Энн Петцольд

Когда мы мечтаем

When We Dream

Anne Pätzold


© В. Трошагина, перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Посвящается Симоне. 90 000 [1] слов, ни одно из которых и близко не передает глубину моей признательности


Глава 1

– Домашнее задание – проработать текст.

Аудитория заполнилась шелестом тетрадей и разговорами. Мои сокурсники встают, копаются в сумках – на профессора почти никто не обращает внимания.

– И не забудьте сдать его до пятницы, – добавил он, поправляя очки.

Большинство студентов уже просочились наружу через двустворчатую дверь в конце зала. Пряча тетрадь с конспектами и ручки в рюкзак, я подождала, пока схлынет основная волна. И только когда на передних рядах почти никого не осталось, закинула рюкзак за плечи и тоже вышла из аудитории.

«Международный менеджмент» был сегодня одной из последних пар, холл университетского корпуса почти опустел: все стремились как можно скорее оказаться дома. Я не исключение. С утра сидела в переполненных аудиториях и не могла дождаться, когда вернусь в свою комнату. Мысль о постели, хорошей книжке и чашке чая помогла мне продержаться остаток дня.

Я вышла на улицу, и мои руки лизнул вечерний холодок. Последние дни выдались необычайно теплыми для конца апреля, и я наслаждалась прохладой. От жары я становлюсь в лучшем случае вялой. Мне и так с трудом удается концентрироваться на лекциях. А если температура больше двадцати пяти градусов, мне это совсем не удается, и я могу думать только о том, чтобы сбежать от толчеи и залечь где-нибудь в местечке попрохладней. Как правило, спасительным островком становились родные стены. Квартира находится не слишком далеко от факультета, так что каждый день я радуюсь, что не надо тащиться через весь город.

Учеба уже вымотала меня. Вероятно, сильнее, чем должна бы. Постоянно чувствую себя замученной, но стараюсь не думать об этом. Как отчаянно по утрам все во мне сопротивляется необходимости выйти из дома!

И так ведь каждый раз?

Я тряхнула головой, воткнула в уши наушники и включила погромче музыку на телефоне. Под нежные, успокаивающие мелодии рассеиваются нежеланные мысли.

Моя жизнь хороша такой, какая она есть.

Голосок моей младшей сестры Лив слышно уже с лестничной площадки. Пока я, по дороге решившая побаловать себя горячим шоколадом, в одной руке держала стакан, а другой отпирала дверь квартиры, до меня доносилось ее громкое пение. Причем произвольный набор звуков – это определенно не английский. Я ногой толкнула дверь, но ее песня, даже став громче, осталась для меня бессмыслицей.

Я повесила ключ на крючок у двери, скинула ботинки, куртку и рюкзак в прихожей и проследовала за фальшивыми вокализами Лив на кухню. Она как раз собиралась поесть кукурузных хлопьев. Рядом с раковиной стоял пакет молока, и я не поняла – то ли она опрокинула миску, то ли пыталась приготовить хлопья прямо на столе.

Лив стояла спиной ко мне. Резинка еле держалась на растрепавшихся белокурых локонах. Я постучала по дверной раме, и Лив, обернувшись, вытащила телефон из кармана брюк. В следующую секунду музыка стихла, став просто негромким фоном.

– Ты тут без меня вечеринку закатила? – спрашиваю, смотря на лужу на столе.

Несколько прядок упало Лив на лоб. И только сдув их, она поясняет:

– Я слушала музыку и в танце опрокинула миску.

Усмешка на лице говорит, что она ничуть не раскаивается, и я невольно чувствую, как мои губы тоже растягиваются в улыбке. Сердиться на Лив – из разряда невозможного.

– Да уж, не услышать музыку было сложно. Миссис Эллиот тоже наверняка пританцовывала.

Миссис Эллиот – соседка из квартиры напротив и неофициальный член нашего скромного семейства. Если Мэлани, самой старшей из нашей троицы, приходилось задерживаться допоздна или уезжать в командировки, престарелая леди присматривала, не фастфудом ли единым мы живы. Кулинары из нас с Лив так себе, поэтому ее опасения не напрасны.

– Мэл еще на работе? – поинтересовалась я, ставя на стол свой полупустой стакан. Я подцепила с раковины тряпку и принялась устранять кукурузно-молочное месиво. Лив взяла со стола миску и отнесла ее в мойку.

– Она написала, что сегодня снова придет поздно.

Мэл работала в управлении крупной компании – организаторе торжеств. Она по горло в делах из-за церемонии награждения, которая состоится на днях в Чикаго. Уж не знаю, как Мэл следит за спонсорами, обслуживающим персоналом, светотехниками, модераторами и всеми прочими, обходясь при этом почти без сна, но как-то ей это удается.

Выкинув разбухшие кукурузные хлопья, я заглянула в холодильник. Я, конечно, ожидала встретить зияющую пустоту, но при виде кетчупа и пары ломтиков хлеба мое лицо все равно вытянулось.

– Завтра придется отправиться за покупками, – сообщила я Лив. – А сегодня, кажется, снова пицца-день.

– Я на шаг впереди, Элла! – фыркнула та, показывая на телефон в руках. – Как обычно «Маргариту»?

Я молча подняла бровь…

– Две пиццы «Маргарита» с дополнительным сыром. Сейчас, – улыбнулась Лив.

…И показала большой палец – «класс»!

– Если что, буду у себя, – с этими словами я направилась по коридору к дальней двери, ведущей в мою комнату.

Первым делом я включила подсветку у книжных полок. Лампочки лишь немного рассеяли темноту, но мне нравилось, как уютно смотрится комната при таком освещении. Она небольшая, в самый раз, чтобы вписались кровать, письменный стол, два стеллажа с книгами и маленький шкаф для одежды, но это – мое королевство. Место, где можно быть собой и переноситься в другие миры, не беспокоясь о реальном. Выходить из дома сегодня я больше не планировала, так что отрыла в шкафу сверхудобные пижамные штаны и футболку-оверсайз. Мысленно я уже видела себя в кровати с пиццей в руках, когда Лив постучалась и заглянула ко мне.

– Еда будет через двадцать минут. Хочешь посмотреть со мной сериальчик?

Я высвободила волосы из-под ворота футболки и собрала их в хвост.

– Какие будут предложения?

– Мы можем продолжить «Друзей» или какое-нибудь аниме.

Я окинула взглядом хаос на своем столе.

– Вообще, я думала поработать над рисунком, который начала вчера, – задумчиво сообщила я Лив. А еще хоть немного насладиться тишиной перед завтрашней работой.

Впрочем, Лив отговорка не впечатлила.

– Бери альбом с собой!

То, что мне будет тяжеловато одновременно уделять внимание фильму, рисунку и болтовне, она намеренно проигнорировала.

Должно быть, Лив заметила мои колебания, но облегчать мне задачу не намеревалась.

– Или-и-и-и… – с хитринкой в глазах протянула она. – Мы включим диснеевский фильм, и ты сможешь во все горло подпевать!

Судя по широкой улыбке, она была уверена, ответить «нет» Диснею – выше моих сил. И она права. Она не успела ничего больше сказать, я вместо ответа протиснулась мимо нее и двинулась в гостиную. А альбом можно взять и на работу.

В свои пятнадцать Лив уже была обладательницей одного из самых обширных собраний DVD-дисков, которое я когда-либо видела, и стерегла его, как клад. Фильмы и сериалы были рассортированы в алфавитном порядке на этажерке у телевизора. Лив, при всей ее «любви» к уборке, должно быть, даже пыль там протирает.

– И ты говоришь, что я странная? Тот, кто не поет во время диснеевских мультфильмов, явно не в себе!

Я вытащила с полки «Мулан» и включила телевизор.

Лив отобрала у меня коробку и вставила диск в DVD-проигрыватель.

– А кто точно и полностью в себе?

Я запнулась. Разговор принял неожиданный оборот.

– На удивление мудро.

Она пожала плечами:

– Я младше, а не глупее.

– Да, знаю.

Иногда я забываю, что она уже не маленькая восьмилетняя девочка, которая пробиралась ко мне в кровать, потому что ей снились наши родители и она не могла заснуть одна.

Я стащила с дивана шерстяной плед и закуталась в него. Я, конечно, люблю прохладу, но Мэл с Лив осваивали на практике термин «ледниковый период». Я бы не удивилась, если бы из нашего кондиционера посыпались снежинки.

– Что будешь пить? – крикнула я.

– Давай колу, – немедленно прилетело в ответ. Лив и ее кола. Подчас я задаюсь вопросом, как ей вообще удается сохранять хорошие зубы при таком объеме поглощаемой сладкой газировки. Не сказать, что со мной дело обстоит лучше. До ужаса обожаю свой вечерний чай, а лучший чай – именно сладкий.

Вернувшись в гостиную с бутылкой колы и двумя стаканами, я поставила их на деревянный журнальный столик, упала на диван и вытянула под пледом ноги. Лив села на пол и привалилась к моему лежбищу спиной, устраиваясь поудобней.

До начала первой песни мы с головой ушли в мультфильм. Как только я всем существом настроилась на припев, раздался дверной звонок. Лив подскочила и побежала открывать курьеру, а я нажала на паузу. Аромат пиццы разнесся по квартире еще до того, как Лив закрыла дверь. Стоило ей водрузить коробки на стол и открыть первую, в животе у меня радостно заурчало.

Сегодня утром я слишком заспалась, пришлось собираться за двадцать минут и выбегать из дома с тостом в зубах, дожевывала я его по дороге на учебу. К полудню в библиотеке я съела шоколадно-ореховый батончик, сытным назвать его сложно. Поэтому огромная дымящаяся и ароматная пицца – для меня буквально воплощение мечты. Я настолько погрузилась в восхищение пиццей, что третью коробку, которая была гораздо меньше остальных, заметила, только когда ее впихнули мне в руки. В ответ на вопросительный взгляд Лив, широко улыбнувшись, плюхнулась рядом.