла. В двух полтора километра от развилки.

  Я замерла, перестав на мгновение дышать. Полтора километра? Со мной на руках?

  -А где он сейчас? Что с ним? - спросила, боясь слышать ответ.

  -В соседней палате. Не пришёл в себя ещё.

  -Вы поможете мне дойти?

  -Я просто обязана это сделать, такой подвиг ради невесты, - засмеялась женщина и встала со стула.

  -Жены. Я жена, а не невеста, - она вскинула брови, но промолчала, помогая подняться мне с кровати и аккуратно поддерживая за локоть.


  В больничной палате было тихо. Молодой человек лежал на кровати с закрытыми глазами, а девушка стояла рядом и молча перебирала его короткие тёмные волосы своими тонкими дрожащими пальцами. Перед глазами у неё всё расплывалось от слёз, которые по неизвестной ей причине стекали по щекам и разбивались о руку парня. Она стояла и смотрела. Пусть он и поменял машину, чтобы позлить её, но потом попытался всё исправить. А она постоянно язвила, говорила что-то едкое и убегала. Она в чём-то винила себя. И сейчас не смогла сдержать слёзы, чуть прикрыв глаза.

  -Почему ты плачешь? - прохрипел знакомый голос. Александра не обратила на это внимание, считая, что это просто её личная галлюцинация. - Алекс, прости меня, я не должен был...

   Виктор споткнулся на слове и не стал продолжать, потому что девушка резко распахнула заплаканные глаза и посмотрела на него.

  -Это я должна попросить прощения, а не ты, - отстранённо произнесла девушка. - Ты пытался что-то исправить, а я постоянно грубила и ни разу так и не извинилась.

  -А за это ты заплатишь в виде поцелуя, - усмехнулся парень и почти впал в ступор, когда Александра рьяно стала его целовать. Он просто решил отшутится, а вышло совсем иначе. Он ясно чувствовал вкус её солёных слёз на губах, но тут же стал отвечать. Нежно, с трепетом, осторожно. Девушка не выдержала, оторвалась от его губ и уткнулась лицом в шею, присев на корточки рядом с кроватью.

  -Алекс, я знаю, что мы немного не ладили в последнее время, но всё равно скажу это, - он немного помедлил перед тем, как продолжить. - Алекс, я люблю тебя.

  Молчание его просто убивало. Преодолевая боль во всём теле и подняв руку, Виктор осторожно провёл рукой по волосам девушки.

  -Я тоже, - глухо ответила она, ещё сильнее прижимаясь к нему и пряча лицо.


  Через пять месяцев после случившегося.