Нелл пролистала отчеты, которые предстояло перепечатать, и нашла подписанный Райли. Уверенный, размашистый почерк. Никаких закруглений. Своеобразный портрет младшего партнера.

Она взяла в руки квитанции. Подсчитала итог. Тысяча шестьсот семьдесят пять долларов. Можно лишь восхититься Линни: потрясающая логичность.

Несколько часов пролетели моментально. Размах мошенничества поверг Нелл в изумление: Линни умудрилась обштопать кузенов Маккена и их клиентов почти на пять тысяч долларов. Только выплаты по поддельным чекам обойдутся агентству тысячи в три. Если Гейб не прижмет эту особу…

Тяжелую входную дверь дернули с такой силой, что стекло задребезжало. Нелл сунула расписки в коробку, и как раз вовремя: в приемную ворвалась остролицая рыжеволосая женщина в дорогом деловом костюме и шикарных туфлях.

«Деньги», — испугалась Нелл и мигом задвинула нижний ящик стола.

— Чем могу помочь? — Она расплылась в улыбке «мы-именно-те-кто-вам-нужен».

— Я хочу поговорить с тем, кто сумеет разобраться в одном крайне деликатном деле.

— Сейчас назначу время. К сожалению…

«Как они, черт побери, себя называют? Детективы? Оперативники?»

— …партнеры отсутствуют. Они смогут побеседовать с вами…

Она повернулась и вызвала файл «Переговоры». Пусто. Чертовы партнеры!

— …если вы оставите номер телефона, — закончила Нелл жизнерадостно. — Я немедленно извещу вас.

— Но я не могу ждать! — Женщина с сомнением оглядела диван и осторожно присела на краешек. — Я развожусь, а мой муж издевается над собакой.

— Что? — возопила Нелл. — Это ужасно! Позвоните в Общество защиты животных.

— Дело не в этом. — Женщина подалась вперед, и Нелл затаила дыхание, ожидая, что диван либо рухнет, либо сложится. — Он постоянно орет на нее, а она и без того нервная. Длинношерстная такса. Боюсь, дело кончится нервным срывом.

Нелл представила длинношерстную таксу, бьющуюся в истерике. Ох уж эти мужчины! Вечно норовят отыграться на тех, кто не в силах ответить тем же!

— Но вы пытались связаться с обществом?

— Он не бьет ее. Никаких следов. Только все время кричит. Она в ужасном состоянии. — Женщина благополучно покинула диван и шагнула к столу. — Совершенно измученные больные глаза. Я хочу, чтобы вы ее спасли. Отняли у этого ублюдка, пока он не убил ее. Он выпускает ее погулять каждый вечер в одиннадцать. Пусть кто-нибудь ее заберет. В темноте никто ничего не заметит.

Нелл попыталась вообразить Гебриела Маккену, умыкающего таксу. Сомнительно. А вот Райли… Райли, похоже, готов на все.

— Давайте ваше имя и телефон. Один из партнеров, вероятно, сумеет что-то сделать.

А если они не согласятся, то она сама спасет попавшую в беду собаку. Отберет у человека, пообещавшего заботиться о ней, а потом всего лишь передумавшего.

Вопрос только в том, способна ли она прокрасться на чужой задний двор. Вряд ли.

— Я попрошу Райли позвонить вам, — пообещала Нелл, записав имя женщины, ее адрес в самом дорогом районе Дублина и еще более шикарный адрес собаконенавистника-мужа в Нью-Олбани.

— Спасибо, — выдохнула Дебора Фарнсуорт, бросая последний недоверчивый взгляд на окружающую действительность. — Вы мне очень помогли. — Она удалилась.

«Нужно что-то делать с офисом», — подумала Нелл.

Она нашла в ванной масло «три в одном» и смазала петли входной двери, а заодно и прочих, поскольку скрип доводил ее до умопомрачения. Потом по инерции отправилась в кабинет Гейба и стерла пыль с фотографий и мебели. В итоге комната засверкала отражением накала ее злости. Вдруг Нелл заметила странные полосы внутри застекленных полок. Значит, пыль набилась и туда. Кто-то вытаскивал книги и оставил следы. Нелл смахнула пыль на полках и пошла открывать шкафы. В последнем оказался старый кассетный магнитофон. Нелл нажала кнопку: любопытно, что слушает Гейб. Из динамика вырвался победный рев труб, сопровождаемый приятным глубоким голосом: «Ты ничто, пока кто-то тебя не полюбит…»

Нелл выключила магнитофон и вынула кассету. Дин Мартин. Теперь понятно, почему кабинет навевает воспоминания о «Крысиной стае». Вдобавок на медной вешалке голубой пиджак в тонкую полоску, а сверху, на полке, пропыленная фетровая шляпа с широкими опущенными полями.

Нелл вычистила шляпу, злобно встряхнула пиджак и пристроила все на прежние места.

— Эй, есть тут кто? — раздался женский голос.

Нелл вернулась в приемную, там ее встретила маленькая блондинка из кафе.

— Простите, не слышала, как вы вошли. Дверь обычно дребезжит.

— Другая дверь, — отрезала блондинка, ткнув большим пальцем себе за спину. — Я Хлоя, хозяйка «Стар-страк-кап». Я хотела спросить… Вы кажетесь очень компетентной…

— Спасибо, — непонимающе протянула Нелл.

— Вы, случайно, не знаете, кто мог бы временно поработать в «Кап»? Хотя бы до Рождества. Мы открыты только днем, так что это не слишком сложно.

— Вот как, — пробормотала застигнутая врасплох Нелл. Сюз искала работу, но Джек наверняка отговорит ее, как миллион раз прежде. А Марджи… — Скажите, а той, которая заменит вас в кафе, вы дадите рецепт своих пирожных?

Хлоя удивленно приподняла брови:

— Но ей так и так придется его выучить, иначе как же она сможет их печь?!

— Есть у меня кое-кто на примете. Она не совсем то, что называют «бизнес-леди», но, вероятно, будет не против постоять за прилавком. Вы уверены, что хотите этого?

— Я только сегодня решилась, — объяснила Хлоя. — Видите ли, когда звезды говорят, что настало время перемен, нет смысла ждать, не правда ли?

— Э… конечно, — согласилась Нелл.

— Кстати, вы знаете, в котором часу родились?

— Нет.

— Впрочем, не важно. Девы обладают способностью прекрасно улаживать все проблемы. — Хлоя улыбнулась. — Послушайте, а какой знак у вашей подруги?

— Подруги… ах да, Марджи. Она родилась двадцать седьмого февраля. Не знаю.

— Рыбы. Жаль, — нахмурилась Хлоя. — Впрочем, и я Рыбы, однако преуспеваю. Пусть она мне позвонит.

— Обязательно. Что…

В глубинах кафе тенькнул колокольчик, возвещая о появлении посетителя, и Хлоя шагнула вбок, к двери, что вела в ее заведение.

— Постойте! — импульсивно воскликнула Нелл. — Скажите, почему здесь все выглядит так… — Она замялась в поисках подходящего слова.

Хлоя обернулась:

— Папочка Гейба. Патрик вырастил Гейба и Райли. Фрейдистский комплекс.

— А он не кажется вам… несколько запоздалым?

— Шутите? — фыркнула Хлоя. — Гейб до сих пор водит отцовскую машину.

— Пятидесятых годов?

— Семидесятых. Конечно, это «порше», но все же…

— Кто-то просто обязан втолкнуть этого парня в двадцать первый век! — заявила Нелл и была вознаграждена сияющей улыбкой.

— Звезды никогда не лгут! — провозгласила Хлоя и исчезла за дверью.

— Ну-ну, — пробормотала Нелл, не совсем понимая, о чем идет речь, и позвонила Марджи.

— Думаю, что сумею достать тебе рецепт пирожных, — сообщила она автоответчику, — но за него нужно потрудиться. Позвони мне.

Повесив трубку, Нелл снова взялась за уборку.

Кабинет Райли — намного меньше, чем у Гейба, — тоже был обставлен кожаной мебелью. Этим сходство и ограничилось. На столе ничего нет, если не считать компьютера и пластмассового стаканчика с шариковыми ручками. На книжной полке — компьютерные руководства и детективные романы, на стене — два огромных постера в рамках: хмурый Хамфри Богарт в «Мальтийском соколе» и знойная Марлен Дитрих в «Голубом ангеле». До чего похоже на Райли: романтика и страсть. Очевидно, Гейб Маккена занимается делом, пока его партнер играет в детектива.

Разохотившаяся Нелл привела в порядок кабинет Райли. При этом она заметила на книжных полках знакомые полосы. Странно…

Потом пришлось идти в ванную грязновато-зеленого цвета и ополаскивать кофейные чашки с блюдцами. До чего же отвратительны потрескавшийся линолеум и облупившаяся штукатурка! Кисти и краски могут поправить положение, но вряд ли Гейб рискнет прибегнуть в ним: наверное, цвет для ванной выбирал в далеком пятьдесят пятом под звуки «Туманного лунного света» его отец. Наверняка.

Нелл помыла посуду, в качестве завершающего штриха протерла зеркало, покрытое рыжими веснушками старости, и, случайно поймав свое отражение, замерла.

Господи! Она выглядит хуже смерти! Волосы и кожа тусклые, нет, сама она тусклая. Скулы торчат, как локти. Тонкие губы плотно сжаты.

Нелл в ужасе уронила бумажное полотенце в раковину. Как это произошло? На кого она стала похожа? До чего себя довела? Должно быть, виноваты зеленые стены, бросающие блики на лицо. Ни один человек не может выглядеть прилично среди подобных стен!

Никакие это не стены…

Теперь понятно, почему Джейс столь бережно обнимал ее при прощании и почему Сюз и Марджи чересчур весело щебетали при встрече. Стало быть, весь последний год она как живой труп проходила по жизни родных людей. Со времени развода она тысячу раз смотрела в зеркала и, получается, ни разу не видела себя.

«Нужно есть. Набрать немного веса. Что-то сделать с кожей. И с волосами. И…»

Входная дверь хлопнула.

«Позже. Я все это сделаю позже. О Господи!»


Вести ретроавтомобиль по улицам прекрасного города в прекрасное сентябрьское утро — занятие, способное поднять дух у кого угодно, и Гейб не был исключением. К сожалению, четверть часа беседы с Тревором Огилви, Джеком Дайсартом и их главным бухгалтером Баджем Дженкинсом свели приподнятое настроение почти к нулю.

— Итак, она звонила, обвинила вас в прелюбодеянии и мошенничестве, потребовала деньги за молчание, вы отказались платить, и ничего не произошло, — подытожил он. — Что же вы хотите от меня?

— Поймайте ее, — попросил Бадж, бросив косой взгляд на Джека.

— А что ты сделал бы, будь это твоей проблемой? — осведомился Джек, как две капли воды похожий на богача с рекламы сигарет «Мальборо», только что подписавшегося на «Модерн метьюрити».