Я устало рухнула на диван и уставилась в потолок. В голове не находилось ни одного вопроса, на который я не знала бы ответа.
Когда не о чем думать, мозг фокусируется на каких-то незначительных деталях:
– Кем ты был Майклу?
– Просто другом, белобрысая малышка, просто лучшим другом.
Джек не юлил, не скрывался – это тот самый Джек, которого я знала с раннего детства. И Рик его знал с раннего детства – наверное, точно таким же.
– А отцу кем был?
Он смотрел уверенно, не отводил взгляда – Джек не сомневался в верности своего положения. И тем не менее он пытался объяснить, словно ему было важно достучаться до меня:
– Ты и сама знаешь, Клэрис. Дрессированной обезьянкой, которой хорошо платили. Но он должен ответить. Майкла Беннета просто затравили, а во время судебного процесса травили его семью. Он не выдержал, как любой на его месте не выдержал бы. Кто-то за это должен ответить, пусть и через столько лет.
– Я верю… Я все понимаю. Только одно не укладывается в голове: почему отец просто не выкупил технологию? Ведь ему все равно пришлось потом раскошелиться.
Стивен сел рядом и просто слушал – очевидно, ему все подробности уже давно были известны.
– Раскошелиться? Он дал триста тысяч вместо трех миллионов, которые просил Майкл. И, как видишь, технология стоила намного больше трех миллионов.
Джек неопределенно махнул рукой, будто вокруг была Кинзис Киндом. Будто весь Нью-Йорк или весь мир был Кинзис Киндом. Куда ни покажи – везде только Кинзис Киндом. И это точно выглядит больше, чем три миллиона. Быть может, Майкл Беннет был слишком жаден. Быть может, никто не способен соревноваться с жадностью Роберта Кинзи. Кто-то должен ответить…
Я закрыла глаза, не в силах больше произнести ни слова. До совета директоров осталась одна ночь.
Глава 18. Ну и кто теперь за шахматной доской?
Сейчас, вот только смогу открыть глаза – встану и отправлюсь к Рику. Ведь только он может все остановить… Но взяв себя в руки, я поняла, что именно к нему идти не стоит. Еще ни один наш разговор не закончился в мою пользу. Я спокойно поговорила со Стивеном, а потом поехала домой. В голове уже зрел план, но конкретные очертания он приобрел в особняке.
В такое позднее время меня ждали в гостиной. Я со спины узнала гостя – его невозможно не узнать.
– Мистер Хольм! Какими судьбами?
Грегер обернулся, но не соизволил выдавить доброжелательной улыбки. Я перевела взгляд на родителей в ожидании объяснений. Отец на этот раз был спокоен, говорил тихо и уверенно:
– Клэрис, сядь, – я не подчинилась. Только руками развела, торопя. – Есть один выход, и ты о нем знаешь. Грегер поможет решить проблему с кредиторами, если мы вернемся к соглашению. В этом случае мы продадим лишь купленные акции. Если наши пакеты оставить нетронутыми, то ничего у этих ублюдков не выйдет – невозможно будет даже вопрос поднять о смене руководства.
Мне хотелось хохотать в полный голос – и как можно истеричнее. Даже слова подбирались с трудом:
– Я поверить не могу… Я просто не могу в это поверить! Этот человек, – я ткнула пальцем в сторону Грегера, – уже подставил нас! И вы снова идете на сделку с ним? Вместо того, чтобы сейчас вести переговоры с теми, кто еще не решился на предательство?!
– Клэрис, не кричи, – мама не вставала с кресла и на меня не смотрела. – Давайте хоть сейчас обойдемся без эмоций.
Отец, наверное, считал так же, потому что продолжал объяснять, не повышая тона:
– О ком ты говоришь, дочка? И кто из них сможет дать столько же денег, а?
Да, ни у Стивена, ни у Дина таких финансов не водилось. А я никак не могла убедить отца в том, что в данном случае верность намного важнее денежного вклада! И уже завтрашний день покажет, кто из нас ошибается.
– Так просто отдайте ему полтора процента! Зачем еще свадьба? Или речь уже идет не о полутора процентах?
Отец с матерью переглянулись, Грегер нахмурился – и я поняла ответ. Родители достопочтимому шведу все-таки не доверяли настолько, чтобы упустить акции из семьи. Он уже серьезно подмочил репутацию, когда продал долг Рику. Если же его дети будут наследниками Кинзис Киндом, то Грегер вряд ли захочет ее разрушать или отдавать чужакам. Значит, при этой гарантии ему можно дать намного больше. Раньше враждующие племена женили детей, чтобы гарантировать соблюдение мира. Тысячи лет прошли, а ничего существенно не изменилось… И я этим людям собиралась в первую очередь рассказать про Джека! В то время, пока я играла за них, они продолжали меня считать разменной монетой.
– Нет. Замуж за мистера Хольма я не выйду.
– Дочь… нам нужно решить этот вопрос до завтра!
– Пап, у тебя со слухом плохо? Я сказала – нет. Потому что не считаю правильным, потому что не хочу превратиться в Ив, потому что мне нравится совсем другой человек. Мы с ним вряд ли сможем когда-нибудь быть вместе, я не романтичная дура, но предпочитаю жить в ладу с совестью.
– Господи… надеюсь, что речь идет о Стивене Тауэре… – отец был настолько потрясен признанием, что и забыл о присутствии Грегера. Стивен действительно выглядел не самым худшим для них вариантом.
– Это не Стивен. Роберт, открой глаза. В Кинзис уже месяц назад только глухонемой не успел обсудить «запретную любовь» между второй наследницей и простым охранником. Отгадай, которым, – мама встала и подошла ко мне, пока отец пытался вернуть дар речи. – Клэрис, ты хоть понимаешь, что делаешь?
– Кажется, намного лучше, чем вы. До свидания, мистер Хольм. Надеюсь, больше не увидимся.
Вслед раздалось только одно слово: «Предательница!». О, отец отличался гораздо более широким словарным запасом, просто захлебнулся возмущением. Я же почему-то улыбалась. Глупо, конечно, радоваться тому, что буквально каждый видел в нас с Риком пару. «Запретная любовь», ага, как же! Там одни запреты, даже для любви места не осталось. Разве не смешно?
***
К началу собрания я чувствовала себя уверенно. Все вокруг занимали стулья, никто не здоровался, просто молча кивали в неопределенном направлении. Рик разместился напротив меня. Улыбнулся лишь уголком рта, я сделала то же в ответ. Тишина сохранялась и после того, как отец занял исконно его место. Мы могли бы так просидеть минут сорок да разойтись. Но, похоже, Стивен решил, что тогда и незачем было собираться:
– Итак, курс продолжает падать. Сейчас не спекуляции, просто реакция мелких акционеров на новости. Я считаю, что тенденция сохранится еще несколько дней, а потом ситуация стабилизируется до первых решений по судам.
– Или новый член совета директоров просто отзовет иски, – отец смотрел на Рика.
Стивен поспешил продолжить, пока ожидаемый конфликт не разгорелся:
– Полностью это проблему уже не решит. Хоть истцы и куплены, но расследование запущено – возбуждено уголовное дело по факту подкупа экспертной комиссии. Не припомните ничего подобного пару лет назад, мистер Кинзи?
Отец только поморщился:
– В большом бизнесе приходится играть грубо. И подобная мелочь бы не всплыла, не полезь кое-кто там копаться!
– И тем не менее, – с нажимом сказал Стивен, – мелочь всплыла.
– Переходи уже к более серьезным вещам! – поторопил Роберт.
Стивен кивнул и взял со стола другую бумагу:
– Да, есть проблемы посерьезнее. На фоне падения курса кредиторы на переговоры не идут, не хотят рисковать. Мы уже продали скупленные акции, тем самым создав еще более резкое падение. Но все нормализуется, когда мы расплатимся со всеми долгами. Тогда можно будет уже подчищать только мелочи.
– И финансирование бытовой химии возобновить! – рявкнул мистер Диксон.
– Безусловно. Нам и так удавалось пока обойтись без сокращения фонда заработной платы и задержки выплаты дивидендов. Но вопрос стоит остро: мы должны продать еще некоторое количество и речь, само собой, пойдет о самых крупных пакетах. Мистер и миссис Кинзи, вам придется скинуть минимум по два процента. Я настаиваю на четырех.
Вот вроде бы все к такому шагу были готовы, но родители окаменели. Открылась дверь, и в зал влетел запыхавшийся Дин. Наконец-то.
– Извините за опоздание. С аэропорта пробки. Приветствую всех. Рик, моя машина цела?
Если он хотел добить отца, то ему удалось. Наверное, он просто мечтал отомстить за все выслушанные по телефону оскорбления. Сел рядом со мной, наклонился:
– Что я пропустил?
– Ничего такого, чего бы ты ни знал.
Мама ожила первой:
– И если мы откажемся или поднимем вопрос о пропорциональной продаже…
Стивен кивнул:
– Вы знаете, что будет в этом случае – любой из членов совета сможет вспомнить пункт учредительного договора о ненадлежащем исполнении…
– Бред! – не выдержал отец.
– А чего тянуть? – Рику, по всей видимости, надоело отмалчиваться. – Я поднимаю этот вопрос и выношу на голосование снятие Роберта Кинзи с поста генерального директора. Если мы проведем открытое электронное голосование, то результат вам известен – инвесторы давно застыли в ожидании момента.
– Тогда курс акций вообще рухнет! – вставила мама.
Ей ответил Стивен, он до сих пор выглядел самым уравновешенным из присутствующих:
– Не в этом случае, миссис Кинзи. Акционерам нужен ответ и виновный. Если мы дадим им виновного и заявим о кардинальной смене, то многие надолго успокоятся.
– Да что вы мелете?! – Роберт не мог усидеть на месте: подскакивал и снова заставлял себя сесть.
Мистер Диксон говорил по обыкновению очень громко:
– Смысл есть, не спорю! Тогда и с судами вопросы закрыть будет легче. Объявим ненадлежащее исполнение обязанностей, и пусть они потом годами разгребают, кто кого когда подкупал. Но вот этого пацана я на пост директора ни за что не поставлю! А ты ведь на это рассчитываешь, ублюдок?
Рик легко пожал плечами и улыбнулся шире:
– Миссис Кинзи тоже ставить нельзя – это все равно, что ничего не менять. Ее тоже надо убрать отсюда подальше. В общем, да, я выдвигаю свою кандидатуру.
"Королевство Кинзи" отзывы
Отзывы читателей о книге "Королевство Кинзи". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Королевство Кинзи" друзьям в соцсетях.