– Тайлер не будет действовать в одиночку, – тихо проговорила она, подходя к креслу, стоявшему в изножье кровати Эмили и в котором Анастасия фактически прожила последние дни.

Мередит коротко взглянула на нее, а в глазах Эмили отразилось удивление.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она.

– Я… – протянула Анастасия, – я займу твое место, Эмили. Я буду работать с ним, чтобы выявить того, кто раскрывает и предает агентов.

Мередит буквально подскочила в кресле, а Эмили закашлялась. Анастасия бросилась за лауданумом, а Мэри схватилась за чашку с теплым чаем. Когда обезболивающее и чай были выпиты, а кашель пошел на убыль, обе женщины уставились на Анастасию.

– Ана, ты собираешься заниматься оперативной работой? – прошептала Мередит, широко распахнув темно-голубые глаза.

Сердце у Анастасии упало. По их потрясенным лицам она поняла, что ни одна из ее подруг не могла предположить, что она готова к такому опасному делу. Они сомневались в ее возможностях, и вся внешняя бравада, которую она старательно выстраивала, увяла, как цветок без воды в знойный день. Она растерянно опустила голову.

Увы, она не способна на это!

– Даже представить себе не могла, что скажу такое, – проговорила Эмили. – Слава Богу, что меня подстрелили!

В груди похолодело, когда Анастасия перехватила взгляд Эмили – та и впрямь улыбалась. В первый раз с того момента, как ее нашли истекающей кровью в гостиной.

– Я… Я не понимаю, – запинаясь, произнесла Анастасия.

– Мы с Эмили так надеялись, что ты наконец расправишь крылья, присоединишься к нам и мы займемся конкретной работой. – Лицо Мередит светилось от радостного возбуждения. – Мне, разумеется, не хочется вслед за Эмили благодарить случай за ранение, но это так здорово, что ты в конце концов решилась оставить исследования и аналитику, чтобы делать дело.

У Анастасии приоткрылся рот.

– Думаешь, я смогу?

Эмили нахмурилась:

– Разумеется, вне всяких сомнений.

Анастасия глубоко вздохнула, и эмоции, которые она тщательно скрывала, вырвались на волю.

– Тайлер сказал, что я представляю опасность и для него, и для себя. Он пытался убедить Чарли, что не сработается со мной.

Эмили прищурилась:

– Ничего, он сработается, напыщенная задница!

– Да кто такой этот Тайлер? – Мередит переводила взгляд с Эмили на Анастасию.

– Мы вместе работали над моим делом. Идиоты из военного министерства копались год и ничего не смогли обнаружить, а Чарли убедил их, что кто-нибудь из нас сможет им помочь.

– И что он за человек? – снова спросила Мередит. Эмили коротко хохотнула и скривилась от боли.

– Типичный светский ловелас – заносчивый и самодовольный. Красивый и чересчур хорошо понимающий это. – Она закатила глаза. – А эти ямочки на щеках! Он уверен, это – его главное оружие.

Анастасия, соглашаясь, кивнула. Да, Тайлер красивый мужчина. Никто не сможет этого отрицать.

Мередит поднесла палец к губам, словно обдумывая только что услышанное.

– Он способный агент?

– Очень, – не колеблясь ответила Эмили, несмотря на предыдущую уничижительную оценку.

Анастасия прочистила горло.

– Чарли сказал, что он лучший в Англии.

Брови Мередит слегка приподнялись, а потом она только и произнесла:

– Хм-м.

– Ну и как, вы что-нибудь посоветуете? – Анастасия надеялась побыстрее свернуть с неожиданно ставшей неудобной темы о Лукасе Тайлере.

Эмили рассмеялась:

– Благодаря своим природным способностям, уверена, ты очень быстро определишься. Но совет я тебе все-таки дам. Будь осторожнее с Тайлером. Он сделает все, чтобы отодвинуть тебя от расследования. Упрется в то, что сам не в силах решить эту задачу, а потом будет пользоваться любыми средствами из собственного арсенала, чтобы все сделать по-своему. Там что-то личное. Правда, не знаю, что именно.

Анастасия кивнула, пытаясь осмыслить замечание подруги. Тайлер уже продемонстрировал, насколько мало он принимает ее в расчет. Ей не оставалось ничего другого, кроме как доказать ему, насколько он не прав и что ему не удастся выкинуть ее из дела.

Анастасия призадумалась. Это ее первое серьезное проникновение в тайный мир слежки и предательства. Придется потрудиться, чтобы не ударить в грязь лицом.


Лукас наблюдал, как Анастасия, склонившись над стопкой рабочих бумаг, кивала в такт каким-то инструкциям, которые давал ей Чарли. Ему, конечно, следовало принять участие в их беседе, что-то добавить от себя, указать на основные моменты в расследовании, которым он занимался почти год. Вместо этого он предпочитал просто сидеть и смотреть, как ее темные глаза во время чтения перебегают со строки на строку. Как изящно она массирует затекшую шею, когда держит голову наклоненной слишком долго.

Лукас закашлялся, прочищая горло, и зашевелился в кресле. Да, он находил ее привлекательной, хотя он многих женщин считал таковыми. Ему нужно не поддаваться ей. В конце концов, на кону стоят гораздо более серьезные вещи, чем очаровательная манера Анастасии Уиттиг закручивать каштановый локон вокруг пальца.

– Вы все понимаете, леди Уиттиг? – спросил он, распрямляясь в кресле с таким видом, словно ничто в мире не волнует его.

Она медленно подняла голову посмотреть на него. Ее глаза прищурились за стеклами очков для чтения, так трогательно выглядевших на ее лице.

– Да, спасибо за заботу. – Ее голос выдавал скрытый сарказм. – Полагаю, я правильно поняла основную концепцию расследования, мистер Тайлер.

Вообще-то Лукасу следовало помучить ее. Прежде всего потому, что у нее пока мало опыта оперативной работы, а она демонстративно не спрашивает его ни о чем и даже не смотрит в его сторону. Ему страшно захотелось расхохотаться в ответ на ее раздражительность.

Айли отодвинулся от стола с картой, на которой он показывал Анастасии места, где происходили нападения на агентов, включая последнее покушение на Эмили – последствие нераскрытого предательства. Он поочередно смотрел то на нее, то на него.

– Ладно, – произнес Чарли, – раз уж вы поладили, я, пожалуй, схожу проведаю Эмили и заодно поздороваюсь с Мередит.

Анастасия промолчала, не отрывая взгляда от Лукаса. Чтобы только подстегнуть ее, Лукас сделал то же самое – не мигая уставился ей прямо в глаза. Мгновение спустя она, рассердившись, сдалась. Вновь глядя на карту, Анастасия сняла очки и положила их на стол.

– Вы считаете меня дурой, – констатировала она.

Лукас выпрямился от удивления. Ее прямота стала – для него неожиданностью. И, кроме того, это совсем не соответствовало действительности. За время своего отсутствия он навел кое-какие справки. Узнав о ее разработках, о ее искусстве дешифровщика, он против воли проникся уважением к Анастасии Уиттиг. И не важно, что она женщина, не важно, готова она или нет к оперативной работе. Она превратилась для него в талантливую, полную загадок личность.

– Конечно, нет. Вы отнюдь не дура, миледи, – произнес он с ласковым нажимом. Ее глаза метнулись к нему, но потом вновь обратились к работе. – Тем не менее я думаю, что как только вы вникнете в этот случай, то поймете, что он много выше вашего разумения.

Уж если она предпочитает быть откровенной, ему тоже ничего иного не остается.

Анастасия поджала губы. И Лукас обратил внимание на то, какие они мягкие. Мгновенное ощущение болезненно отозвалось в нем. Однако она не стала протестовать в ответ на его выпад. И отсутствие у нее подчеркнутой самонадеянности также произвело на него приятное впечатление.

Кроме того, он вдруг с удивлением почувствовал, что ему хочется успокоить ее.

– Это не ваша вина, – добавил он, поднимаясь и подходя к окну.

Лукас постоял там, а затем повернулся к нему спиной. Он увидел, что Анастасия бросила заниматься бумагами и с бесстрастным лицом уставилась на него. Но он видел, сколько усилий ей требовалось, чтобы скрыть свои чувства.

– Вы никогда не занимались оперативной работой – не работали, что называется, «в поле». Вы спокойно сидели в своей норке, – продолжил Тайлер.

У нее широко открылись глаза. Она медленно поднялась на ноги.

– Сидела в норке? – едва не задохнулась она. В голос просочились забытая боль и самое искреннее негодование. – Вы не имеете никакого представления об обстоятельствах моей жизни, мистер Тайлер.

Лукас смотрел, как она направляется к нему.

– Я…

Он замолчал, когда она приблизилась. И снова его окутал цветочный аромат. Гардения, наверное, с оттенком жасмина. Запах толкнул кровь по жилам, и, внезапно почувствовав жар, Тайлер пальцем оттянул узел галстука.

– Мои родители, оба, умерли от чудовищной лихорадки, – чуть слышно проговорила она. Ее глаза рассказывали историю потери яснее, чем это могли выразить слова. – Зараза налетела неожиданно, и я даже не смогла попрощаться с ними. А потом, когда я наконец почувствовала себя человеком, мой муж… Человек, которого я любила, который был моей единственной опорой и был так заботлив… погиб от несчастного случая на охоте. И я потеряла все.

Тайлер перевел дыхание. Теперь вокруг него вместе с ароматом растекался жар ее тела. Лукас больше не мог скрывать от самого себя, что жар в крови – желание. И если она подойдет еще ближе, то тоже поймет это.

– И только когда меня пригласили в Общество помощи вдовам и сиротам и рассказали о его реальных задачах, о женщинах-агентах, я почувствовала, что обрела новую семью. – Она продолжала, а ее голос стал низким и хриплым. – Все это время я боролась, чтобы защитить подруг с помощью моих разработок, расшифровывая коды. Увы, мне не удалось помочь Эмили – моей лучшей подруге. Женщине, которая взяла меня к себе, когда я уже была не в силах влачить существование на то содержание, которое определил мне прямой наследник моего мужа.

Анастасия сделала еще шаг и подошла к нему почти вплотную. Тысячи мельчайших взрывов раскалили его кровь и растеклись по жилам, донося до каждого нервного окончания его знание этой женщины. Того самого знания женщины, которым мужчины владеют в течение тысячелетий. Мощный призыв пронзил его. Прижать ее к себе. Целовать, пока она не замолчит. Обозначить право на нее как на свою территорию.