жизнь адской, он потерял всякую надежду, возможно, даже искал смерть от своей собственной руки…

И знаю, что причиной всего этого была женщина, женщина, с которой Вы, похоже, знакомы.

- Да нет… Всего лишь по фотографии.

- Какой фотографии?

- По той, что находилась в той рамке. Ваш брат порвал ее на куски той ночью, когда получил

письмо, и с тех самых пор он ничем больше не занимался. Пил и пил, как сумасшедший… Он с

большим трудом притащился на рассвете… И еще он приказал девчонке принести побольше виски из

таверны… Но мой муж и батраки, продолжали работать в указанном им месте, вот так они и обнару-

жили залежь.

- Вы поведали мне невероятные вещи…

- А Вы ничего этого не знали?

- Нет. Брат уехал из Сан Пауло, чтобы работать на своем поприще, выполнять важные обязан-

ности…

- На своем поприще…

- Мой брат был адвокатом. Вы этого не знали?

- Он никогда об этом не говорил.

- Он приехал в Рио-де-Жанейро будучи доверенным лицом миллионера Кастело Бранко… Од-

нажды он забросил свои обязанности; оказалось – жажда золота свела его с ума.

- Один раз ночью он разговаривал с моим мужем, оба они крепко выпили, и так я подслушала

кое-что из их разговора… Он хотел быть богатым, его невеста запретила ему надеяться на что-либо, если ему не удастся разбогатеть за один год; и он приехал в Матто Гроссо, торговал скотом, находился

среди искателей алмазов из Рио Парана; мучился от болотной лихорадки и малярии… муж привез его

в Порто Нуэво…

- Рикардо так страдал, так противостоял всему ради презренной женщины, которой нужны были

подарки и деньги… Это чудовищно, невообразимо!..

- Ваш брат тоже сам покупал их, сеньор Сан Тельмо, однако ж эта женщина завладела им… Он

надеялся заставить ее измениться… Когда он получил письмо…

- Уже дважды Вы сказали мне об этом письме… Вы его видели?.. Читали его?.. Вы, наверное, узнали, о чем в нем говорилось?..

- Она сообщала, что хочет выйти замуж за другого… За кого-то, кто уже был миллионером…

- Вот как!

- Той ночью Ваш брат напился, как никогда. Тогда-то я и услышала его крики и грохот, с кото-

рым он крушил мебель… Аеша, та индианка, работавшая у него, в ужасе примчалась ко мне домой и

заявила, что ее хозяин сошел с ума… Моего мужа не было. Я, несмотря на сильный страх, решилась

приблизиться к нему. Брат Ваш находился один посреди комнаты; порвав в клочья ее фотографию, он

плакал, словно ребенок, над этими обрывками.

- Но это же абсурдно, невероятно!..

- И тем не менее, он ждал Вас… Я понимаю Ваше страдание, Вашу большую боль.

Она умолкла, взволнованная мукой, отразившейся на мужественном лице Деметрио де Сан

Тельмо и безмолвно смотрит на него; он же, между тем, наклоняет голову, словно под неумолимым

бременем горя, чтобы затем почти вызывающе вскинуть ее.

- Какой была эта женщина на фотографии?

- Прекрасной, это точно… Настоящая красавица. Аристократическая осанка, утонченная, изыс-

канная, в какой-то степени понятно, что, она боялась разделить все эти тяготы с Вашим братом. Для

этой девушки из хорошей семьи, выросшей в столице, все это хуже преисподней.

6

- Однако я не сомневаюсь, что она направляла его так, что он погряз в этом аду…

- Если родился в богатстве – боишься стать бедным.

- Мой брат никогда не называл ее имени?

- Никогда… Он был истинным джентльменом.

- Как это понимать?..

- Это бестактно, но я узнала, что прежде она очень сильно любила его…

- Вы хотите сказать, что она была его любовницей?

- Думаю, что так… все эти дела столь щекотливы; конечно, у меня нет полной уверенности Ваш

брат хранил это в секрете, даже когда напился почти до потери чувств, ведь это что-то значит, не так

ли?

- Ваше предположение весьма меткое… И это было последним, чего не хватало даме с фотогра-

фии – быть, кроме всего ветреной, легкомысленной женщиной… Будь она проклята!!!

- Сеньор Сан Тельмо…

- Простите меня… я настолько возбужден, что не отвечаю за свои слова. Однако, уверяю Вас, что…

- Ой, взгляните!... Это Реверендо…

Пастор действительно входил в дверь, как всегда, важно и сдержанно.

- Не тревожьтесь, сеньора Ботель. Я разыскал сеньора Сан Тельмо на случай, если он хотел пе-

реночевать в моем доме и оказать честь, составив мне компанию за ужином.

- Вы очень любезны, но…

- Надеюсь, что Вы не откажете мне в этом. Спустимся вместе через минуту. .

- Реверендо… Не думайте, что я пришла сюда из любопытства… Я…

- Ботель уже покинул таверну и не очень-то замедлит с приходом. Ему не понравится, если Вы

не встретите его.

- Он уже ушел?.. В таком случае с Вашего позволения… Я совершенно спокойно оставляю Вас

в хорошей компании, сеньор Сан Тельмо… Если я могу быть Вам чем-то полезной…

- Доброй ночи…

Она ушла, почти убежала, в то время, как сочувственная улыбка появляется на губах Реверен-

до.

- Надеюсь, что Вас не слишком встревожил визит сеньоры Ботель… Она – хорошая женщина,

которую Ботель безбожно тиранит. Иной раз она говорит больше, чем должна была бы, но…

- Сейчас она рассказала обо всем меньше, чем я хотел бы услышать… Ее и Ваши слова лишь

дали мне прискорбнейшую уверенность в том, что никому не известно имя этой скверной женщины, которая разрушила жизнь моего брата…

- И Вам не кажется, что это к лучшему? Что Вы выигрываете, питая злобу, которая Вас огорча-

ет?

- К несчастью, злость живет и разгорается, хотя я и не желаю этого.

- Для Вас будет лучше передать права на залежь какому-нибудь банку и покончить со всем

этим. Это будет совсем нетрудно, жила – богатейшая; в ней имеется золото и на продажу, и на подар-

ки.

- Меня не интересует золотая жила. Этим деньгам я нашел одно достойное применение – Месть.

- Ради Бога!.. Это Ваше безумие… Против кого направлена ваша месть? Против женщины, чье

имя никому не известно?

- Быть может, есть возможность выяснить, кто она. Она была молода, красива, принадлежала к

высшему обществу Рио-де-Жанейро. Непременно к обществу, которое часто посещает дом миллионе-

ра Кастело Бранко. На протяжении двух лет это был мир моего брата… Жизнь казалась счастливой.

Подарив это ложное счастье, она приблизила его к величию, чтобы затем утопить в этом аду.

- Прошу Вас, успокойтесь. Меня пугает Ваше возбуждение… Это безумие – думать о мести…

Вы разрушите свою собственную жизнь, не считаясь с тем, что ничего нельзя исправить в том, что

случилось с Рикардо.

- И Вы думаете, что моя жизнь не разрушена?.. Полагаете, что можно спокойно жить, после

7

всего этого? Что можно пользоваться этими деньгами?.. Нет, Реверендо Джонсон… Вы другой поро-

ды, у Вас другая кровь… Вы посвятили себя Богу и не понимаете, что творится в моей душе… Но я

знаю, что в моей жизни уже нет ничего, кроме одной цели – получить сполна долг, покарать эту

подлость…

- Но каким образом Вам можно помочь?

- Этого я не знаю.

- Ваше стремление абсурдно. Пусть будет так, как Вы говорите – у меня другая кровь, я из дру

гой породы, но я – мужчина и я молод. Меня возмутило все это. Я, также как и Вы, думаю, что пре-

ступление этой женщины должно быть наказано, но я предоставляю Богу позаботиться о возмездии и

наказании… Когда-нибудь Высший суд ее настигнет, когда-нибудь она пожалеет обо всех слезах, что

заставила пролиться, когда-нибудь она будет страдать также, как страдал Рикардо…

- Вы можете быть в этом уверены, Реверендо Джонсон.

- Отгоните от себя все дурные мысли, причиняющие вам боль. Необходимо на все смотреть спо-

койно, чтобы взять в свои руки вещи, принадлежащие вашему брату. В этом чемоданчике находятся

бумаги Вашего брата, какие-то драгоценности и добрая пригоршня крупинок чистого золота из зале-

жи и это принадлежит Вам. Все это стоит несколько сотен миллионов реалов.

Он открыл маленький кожаный чемоданчик, который чуть раньше извлек из шкафа. Глаза Де-

метрио безразлично скользят по крупным кускам золота, на мгновение грустно останавливаются на

часах и кольце брата и, наконец, замечают что-то, что через секунду оказывается в его руке.

- Кружевной платок… Ее, да… Ее!..

В бешенстве Деметрио смял его. Этот крошечный шелковый квадратик, слегка благоухающий

издали, с кружевами по краям; крупные инициалы сразу же бросаются в глаза Деметрио де Сан Тель-

мо, словно бросая ему вызов. Реверендо Джонсон наклоняется, спрашивая:

- Что это?

- Небольшая вещица… Кружевной платок. Тем не менее, достаточная, чтобы указать мне дорогу

мести.

Глава вторая.

- Но Джонни… Хватит болтать всякие глупости!.. Ты убиваешь меня этими своими идеями, я

умираю от смеха.

Шесть часов вечера. Прекрасный майский вечер. Слуги убирают остатки сытного обеда и без-