Отчаяние захлестнуло Брейса. Значит, он и впрямь сошел с ума…

Краем глаза он уловил какое-то движение и взглянул на Мардока. Тюремщик встал, глаза его загорелись знакомым жестоким огнем. Брейс судорожно глотнул, готовясь к неизбежному.

– Ты упрям, как стадо ослов, – заметил тюремщик, снова запустил пальцы в спутанные длинные волосы Брейса и сжал их. Брейс невольно застонал. Все так же медленно Мардок заставил узника опуститься на колени.

– Кажется, пора дать тебе новый урок?

Резким рывком Мардок приподнял Брейса в воздух и тут же ударил его кулаком в живот.

Брейса пронзила жгучая боль, мышцы живота свела судорога. Он снова застонал, и ноги его налились свинцом. Брейс повис в воздухе, удерживаемый мощной рукой, зажавшей в пятерне его волосы.

– Отрекись, Ардейн! – донесся сквозь звон в ушах голос Мардока. – Отрекись, и твои мучения прекратятся!

Отречься? Неужели так трудно раскрыть рот и произнести несколько слов? Во имя чего ему бороться? У него не осталось ни семьи, ни друзей. Он совершенно одинок.

«Скажи ему, – убеждал Брейса внутренний голос. – Скажи ему то, что он хочет от тебя услышать. Ничто на свете не стоит таких мучений. Нет ничего дороже жизни. Ничего…»

Живот снова свело от боли, которая тотчас распространилась по всему телу. Блаженная тьма почти поглотила его, но, к несчастью, сознание вернулось. О боги, он больше не вынесет этого!

«Я сделаю это, – думал он. – Я отрекусь от всего. Только не бей меня больше!»

Брейс попытался что-то сказать, но язык не повиновался ему. В мозгу так ярко вспыхнуло слово «трус», что Брейс почти забыл о боли.

Стыд охватил его. Неужели в нем не осталось ничего? Ни гордости, ни чести – и ни крупицы надежды?

Сердце отчаянно колотилось, глаза застилала тьма, сменившаяся вдруг ослепительным светом. Брейс судорожно вздохнул. Он должен произнести эти слова. Немедленно, пока не поздно. Еще до того…

Внезапно боль исчезла. Теперь он находился в какой-то другой реальности: здесь царил мягкий полумрак и слышались тихие голоса. Это пространство, простиравшееся перед ним, манило его. Но что это – блаженное забвение обморока или страшное обольщение безумия?

Но это уже не имело значения. Брейс рванулся туда со всем отчаянием обреченности, сознавая, что не оставляет за собой ничего.


Марисса едва не сорвалась, зажав нос, чтобы спастись от отвратительного запаха симианина. Выругавшись сквозь зубы, она еще крепче вцепилась в сальную, свалявшуюся шерсть громадного инопланетянина, спокойно карабкавшегося по наружной стене крепости, неся на спине Мариссу.

«Ради Хрустальных Огней!» – подумала она. Получив от нее такие деньги, он мог бы по крайней мере принять ванну.

Она пыталась не дышать, чтобы не ощущать резкого, омерзительного запаха симианина, но это помогло ненадолго. Не выдержав и сделав вдох, Марисса закашлялась.

Все обернулось не так, как она запланировала. Узнать, кто такой Брейс Ардейн, оказалось сравнительно несложно. Воитель планеты Беллатор, которая благодаря своей военной мощи фактически правила всеми планетами Империи. И похоже, каждому из ее обитателей была известна история об открытом неповиновении Брейса Ардейна Верховному королю Беллатора и о последовавшем за этим приговоре.

Не так уж трудно оказалось установить и местонахождение Брейса Ардейна. Проблемы возникли, когда Марисса выяснила, что он заключен в беллаторскую крепость, находившуюся в пустошах Вастары. Считалось, что проникнуть туда невозможно.

Горько усмехнувшись, Марисса подумала, что эти слухи отнюдь не преувеличение. Она поняла это вскоре после того, как, воспользовавшись службой мгновенной транспортировки сквозь пространство, переместилась с Мораки на Беллатор! Это обескуражило и разочаровало ее.

Внезапно одна рука симианина сорвалась. Несколько мгновений, показавшихся ей вечностью, он удерживался другой рукой с набухшими от напряжения мышцами. Но наконец подтянулся и нашел опору. Взглянув вниз, Марисса зажмурилась. Грозные скалы с длинными острыми пиками, разделенные глубокими ущельями, окружали крепость. Сорвись они с высоты нескольких сотен метров – и неизбежная и мучительная смерть настигла бы их.

Но другого выхода не было. Тщательное изучение обстановки показало, что нет надежного варианта проникнуть в крепость через главный вход, но и для этого необходимо было бы заполучить отпечаток ладони человека, имеющего туда доступ. Она попыталась напоить до полусмерти одного из охранников, рассчитывая получить такой отпечаток, но этот гнусный тип высосал невероятное количество крепкого мораканского эля, а потом просто опорожнился в один из рвов, окружающих крепость.

Мариссе пришлось нанять симианина, единственное живое существо, способное подниматься по отвесным стенам. К несчастью, эти умные, хотя и похожие на обезьян существа обходились недешево. Ее запас империалов уменьшился почти вдвое, когда она купила охраннику эль и расплатилась с симианином.

Даже если бы Мариссе удалось извлечь Ардейна из крепости, возникли бы новые проблемы. Она сомневалась в том, что он будет долго признателен ей за спасение. Если его благодарность скоро иссякнет, ее придется подкреплять деньгами. Но быстро истощающиеся империалы заставляли ее ощущать неуверенность.

«Ладно, – подумала Марисса, – придется решать проблемы по мере их возникновения». Она могла бы соврать, пообещав заплатить ему позже. Если же лучшим «аргументом» для Ардейна окажется сила, нельзя отвергать и такой вариант. Марисса прекрасно владела искусством рукопашного боя, да и контракт с симианином предусматривал подобные ситуации. Так или иначе, но Брейс Ардейн отправится вместе с нею.

Наконец они добрались до верхнего края стены и перевалились через парапет. Быстро оглядевшись, Марисса убедилась, что часовой только-только миновал этот участок стены. Она поудобнее пристроила на плече тонкий трос, который им предстояло использовать при спуске, и двинулась к ближайшей башне. Симианин следовал за ней.

Все-таки она не зря потратила империалы на охранника крепости. Задав ему несколько наводящих вопросов, Марисса выяснила, где расположена камера Ардейна и как туда лучше добраться. Теперь эта информация помогла пройти по коридорам и лестницам и добраться до подземных помещений.

В сыром, слабо освещенном коридоре, куда выходили двери подземных камер, царила мрачная тишина. Вдруг Марисса ужаснулась: а жив ли вообще человек, которого она так настойчиво разыскивала. Никто из тех, кого она расспрашивала, не знал о нем ничего определенного, а ведь с момента его заключения сюда прошло уже больше двух циклов. Что делать, если он мертв?

Она знает, кто похитил Кандру. Похитителей описали служанки, а видеофайлы имперской службы безопасности быстро позволили опознать их вожака, Фирокса, главаря организованной преступности. Все жители Мораки слышали об этом грязном убийце. Неполных четыре цикла назад он и его банда отпетых негодяев напали на столицу и перебили более половины жителей. Оставшихся в живых Фирокс продал в рабство. Немногие уцелевшие до сих пор были в шоке от ужаса.

Но почему он похитил Кандру? Зловещая немотивированность этого поступка озадачивала Мариссу. Она постоянно, через регулярные промежутки времени, делала попытки восстановить телепатическую связь с сестрой, но это не увенчалось успехом. Кандра по какой-то непонятной причине не вступала в контакт с сестрой. Да, так оно и есть, ибо Кандра, конечно, жива.

Как и предполагала Марисса, камера, где находился Ардейн, оказалась заперта. Массивная дверь из древесины робура была закрыта особым механизмом. Марисса открыла запор портативным лазером, который захватила для этой цели. Оставив симианина в коридоре для охраны, она с трудом толкнула тяжелую дверь.

Тусклые светильники, установленные высоко на стенах, слабо освещали помещение. Марисса достала из кармана куртки маленький фонарик и обвела его лучом камеру. Ее единственный обитатель в брюках и башмаках лежал ничком на жесткой подстилке. Одна рука его бессильно распласталась на полу.

Когда Марисса сделала шаг к нему, он застонал, попытался приподняться, но снова рухнул на подстилку. Марисса нахмурилась. Неужели он так слаб?

Она остановилась в нескольких шагах от него.

– Ардейн? Брейс Ардейн? – шепотом спросила Марисса.

Неимоверным усилием воли Брейс заставил себя сконцентрировать внимание. Он мог поклясться, что слышал, как женский голос произнес его имя. О боги, теперь в довершение ко всему он еще и бредит!

– Брейс? Брейс Ардейн?

Проклятие, снова этот голос! Неужели новый мучитель пришел пытать его? После прошлого избиения прошло два дня. На большее нечего было надеяться. Но, возможно, ему следует ответить…

Брейс судорожно глотнул воздух.

– Уйди прочь, – простонал он. – Тебе мало того… что ты со мной сделал?

– Тебя зовут Брейс Ардейн? – снова спросила Марисса.

– Да, клянусь пятью лунами Беллатора!

Сделав над собой нечеловеческое усилие, Брейс приподнялся и перевернулся на бок. За слепящим лучом фонарика он увидел контуры стройной фигуры. Брейс сощурился. Фигура не исчезла. Почему-то он пришел в ярость. Уж лучше бы это была просто галлюцинация!

– Будь ты проклята! – в бешенстве крикнул он. – Я Брейс Ардейн! А теперь оставь меня в покое!

У Мариссы перехватило дыхание. Темно-карие глаза, налитые кровью и заплывшие, смотрели на нее с бледного лица, обезображенного ссадинами и синяками. Одна бровь была разбита в кровь, нос перебит.

Марисса быстро взглянула на длинные черные спутанные волосы Ардейна, потом снова на его лицо и всклокоченную бороду. Неровные усы закрывали верхнюю губу, вокруг рта запеклась кровь. Опускаясь на подстилку, он скорчился от боли и схватился за живот.

Марисса посмотрела на его обнаженный торс, покрытый кровоподтеками, которые сливались, напоминая очертания континентов на географической карте.