– Может, ты правда без меня сходишь? – робко предложила она.

– Что?! – Надя даже чуть с дерева не сверзилась от возмущения. – Как это без тебя?! Ты же моя подруга! Ты же еще ни с кем не целовалась! Ты что, собралась все лето профукать? Летом должны быть приключения. И большая любовь!

– А вдруг я им не понравлюсь?..

– Как это не понравишься? Я тебя накрашу. И свою супермини тебе дам. И вообще, я из тебя человека сделаю. А то ты ведешь себя как деревня какая-то. Сгорбится вечно. И так груди нет, так она еще и горбится! И смотрит под ноги. А надо как? Нос кверху, грудь вперед, хвост пистолетом. И все парни наши.

– А вдруг у меня не получится?.. Я же… я же… – Марля собралась с духом и выдала, не глядя на подругу: – Я же карлик и выгляжу лет на десять.

– Оссьпидя! Что за комплексы? Ну мелкая ты – и что? Плюнь и разотри.

– Кому я могу…

Но Надя перебила:

– Хватит ныть! Будешь ныть, я скажу бабе Аглае, что ты сегодня хочешь грядки прополоть. Видела, сколько у нее грядок? Гектар. А она очень обрадуется…

– Не надо грядок! – взмолилась Марля.

Она и так с трудом переносила местный климат, а работать весь день на жаре – это было выше ее сил.

– Значит, кадрить студентов!

Но кадрить студентов в этот день не вышло. Как и предупреждала Надя, в какой-то момент от ягод Марле вдруг стало нехорошо в желудке. «Сунь два пальца в рот!» – посоветовала подруга. Но Марля только отрицательно замотала головой: заниматься этой малоприятной вещью ей не хотелось; как обычно, она понадеялась, что само пройдет.

Но само не прошло. Сначала болел желудок, потом скрутило весь живот, а потом ей пришлось весь день наведываться в туалет бабы Аглаи.

В табун пошли на следующий день.

Надя попробовала накрасить Марлю, но из этой затеи ничего не вышло: от жары косметика плыла вместе с потом, лицо чесалось, Марля его терла и быстро превращалась из красавицы в чудовище. Не вышло ничего и с мини-юбкой: чем короче была юбка, тем почему-то младше выглядела Марля. В итоге в сундуке бабы Аглаи была найдена хлопковая широкая юбка до пят с кружавчиками по подолу. Надя напялила ее на Марлю вместе с какой-то своей старой, расшитой цветочками кофточкой, назвала это стилем бохошик и уверенно потащила подругу за собой в табун.

Правда, табун пришлось достаточно долго искать по полям.

– Может, не судьба? – осторожно поинтересовалась Марля.

– Наша судьба – в наших руках! Кто ищет – тот всегда найдет! – откликнулась Надя. – Пошли еще сходим вон за то кукурузное поле, вдруг там тоже пастбище?

За кукурузным полем действительно оказалось пастбище.

Марля снова замерла от восторга. Желто-зеленая трава простиралась до горизонта, а на горизонте смыкалась с бледно-голубым небом. И где-то посередине между этим зеленым и голубым вдалеке были рассыпаны желтые, рыжие и коричневые маленькие, как игрушечные, лошади.

– Пошли! – прикрикнула Надя, и подружки решительно двинулись к табуну.

Среди всех лошадей они быстро разглядели двух оседланных, а рядом с ними, еще приблизившись, обнаружили и табунщиков, лежащих на траве. Надя тут же круто изменила маршрут и пошла едва ли не прочь от табуна.

– Ты что? – удивилась Марля.

– Мы тут просто прогуливаемся, – мечтательно протянула Надя, входя в образ роковой женщины. – Пусть сами позовут.

Марля растерянно пожала плечами: прогуливаемся так прогуливаемся…

Но их действительно заметили.

– Привет, девчонки! – первым радостно подскочил один из парней и активно замахал руками. – Идите к нам!

Надя даже ухом не повела.

– Девчонки! – снова донеслось от табуна.

Но только после третьего приглашения Надя свернула к табунщикам, увлекая за собой Марлю.

– Привет! – еще раз радостно поздоровался высокий, с ямочками на щеках парень, в котором по описанию Марля узнала Петьку.

– Привет, – более сдержанно поздоровался второй, но тут же с интересом принялся разглядывать гостей; по пристальному взгляду почти черных глаз Марля опознала в нем Федьку.

– Привет. – Надя кокетливо поправила волосы.

Марля тоже вежливо поздоровалась.

– А мы тут пасем. Надька, вы тут какими судьбами? А это кто с тобой? – тут же накинулся на подруг Петька.

– Знакомьтесь, это Марля, – представила Марлю Надя. – Мы тут гуляем. Марля приехала к бабе Аглае, моей бабушке, в гости, захотела окрестности осмотреть.

– Привет, младшая сестренка Надьки! Дай пять! – Петька неожиданно схватил Марлю за руку и крепко сжал ее ладонь своей. – Какая ты маленькая! Тебе сколько лет?

Стоя рядом с Петькой, она не доставала ему макушкой и до плеча. У Марли все похолодело внутри: вот и все, вот ее снова приняли за ребенка, и даже длинная юбка не спасла.

– Мне шестнадцать, – буркнула Марля, убирая руку.

– Шестнадцать! Да ты гонишь, – изумился Петька.

– Не хочешь – не верь.

– Что ты пристал к человеку? Просто у нее рост маленький. Так она еще вырастет, – вступилась за подругу Надя. – Не всем же быть такими высоченными, как ты!

– Да странно просто… У нас все девки в шестнадцать уже ого-го! А тут… Ты откуда, Марля?

– Из Санкт-Петербурга.

– У вас все на Севере такие заморыши?

– Может, закроем тему? – снова встряла Надя.

– А шо? Я…

– Заткнись, Петька, – мрачно посоветовал ему Федька. – А вы присаживайтесь. – И он широким жестом предложил девчонкам садиться на траву.

Но Надька садиться не спешила:

– Мы, вообще, гуляем… Да и грязно на земле сидеть…

Петька тут же сдернул с себя футболку и расстелил на траве:

– Садитесь, все для вас!

Надя с недовольным видом все же уселась на предложенную футболку. Марле осталось только опуститься на землю.

Поболтали о том о сем. Больше всех болтал Петька, хвастаясь, как классно он проводит время с друзьями в общаге в Краснодаре, что девчонки от него без ума и как хитро ему удалось списать на экзамене по физколлоидной химии. Федька сдержанно пояснил, что сам он из Сибири, из небольшого городка, на окраине которого у его отца ферма. Что его отец держит двадцать лошадей, и Федька общается с ними с детства. Мечтает быть зоотехником-селекционером и поработать на конном заводе, может быть, даже здесь, в «Восходе». Надя рассказала, что после школы собирается поступать на факультет туризма, потому что мечтает стать экскурсоводом и объехать весь мир. А когда спросили Марлю, она сказала, что учится в школе, а кем хочет быть, не знает.

Потом как-то само собой заговорили о лошадях.

– Надька, а ты верхом-то ездишь? Ты же каждое лето у бабки в конзаводе проводишь. Вот везуха-то! – сказал Петька, но быстро забыл о своем вопросе и снова стал говорить о себе: – Вот бы мне такую бабку!.. Короче, я бы жил в конном заводе все лето, ездил верхом каждый день, на разряд бы сдал. А шо? У меня рост как раз конноспортивный. И сил полно. Я бы через препятствия прыгал. Медали получал!

– Дело не в силе, а в умении чувствовать лошадь, – поправил его Федька.

– Ты меня учить будешь? Да я тебя за пояс заткну!

– Ты? Меня? Да я круче тебя в сто раз верхом езжу!

Слово за слово, парни кинулись подтягивать подпруги своим лошадям, а потом полезли в седла. Точнее, Петька полез, а Федька ловко и легко запрыгнул в седло. И тут же показал сопернику язык.

– Девки, смотрите, как я его уделаю! – гордо крикнул подружкам Петька и предложил Федьке: – Давай от поливалки стартанем. Кто быстрее до девок доскачет, тот и круче.

– Давай!

И оба тут же порысили к поливальной машине на другом конце поля.

– Мальчики такие смешные, – довольно улыбнулась Надя. – Хлебом не корми – дай повыпендриваться. Пусть выпендриваются. Все ведь ради нас.

Между тем оба студента уже во весь опор неслись прямо на девчонок. Как бы они ни старались обогнать друг друга, лошади – невысокие толстые рабочие лошадки, которых в конном заводе называли машками – были равны по скорости, и финишировали парни одновременно, едва не задавив подружек.

– Это все машка, она у меня толстая и медленная! – возмущался Петька.

– Просто ты ездить не умеешь! – парировал Федька. – Ты так можешь? Смотри!

Федька немного отъехал от компании и кинул на землю свою потертую, но все равно эффектную ковбойскую шляпу. А потом отъехал еще дальше, погнал кобылу назад галопом и прямо на галопе, свесившись с седла, легко подхватил шляпу с земли.

– Вау! – хором, не удержавшись, выразили свой восторг Надя с Марлей, а Надя еще и добавила: – Круто!

– Слабо? – Раскрасневшийся Федор вернулся к компании и уставился на Петьку.

– Да не слабо! Просто я тут не клоун, чтобы фокусы показывать! – разозлился из-за триумфа соперника тот.

– Просто ты толстый и неповоротливый, тебе потом в седло не подтянуться.

– Сам ты толстый!

– Конечно, я толстый! – улыбнулся Федор, спрыгивая с седла и снова ослабляя подпруги.

– А давай бороться. Я тебя уделаю! – предложил Петька, спешиваясь.

На этом моменте Надя толкнула Марлю локтем в бок: уходим.

Подружки одновременно поднялись с земли.

– Нам пора. Пока, мальчики. Вы нас повеселили. – Надя послала обоим по воздушному поцелую.

– Что? Вы куда? – растерялись парни.

– У вас табун в кукурузу ушел. – И подружки эффектно удалились.

Глава 3

Гриха

– Пойдем еще поплаваем! – не успели подружки обсохнуть, предложила Надя.

– Пойдем, – согласилась Марля.

Они лежали на покрывале на берегу огромного пруда, где раньше разводили карпов. Только «поплаваем» относительно Марли звучало с большой натяжкой. Школьные уроки физкультуры в бассейне она почти все проболела. Дачи с какой-нибудь речкой поблизости у ее родителей не было. А потому плавать, по сути, она так и не научилась. И теперь ей только и оставалось, что плескаться у самого берега на мелководье и с завистью смотреть, как Надя заплывала далеко на середину пруда и даже до противоположного берега.