— Да, милорд.

Он улыбнулся в темноте; прежде чем лечь с нею рядом, он погасил свечи.

— Разумеется, сегодня я должен буду остаться в вашей постели, чтобы избежать пересудов. Потом, в доме на Стрэнде, у вас будет отдельная спальня. У меня очень много работы, и зачастую ложиться приходится поздно, так что я не хотел бы тревожить ваш сон.

Она не отозвалась, обдумывая его слова и стараясь освоиться с мыслью, что ее самые отчаянные страхи оказались беспочвенными. Наконец она выговорила сквозь стиснутые зубы:

— Милорд, моя служанка Алиса сказала… что простыни будут осмотрены и… и…

— Никто, — сказал он холодно, — не посмеет любопытствовать или противиться моей воле. Так что спите спокойно, моя милая супруга. Никто и никогда не усомнится в подлинности этого брака.

Крессида молчала, не находя слов для ответа. Она испытывала глубокое облегчение оттого, что ей не придется против воли отдать ему свое тело, и все же не могла не испытывать чувства странного разочарования, затуманивавшего сердечную благодарность за его терпимость.

Она с обидой думала о том, что он все еще считает ее ребенком, и эта насмешка ранила и терзала ее самолюбие. Хуже того, она знала, что между ними вновь встал призрак его бывшей невесты. Он бы не был так сдержан и деликатен, если бы рядом с ним лежала Элинор Модели.

И тотчас ею овладело чувство вины. Как она может ревновать к мертвой женщине, не испытывая любви к тому, кто является ее мужем?

Сможет ли она когда-нибудь стать настоящей женой Мартину Телфорду, графу Рокситеру? Теперь она — его законная супруга, графиня, и свидетельства своего обретенного ныне высокого положения она уже успела почувствовать ныне по тому, как обращались с нею на этом великолепном празднестве даже те дамы, которые еще недавно смотрели на нее сверху вниз. Леди Элизабет не пришла к ней с королевой. Крессиде хотелось бы услышать и от нее добрые пожелания, но леди Элизабет, вероятно, знала, что Рокситер ее не жалует, и решила не ставить подругу в затруднительное положение в его присутствии.

Крессида беспокойно ворочалась в постели с ним рядом, но он не пошевелился. Она должна быть достойной титула, должна научиться разумно управлять домом своего супруга, быть приветливой и деятельной хозяйкой. Это будет нелегко. Станет ли он постоянно сравнивать каждый ее шаг с тем, как держалась бы на ее месте Элинор — его былая любовь, куда более подходящая ему жена? Она прерывисто, стараясь сдержаться, вздохнула в темноте, повернулась на бок и постаралась заснуть.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Крессида понимала, разумеется, что дом на Стрэнде много удобней и просторнее квартиры, которую снимал в городе ее отец, и все же была ошеломлена роскошью и блеском городской усадьбы Рокситера. Четверо гребцов в графской ливрее перевезли ее туда из Вестминстера на собственной барже графа. Часть кормы была крытой, чтобы уберечь благородных пассажиров от непогоды.

Она сидела в лодке бок о бок с Мартином, укутанная в подбитый беличьим мехом плащ, оруженосец Питер Фэйрли сидел напротив. Крессида следила за игрой мышц на спинах гребцов, мерно работавших веслами, противоборствуя свирепому, напоенному солью ветру. Вода была серой, как олово, небо — свинцовым. Крессида подумала, что погода отражает самую суть ее настроения в этот несчастный день — день ее приезда в новое обиталище.

Она со слезами распрощалась с родителями, лишь немного утешенная тем, что они решили еще ненадолго задержаться в столице. В любом случае дурная погода не позволит им отправиться в длинный обратный путь к границе Уэльса и задержит, по крайней мере, на несколько дней. Она заручилась их обещанием навестить ее перед отъездом.

Алиса должна была добираться до Стрэнда вместе с вьючными мулами и повозками с приданым Крессиды — посудой и постельным бельем, — помимо сундуков с платьем и прочими ее вещами. Что ж, во всяком случае, старая няня останется с ней, ее верный друг и компаньонка. Крессида просто не перенесла бы, если бы лишилась сразу всех, кто связывал ее с прошлой жизнью.

Королева освободила ее от обязанностей фрейлины на две недели, а может, и больше, если об этом попросит Рокситер.

— Дорогая моя, — сказала она сердечно, — тебе понадобится время, чтобы ознакомиться с усадьбой и принятыми там установлениями, не говоря о прислуге. Воспользуйся каждой минутой, которую сумеет выкроить Мартин, чтобы побыть с тобой. Я знаю, он сейчас особенно занят делами короля, но это время важно для вас обоих. Используй его хорошо.

Крессида была совсем не уверена, что хочет проводить свободное время вместе с мужем, и уж вовсе не думала, что он жаждет проводить свое свободное время с ней. В это первое утро их совместной жизни они позавтракали в полном молчании.

Крессиде не хотелось встречаться глазами с Алисой, когда та пришла будить ее. Она провела бессонную ночь, лежа тихо и неподвижно, ощущая рядом с собой сильное тело мужа и боясь его потревожить. Но под утро, когда первые проблески серого рассвета начали пробиваться сквозь закрытые ставнями окна, все же впала в бесчувственную дрему.

Проснувшись от ласкового, но решительного прикосновения Алисы, Крессида обнаружила, что ее супруг уже встал и вышел в соседнюю комнату, чтобы одеться. Алиса принесла ей теплой воды для умывания и помогла натянуть платье, но предварительно сдернула простыни и бросила в плетеную корзинку, чтобы их забрали дворцовые прачки.

Алиса ничего не сказала и ни о чем не спросила Крессиду, к величайшему ее облегчению, но, когда та к ней повернулась и внезапно обняла ее, она мягко погладила ее волосы, как это сделала мать накануне, и этой ласки оказалось достаточно, чтобы успокоить измученную девушку.

Крессида покосилась на графа, желая увидеть его лицо. Он, слегка отвернувшись, рассеянно смотрел вдаль поверх речных вод. Рокситер не казался сердитым, но его брови сошлись на переносье, как будто он о чем-то напряженно думал. Что его так беспокоит? — гадала она. Во всяком случае, не оскорбленные чувства его юной жены.

Не без раздражения она в который раз сказала себе, что ей повезло, конечно, — ведь он не был требователен, как она опасалась, — и все же ей хотелось бы получить хоть какое-нибудь свидетельство его внимания к себе сейчас, когда весь ее привычный мир разрушился, и все вокруг сделалось ужасающе незнакомым.

Баржа подошла к принадлежавшему графу причалу, и гребцы разом вскинули весла. Ливрейный слуга, ожидавший их прибытия, поспешил пришвартовать баржу, и граф выскочил из нее, затем наклонился и протянул руку Крессиде, помогая сойти на берег. Он быстро повел ее через дышавший сыростью сад к заднему фасаду, и они вступили в холл.

Нижний этаж был сложен из красного кирпича, второй ярус — из бревен и дранки, но еще снаружи, окинув дом быстрым взглядом, она заметила, что все окна застеклены, а штукатурка подновлена и сверкает свежей побелкой. Величественного вида дворецкий вышел им навстречу, приветствуя своих господ низким поклоном. Он был преисполнен такого достоинства, что Крессида едва не ответила ему реверансом. Дворецкий вызвал наверх старших служащих, чтобы представить их новой хозяйке дома, но граф знаком отклонил его намерение, поспешив добавить, что графиня замерзла и желает только, чтобы в верхнюю гостиную подали подогретый эль и лепешки.

— Пришли наверх горничную графини, мистрис Крофт, как только она приедет. Да последи, чтобы выгрузили и разложили вещи графини. У ее светлости будет довольно времени, чтобы познакомиться с остальной прислугой. Мне прошу подать ужин в мою комнату. Днем меня ожидают в государственном Совете, так что прикажи к двум часам держать баржу у причала наготове.

Крессида улыбнулась дворецкому; тот опять поклонился и прошествовал впереди них к подножию лестницы. Граф собственноручно снял с жены плащ, тут же передав его Питеру, следовавшему, как всегда, за ним по пятам.

Дом показался Крессиде огромным, даже на ее взгляд, привычный к удобному замку в Греттоне. Через раздвижную дверь она увидела мельком столовую; другая приоткрытая дверь напротив лестницы вела, по-видимому, в зимнюю гостиную. Они поднялись по ступеням, и граф ввел ее в уютную и роскошно обставленную верхнюю гостиную, в которой ярко пылал огонь; стены гостиной были красиво расписаны, а отполированный до блеска пол устилали восточные ковры. Крессида изумленно ахнула при виде буфетов, уставленных серебряной посудой, и гобеленов на стенах жемчужных тонов.

У камина по обе стороны стояли два мягких кресла, и граф с улыбкой знаком предложил ей сесть.

— Здесь будут ваши владения. У меня тут небольшой кабинет и контора, где я занимаюсь счетами по дому и объясняюсь со слугами. Я позабочусь, чтобы вам поскорее показали вашу опочивальню. К ней примыкает небольшая комната для Алисы. Дом ведется как должно. Вы увидите, мастер Ролингс справляется превосходно. Иначе и нельзя. В последнее время я редко бываю дома. Королю надобна моя служба, да и дела во Франции таковы, что требуют постоянного внимания.

Я распорядился, чтобы ваши пожелания выполнялись немедленно. Возможно, вы захотите внести какие-либо изменения в управление домом, а мастер Ролингс, увидите сами, человек сговорчивый, но, прошу вас, пока не спешите, сперва приглядитесь, что именно требуется. Знаю, ваша матушка научила вас прекрасно вести дом, но не тревожьтесь: я не жду от вас многого слишком скоро.

Крессида заставила себя улыбнуться. Ну вот, опять он напоминает без слов, что считает ее слишком юной и незрелой, чтобы справляться с обычными делами, каких ждут от жены. Элинор Модели точно знала бы, что от нее требуется.

Вошла служанка с подносом; молоденький паж, придержавший для нее дверь, поспешил к своим господам, чтобы налить эль в их кружки. Крессида посмотрела на него с тревогой. Должна ли она будет обучать его музыке и пению? [18] Она неплохо играла на лютне, и ей говорили, что у нее довольно приятный голос, но она, пока жила в Греттоне, никогда не относилась к этим занятиям серьезно, предпочитая больше времени проводить на свежем воздухе.