Для любой женщины выйти замуж за Чарльза Харрингтона было бы редкой удачей. Но, подобно прекрасному принцу из сказки, он бродил по свету в поисках той единственной, что могла бы составить его счастье. Знакомился с очаровательными женщинами, казавшимися такими восхитительно-прекрасными, а потом всякий раз всплывал некий роковой изъян, заставлявший его отказаться от похода к алтарю. И для него, и для его избранниц это было великим разочарованием. Каждый раз его планы создать семью и обзавестись детьми рушились в самый последний момент. И в сорок шесть лет Чарли все еще оставался холостяком, хотя, как он говорил, и не по своей воле. Но где же она, идеальная женщина наших дней? Чарли был по-прежнему преисполнен решимости ее отыскать и был убежден, что это ему когда-нибудь удастся. Вот только когда? Сколько, казалось бы, идеальных кандидаток вокруг него ни вилось, он всегда умел разглядеть их недостатки. Единственным его утешением было то, что пока ему удавалось избежать брака с «не той» женщиной. Он был тверд в своем намерении этого не допустить и благодарен судьбе, что она до сих пор хранила его от неудачного брака. В отношении женских несовершенств он всегда был бдителен и непреклонен. Он знал, что его единственная существует, просто он ее пока не нашел. Но когда-нибудь непременно найдет!

Чарли сидел с закрытыми глазами, подставив лицо солнцу. Его обслуживали две официантки. Сейчас ему была предложена вторая чашка кофе. Накануне он выпил шампанское, потом несколько бокалов мартини, но утром успел поплавать и сейчас чувствовал себя лучше. Он был превосходный пловец и серфингист. В Принстоне он даже был капитаном команды по плаванию. Несмотря на возраст, он не утратил любви к спорту. С энтузиазмом гонял на горных лыжах, зимой при каждой возможности играл в сквош, а летом – в теннис. Благодаря этому он не только мог похвастать отменным здоровьем, но и имел фигуру юноши. Чарли был на редкость привлекательным мужчиной, высокий, поджарый, голубые глаза, русые волосы, а пробивающаяся седина еще почти незаметна. Сейчас, после месяца на море, он мог похвастать красивым ровным загаром. Идеальный мужчина!

Его мать была настоящей красавицей, а сестра в студенческие годы блистала в теннисе, пока не бросила учебу, чтобы посвятить себя брату: их родители погибли, разбившись на машине во время отпуска в Италии. Чарли тогда было шестнадцать, сестре – двадцать один год. Она бросила первый курс престижнейшего колледжа Вассар, вернулась домой и взяла на себя заботы о семье, где неожиданно осталась за старшую. При мысли о сестре у Чарли до сих пор наворачивались слезы. Элен тогда сказала, что через два года, когда он поступит в колледж, она возобновит учебу. Она с готовностью пошла ради него на эту жертву. Элен была необыкновенная женщина, Чарли ее боготворил. Но когда пришло время отправляться в колледж Чарли, сестра уже была тяжело больна, хотя брату ничего не говорила. Почти три года она скрывала от него серьезность положения. Говорила, что не поедет учиться из-за занятости в фонде, а он и поверил. На самом деле у Элен была опухоль мозга, и она героически боролась со своей болезнью. Из-за расположения опухоль с самого начала была признана неоперабельной. В возрасте двадцати шести лет Элен умерла, не дожив всего нескольких месяцев до его выпуска из Принстона. К нему даже некому было прийти на вручение диплома. Лишившись родителей и сестры, Чарли остался один на всем белом свете, с огромным состоянием и чувством ответственности за все, что он унаследовал от семьи. Вскоре после получения диплома он купил свой первый парусник и на протяжении двух лет плавал кругосветку. Не проходило дня, чтобы он не думал о сестре и о том, скольким ей обязан. Ведь это ради него она бросила учебу и, как и родители при жизни, во всем поддерживала его до своего последнего вздоха. Жизнь в семье Харрингтонов всегда строилась на взаимопонимании и любви. Одно в жизни Чарли сложилось не так, как должно было, – все дорогие ему люди слишком рано его оставили. И теперь он больше всего боялся полюбить и вновь потерять близкого человека.

Из кругосветного плавания он вернулся в двадцать четыре года. Поступил в Бизнес-школу Колумбийского университета, получил диплом МБА, научился успешно управлять своим фондом и распоряжаться инвестициями. Он быстро повзрослел и узнал цену ответственности за жизни тех, кто от него зависел. Чарли никогда и никого не подводил. Он знал, что лишился сестры и родителей по воле рока, но факт оставался фактом: в весьма юном возрасте он оказался один на всем белом свете, без единой родной души и с огромным состоянием. И еще у него было несколько верных друзей. Однако он понимал, что без любимой женщины чего-то очень важного в жизни ему всегда будет недоставать. Но он непременно хотел связать свою судьбу с женщиной, отвечающей его представлениям о достойной спутнице жизни – то есть такой, которая была бы похожа на Элен и на их мать и так же была бы верна ему до последнего часа. Он не признавался даже себе в том, что без близких в этом мире ему было бесконечно одиноко и даже страшно. Его родные покинули его, но так уж распорядилась жестокая судьба. И Чарли казалось особенно важным найти достойную спутницу жизни, ту, на которую можно было бы положиться, которая стала бы хорошей матерью его детям, одним словом – идеальную. На меньшее он был не согласен. И ради такой женщины он был готов ждать.


– О господи! – раздалось где-то сзади.

Чарли рассмеялся, открыл глаза и обернулся. Адам, в белых шортах и светло-голубой футболке, подошел и тяжело плюхнулся в кресло напротив. Официантка налила ему крепкого кофе, Адам сделал несколько глотков и только тогда подал голос:

– Что за гадость я вчера пил? Меня, кажется, отравили.

У Адама были темные волосы и почти черные глаза. Бритьем сегодня он себя не утруждал. Среднего роста, широкоплечий, с тяжелыми чертами лица, он не был так привлекателен, как Чарли, но отличался острым умом, чувством юмора, обаянием, чем и покорял женские сердца. Не обладая внешностью киногероя, он брал головой, влиянием и деньгами. За последние годы Адам значительно упрочил свое положение.

– По-моему, ты, кроме рома и текилы, ничего не пил, правда, за ужином была еще бутылка вина.

Накануне они ужинали на яхте и пили великолепное бордо «Шато О Брион», после чего отправились в город обследовать бары и дискотеки. Чарли, конечно, не рассчитывал встретить там женщину своей мечты, но провести весело время в этих заведениях определенно было с кем. – И еще мне перед уходом показалось, ты перешел на бренди.

– Так я и думал! Это все ром виноват. Каждый год на твоей яхте я превращаюсь в алкоголика. Если бы я столько пил дома, меня бы давно вышибли из бизнеса. – Адам Вайс прищурился на солнце, нацепил темные очки и улыбнулся. – Ты, Чарли, на меня плохо влияешь. Зато тебе не откажешь в гостеприимстве. В котором часу я заявился?

– Кажется, в районе пяти. – В голосе Чарли не слышалось ни одобрения, ни порицания. Он не судья своим друзьям. Для него главное – чтобы им было весело, и это всегда удается. Адам с Греем были его самыми близкими друзьями, их связывала привязанность, выходящая далеко за рамки простой дружбы. Они были как трое братьев, за последние десять лет наблюдали друг друга в самых разных ситуациях и знали друг о друге все.

Адам познакомился с Чарли почти сразу после развода. Со своей женой Рэчел Адам был знаком еще со второго курса Гарварда, где они вместе учились на юридическом. Рэчел получила диплом с отличием и была допущена к собственной практике. Но адвокатом так и не стала. Адам получил практику со второй попытки, и со временем из него вышел превосходный адвокат. И вполне преуспевающий. Он пошел работать в фирму, специализирующуюся на оказании юридических услуг рок-звездам и спортсменам первой величины. Адам обожал свою работу. На следующий день после выпуска они с Рэчел расписались, к радости родителей, которые были знакомы, так как жили в одном районе на Лонг-Айленде. Несмотря на дружбу родителей, Адам и Рэчел до университета знакомы не были. Адам всегда противился знакомствам с дочерьми родительских приятелей и Рэчел выбрал сам. Она казалась ему идеальной спутницей.

У них было много общего и безоблачное будущее впереди. Уже в медовый месяц Рэчел забеременела и за два года родила Адаму двоих детей. Сейчас Аманде и Джекобу было четырнадцать и тринадцать. Брак просуществовал пять лет. Адам был вечно занят на работе, делал карьеру и мог иногда вернуться домой в три ночи, после концертов или соревнований с участием своих клиентов и их друзей. Но, несмотря на искушения со всех сторон – а таких было множество, – он хранил верность Рэчел. Она же, устав от вечного ожидания и одиночества, влюбилась в детского врача, с которым была знакома еще со школы, и, пока Адам в поте лица зарабатывал для семьи деньги, завела бурный роман. За три месяца до развода Адам стал в своей фирме партнером, и Рэчел объявила ему о своем решении, сказав, что он не пропадет. Она забрала детей, мебель, половину сбережений и, едва дождавшись, когда высохнут чернила на бракоразводных бумагах, вышла за своего педиатра. С тех пор прошло десять лет, но Адам до сих пор не изжил в себе обиду и, разговаривая с бывшей женой, с трудом мог сдерживать эмоции. С тех пор он и зарекся жениться, опасаясь повторения неудачного опыта.

За прошедшие годы Адам неоднократно знакомился с женщинами, но во избежание серьезной привязанности выбирал себе молоденьких дурочек – по принципу «лет меньше вдвое, а мозгов – вдесятеро». В той среде, где он работал, в таких недостатка не было. В сорок один год он встречался с девушками от двадцати одного до двадцати пяти: манекенщицами, начинающими актрисами, поклонницами – одним словом, с теми, кто всегда вьется вокруг спортсменов и рок-звезд. В половине случаев он даже не помнил их имен. Со всеми женщинами Адам был честен и щедр. Он сразу объявлял, что вообще не собирается жениться, а с ними просто проводит время. Ни с одной он не встречался дольше месяца, да и то в лучшем случае. Он ограничивался тем, что несколько раз выводил их в ресторан, вел в постель – и прости-прощай. Его сердце унесла с собой Рэчел – и бросила в сточную канаву. Теперь он общался с ней лишь по необходимости, а это, по мере того как взрослели дети, случалось все реже и реже. В большинстве случаев отправлял ей немногословные послания по электронной почте либо поручал договариваться своей секретарше. Ему не хотелось иметь с ней ничего общего. И заводить серьезные отношения с кем-то еще тоже не хотелось. Адам ценил свободу, и ничто на свете не заставило бы его поступиться ею вновь.