2009.

Юля.

Это была обычная группа. Они играли рок…или альтернативную музыку, для тебя это не принципиально, ты все равно не разбираешься в направлениях. Да и сам Ромка, солист, как-то высказался в интервью, мол, «пусть критики определяют стиль, а мы будут делать свою работу». Выступали давно, а популярность обрели всего пару лет назад – и с тех пор постоянно были в гастролях, мотались и по родной стране, и по зарубежью. Концерты, сольники, рок-фестивали, недавно вышедший второй альбом. Дебютный был так себе, на него почти не обратили внимание. Новая рекорд-компания, новый продюсер и новый альбом сделали простых музыкантов звездами.

Ты все это знаешь, потому что сидишь в интернете и постоянно перечитываешь новую информацию о группе. Не ярая фанатка, конечно, не сравнишься с теми, кто чуть ли не ночует у дома музыкантов, да и не ездишь вслед за ними по разным городам. Даже не была ни на одном из концертов – некогда, возможностей не хватает. Пока все это только в планах. Для тебя уже большое достижение, что ты зарегистрировалась на форуме группы, и можешь общаться с такими же двинутыми на музыке людьми: под «никами» и «аватарами» не понять, кто какого пола и национальности, сколько кому лет и как кто выглядит, но это и не важно. Какая разница, если вам всегда есть, что обсудить, а все остальное можно дофантазировать.

Ты живешь обычной жизнью – работаешь, встречаешься с друзьями, по выходным ходишь в кино. Ты еще молода – тебе 24 года, и ты не замужем. С парнем недавно рассталась. К одиночеству не привыкать, но в последнее время тебя начинает это бесить. Надоело.

Почему-то так получается, что сейчас музыка для тебя значит все. Ну, или почти все. Ты просыпаешься, собираешься, едешь на работу или с работы – и не выключаешь в плеере любимые песни Zipp. Их второй альбом лучше, несомненно: мягче и эротичнее. Более личный, чем космический первый – с того ты даже не все песни слышала. Голос Ромки – то приглушенный, то хриплый, то юношески звонкий - околдовывает, а его безумная энергетика подпитывает тебя каждое утро, каким бы хмурым оно не было. Ты искренне восхищаешься талантом певца, его разносторонностью – он и музыку сочиняет, и тексты пишет, и видео снимает, в рекламе и фильмах успевает светиться, но тихий голосок внутри шепчет, что ты вряд ли обратила бы на него внимание, не будь он таким потрясающе красивым. Зачем бог создает таких людей? Чтобы рядом с ними ощущать свою неполноценность? Или это просто совпадение стандартов времени и среднестатистической нормы? Вот только что считать номой? Светло-голубые глаза в пол лица, аккуратный тонкий нос, нежная линия скул, улыбка – солиста редко кто видел серьезным и хмурым. Эпатажные прически менялись так часто, что фанаты не успевали следить за обновлением имиджа – то он с длинными светлыми волосами, то стрижется под ноль: и ему одинаково хорошо. Тонкая стройная фигура, кажущая хрупкость могли ввести в заблуждение, создать иллюзию эфемерности и призрачности солиста, его нереальности и недоступности, но это только до тех пор, пока он не открывал рот и не начинал острить и язвить над зрителями, чуть ли не через слово используя непечатные выражения. Ему было наплевать на общественное мнение, на запреты и правила. Он творил анархию и не стеснялся подчеркивать это девизом: «А для нас – свобода».

На заставке телефона, на рабочем столе компьютера их фотографии, твой будильник звонит «Атакой», а засыпаешь ты под медленную «Прощай». Нет, ты не фанатка. Просто ты очень любишь их музыку.











Рома.

Допеваешь последнюю песню. Снова и снова повторяешь: «Спасибо! Вы лучшие! Скоро увидимся!» Громкие крики почти заглушают твой голос.

Почти.

А дальше по сценарию – автографсессия, встреча с фанатами, болтовня и шутки, фото на память – по такому хорошо знакомому и заезженному сценарию.

Но тебе не надоедает.

Концерт дает хороший выплеск адреналина, и ты наверняка знаешь, что еще долго не успокоишься: если Рыжик согласится, утащишь его с собой в клуб, если нет… Одному идти неохота, поэтому ребятам придется терпеть твое присутствие в тесном автобусе. Впрочем, они, скорее всего, улягутся спать. Сашка точно залезет наверх первым – он вообще простужен, едва отыграл это выступление…

Полным беспокойства взгляда провожаешь фигуру старшего брата – он идет сгорбившись, в тонкой, пропитанной потом майке, а в коридоре холодно, гуляют сквозняки. Хмуришься. Не хватает только, чтобы он вообще слег.

Поддавшись порыву, стягиваешь с себя вязаный кардиган и протягиваешь ему.

- Это что? – голос хриплый, будто прокуренный, но ты знаешь, что сигареты тут ни при чем.

- Одень, а? Не глупи и не хорохорься.

Он открывает рот, чтобы что-то возразить, но, наткнувшись на твой взгляд, замолкает. Смотрите друг на друга с пол минуты – его зеленые кошачьи глаза встречаются с твоими, растерянными, ты судорожно сглатываешь и неловко отворачиваешься. Слышишь, как он усмехается непонятно чему.

- Спасибо, - натягивает на себя кардиган, и ты пытаешься сдержать смех, потому что вещица ему явно маловата, и узкие рукава чуть ли не лопаются на мускулах барабанщика.

Он хлопает тебя по плечу и обнимает. Почему-то сердце колотится так сильно, что тебе кажется, Сашка слышит этот стук. В гримерку вы идете вдвоем, подшучивая друг над другом, и ты ощущаешь, как неудобство и смущение куда-то подевались. Старший брат – твой самый лучший товарищ – рядом, с ним можно не притворяться, быть самим собой. А он всегда поймет. Этот концерт – предпоследний, потом целая неделя отдыха и ничегонеделанья, вы поедите домой, где, наконец, сможете побыть с родными.





Юля.

- Блин, так на концерт их хочется…

- Так в чем проблема? Покупай билет и приезжай!

- А остановиться где? Я ж ни разу в Москве не была до этого!

- Вот и повод есть. А остановишься у меня.

- Мне неудобно.

- Хватит, Юль! Я только рада буду, мы же давно не виделись…

- А работа?

- Отгул возьми. Или напиши заявление на отпуск. Ты не была еще в этом году, да?

- Не была.

- Чего тогда речь ведешь? Возьми недельки две… Отдохнешь, ко мне в гости съездишь… Когда твои Zipp выступают?

- В декабре.

- У-у-у, это еще больше месяца… А билет покупать потом будешь?

- Я еще не решила – ехать или нет!

- Просто мне кажется, что о билете надо сейчас подумать. Вдруг потом не будет…

- Наташ!

- Юль!

- Что?

- Я бы на твоем месте даже не думала. Прямо сейчас заказала бы билет по интернету…

- Кстати, я даже не знаю, как это делать.

- Дремучий лес… Ладно уж, куплю я. Вот специально схожу в Олимпийский и куплю. Тебе за какую сумму и на какие места?

- Э-э-э…

- Понятно. Как узнаешь, позвони. Только не тяни, ради бога. Не позвонишь завтра – куплю сама… В фан-зону, например!

- Только не это! Я хочу живой уйти с концерта!

- Ха, я к тебе, может, присоединюсь! У меня Андрей тоже слушает Zipp, ему нравится.

- Прикольно. Пойдем втроем…

- А я о чем? Так что не тормози!

- Уговорила. Блин, ну во что я ввязываюсь, а? Мне не 14 лет, чтобы я ходила на концерты и пела с фанатами!

- А причем тут это? Если я на концерт Мадонны за три с лишним месяца выкупила билет, это говорит, что я сумасшедшая?

- Да, сумасшедшая…

- А ты – зануда!

- Вот я приеду, и узнаешь, зануда я или нет!

- Ой, испугалась!

- Все, до связи!

- Звони! Целую тебя, дорогая…



Рома.

- Мам, все, мы поехали! Сережке привет передавай, ладно?

- Обязательно. Он вас в среду будет ждать.

- Мы приедем, да, Санек?

Братец шнурует кроссовки и мычит куда-то в сторону:

- Угу…

Легонько пинаешь его коленом:

- Пошевеливайся, что ли! Нам еще в студию, между прочим, и ребята ждут наверняка!

- Не сахарные, не растают.

Театрально вздыхаешь и жалостливо смотришь на мать:

- Слушай, ну в кого он у нас такой упрямый, а? Может, тебе его подкинули?

Она смеется, и ее глаза – такие же светлые, как твои – влажно блестят. Она не видела вас уже несколько месяцев: то вы в работе, то в разъездах, и очень соскучилась. Несмотря на то, что и тебе, и Сашке перевалило за тридцатник, для нее вы еще такие же мальчишки, какими были в детстве – озорные хулиганы, доводившие до слез учителей. И она все так же беспокоится о вас: звонит, обижается, если вы долго не приезжаете. Чем старше становишься, тем острее сознаешь, как сильно любишь. Мама, брат, Сережка – твоя семья, и больше ты никого не пускаешь в свой маленький мир, тебе больше никто не нужен.

- Ты вечером домой или к Кате? – спрашиваешь, когда дверь подъезда захлопывается за тобой. Дождь, холодный ветер, туман. Осень. Поднимаешь воротник куртки повыше, но все равно ощущаешь ледяное покалывание через одежду. От холода? Или от ожидания ответа?

- Хотелось бы провести вечер с ней. Я не знаю, даже не звонил ей пока что.

- Мы в городе уже почти неделю, - ты пытаешься придать голосу удивленность, но помимо воли прорываются осторожные нотки предвкушения. Катя тебе никогда не нравилась. Слишком она стервозная для твоего брата.

- Ну… - Сашка ковыряет ботинком землю и не поднимает голову. – Так получается…

Киваешь, идешь к машине. Слова не нужны. Ты без того знаешь все комплексы брата: он стесняется своего невысокого роста, дислексии, он ненавидит фотографироваться, потому что плохо получается на снимках, не любит быть в центре внимания и его бесит, если девушки пытаются «пропиариться» за его счет. Впрочем, последнего опасаешься ты сам, поэтому не заводишь подружек. Последняя девушка, с которой ты спал, была случайная искательница приключений – то ли немка, то ли скандинавка, приехавшая в столицу России на учебу. Вы познакомились в клубе, провели вместе вечер, а потом захотели продолжить его в более интимной обстановке. Если бы ты не был тогда под кайфом, ты ни за что не потащил бы незнакомую девицу к себе домой, ни за что не стал бы рассказывать себе лишнего. Но кто мог предположить, что эта длинноногая белокурая нимфа, едва изъяснявшаяся по-русски, на следующее утро растрезвонит всем и вся про ночь с солистом Zipp, про то, что он до сих пор спит со светом, иногда не прочь покурить травку или закинуться парой «волшебных таблеток». Вспоминать тошно последствия той ночи – менеджер была в такой ярости, что орала минут сорок не останавливаясь. Вы с ребятами еще прикалывались, какой у нее объем легких. На самом деле, повода для шуток не было, и ты это прекрасно понимал. После ряда публикаций хотелось зарыться головой в песок, как страус. Ладно, пережили… Шесть месяцев ни случайных связей, ни постоянных. Ни одна нормальная девушка не станет терпеть такой образ жизни, какой ведете вы – постоянно на чемоданах, постоянно в пути. А вот Сашка как-то ухитряется совмещать – они встречаются с Катериной уже месяца два. Правда, если подсчитать, сколько раз они действительно виделись, едва наскребется неделя. Но это неважно. По крайней мере, для брата. Ведь он сам недавно сказал, что у них «все серьезно».