Глава 3


Она боялась высоты и не смотрела вниз,


Её неяркие лучи не разрывали тьму.


Она мечтала о любви. Какой смешной каприз:


Став незаметной для других, светить лишь одному…


А на Земле была зима, звенел хрустальный лес…


С улыбкой грустной у окна, усталый чародей


Курил и сказки сочинял про маленьких принцесс,


И эти сказки (иногда) сбывались у людей.


Он был не то, что одинок… Он ничего не ждал,


И в сердце отзывалась боль едва заживших ран.


Их не хотелось бередить. Уж он-то точно знал,


Что в глупых сказках правды нет. И что любовь – обман.


Заметив первую звезду, он ей шепнул: «Привет,


Ты светишь только для меня, небесный светлячок?»


И был ужасно удивлён, услышав «Да» в ответ.–


«Тебе свечу», – шептал с небес дрожащий голосок.


Она боялась высоты… Он не хотел любить…


У каждого – своя судьба и свой дурацкий страх.


И, вроде, не о чем мечтать, и нечего делить –


Лишь отражение лучей в задумчивых глазах.


Её закрыли облака, а он улёгся спать,


Одновременно свет погас и в небе, и в окне.


Ему приснилось в эту ночь, что он умел летать…


Она училась падать вниз в своём нестрашном сне…


А утром всё пошло не так: он стал о ней грустить.


И, как назло, погожий день разлился синевой,


Но он смотрел в слепящий мир, пытаясь различить:


Плывёт ли чудо-огонёк сейчас над головой?..


Ты видишь свет её любви, печальный Менестрель?


Ты понял, что всю жизнь писал лишь для неё одной.


Как долго длилась здесь зима, и вот пришел апрель,


Когда ты сердце уколол о лучик золотой.


Теперь ей страшно без тебя. Ты этого не знал?


Она зажглась лишь потому, что есть на свете ты.


Она всегда была твоей, кого б ты ни терял,


Не замечая этот взгляд с небесной высоты.


Но жизнь по-своему мудра, в ней неизменна суть:


Любовь как сказку для двоих ничем не отменить.


Не запрещайте сердцу ждать, чтобы когда-нибудь,


Найти того, кому звездой захочется светить.


Сказоч-Ник


Неделю спустя


В этом районе Арина почти никогда не бывала. Слишком далеко от дома, и абсолютно никаких достопримечательностей для ребенка, а ей приходилось путешествовать по городу в основном с Настей. Но сейчас малышка находилась в садике, а она сама застыла перед дверью с небольшой вывеской в цокольном этаже новостройки.

Агентство «Инкогнито»

Может быть, зря приехала? Надо было послушаться подругу, которая все эти дни с самого Нового года пыталась ее разубедить?

Полученное послание повергло в шок, и только боязнь предстать наутро перед дочкой с распухшими глазами удержала от рыданий. Вместо дежурных фраз Арина получила сотканный из нежности шедевр, и хотя отправитель не имел ни малейшего представления о той, для кого слагал строки, а всего лишь выполнял оплаченную работу, это не повлияло на неожиданное для самой себя решение: найти его.

– А дальше? – Юля была настроена более чем скептически. – Хорошо, допустим, ты приедешь в эту контору и выяснишь, кто тебе писал. Что потом? Признаешься, что потрясена его умением излагать мысли? Что спишь и видишь, как он все повторит вслух? Аришка, извини, но это чересчур даже для тебя.

– Я просто хочу посмотреть на него, – упрямо повторяла женщина. Никаких весомых аргументов не было, кроме сильнейшего желания, возрастающего с каждым часом. Просто увидеть. Взглянуть в глаза мужчине, умеющему парить над действительностью. В том, что это так, она не сомневалась: иначе у него не нашлось бы подобных слов.

– Он может оказаться женатым. Стариком. И даже женщиной! – подруга притопнула ногой от возмущения. – Ты об этом не думала? С чего вообще взяла, что писал именно мужчина?

Думала, только такие мысли нисколько не уменьшили пыла. Вдруг слишком явно напомнило о себе свойственное в юности безрассудство, то самое, что побудило ее купить ненужное платье, заставило позвонить в компанию, заказать поздравление и теперь толкало дальше: встретиться лицом к лицу с таинственным автором. А потом…

А что потом, она не знала, но даже это не остановило, и, промаявшись неделю, Арина отправилась по адресу, указному на сайте.

Офис оказался небольшим, но при этом был оформлен почти идеально. Во всяком случае, самой Арине, проводящей за компьютером большую часть времени, никогда бы не удалось так гармонично и удобно оформить рабочее место. А здесь очень удачно переплелись строгость и простота, и женщина невольно позавидовала тем, кому повезло работать в такой обстановке.

Стоило ей войти, как навстречу из-за стола поднялась молодая миловидная девушка.

– Здравствуйте. Вы по объявлению?

Арина успела только кивнуть, и глаза незнакомки засияли, наполняясь радостью.

– Это замечательно! Я боялась, что никого не будет. За целую неделю не позвонил ни один человек, а Вы решили сразу прийти. Так даже лучше!

Она определенно приняла ее за кого-то другого, но Арина не спешила разубеждать. Просто стояла, слушая восторженное воркование, мягкой, уютной волной проникающее вглубь души.

– Как вас зовут? Может быть, перейдем на «ты»? Мы же почти ровесницы. Я – Алиса.

Та самая Алиса, девушка со сказочным именем, принявшая у нее заявку. И безусловно знающая, кто писал ответ.

– Арина.

– Оу! – она едва не подпрыгнула от радости. – У тебя имя тоже с буквы «А»! Значит, все правильно!

Странный возглас Алисы и необъяснимый восторг, вызванный всего лишь именем, смутили, но ничего возразить Арина не успела: новая знакомая пригласила ее к столу, поднимая экран ноутбука.

– Все очень просто. Есть специальная программа. Когда поступает заявка, ее принимает первый, кто оказывается у компьютера, и берет в работу. Или не берет, тогда она остается в системе и ждет следующего. На звонки чаще всего отвечаю я, но телефон агентства многоканальный, так что мы всегда на связи.

Алиса подробно рассказывала особенности работы, что могло означать только одно: им требовался новый сотрудник, и по какой-то непонятной причине именно ее приняли за кандидатуру на эту роль. Стоило разубедить девушку и придумать логичное объяснение для своего появления, но… Арина этого не сделала. Лишь кивнула, всматриваясь в незнакомую программу, и уточнила.

– А сколько человек всего здесь работает?

– Пять, включая меня. У нас еще есть команда, которая занимается организацией праздников и различных мероприятий, но у них офис в другом месте. А тут директор, я и еще трое мужчин. В общем, все те, кто непосредственно занимается написанием поздравлений.

– То есть… – Арина поперхнулась собственной озадаченностью, – писать может любой из… пятерых?

Наивная! Она полагала, что найти автора послания не составит труда, а все оказалось совсем иначе. Не спрашивать же напрямую, кто именно отвечал на ее заявку!

– Да, так и есть, – Алиса улыбнулась. – Написать может каждый, но последнее время заказов стало так много, что мы попросту не справляемся. Потому и дали объявление о наборе новых сотрудников.

Ее пояснения прервал стук входной двери, и приготовленные в ответ слова застряли в горле.

Весь прошлый опыт общения с мужчинами внезапно сошел на нет: Арина видела перед собой не просто привлекательную внешность – внутреннюю силу, которая сквозила в каждом движении. Он был уверен в себе, но не выглядел самодовольным, знал, какое впечатление производит на окружающих, но не кичился этим. А в серых внимательных глазах простерся целый мир, в который женщине мучительно захотелось заглянуть.

Если писал он, если в его сердце нашлись те слова, что взбудоражили все ее существо, с таким мужчиной стоит попытаться оказаться рядом. Хотя бы для того, чтобы увидеть то, чего не знала прежде: чуткость и нежность, пусть даже и не к ней.

Взгляд скользнул вниз, на кисть правой руки, и сердце забилось быстрее: кольца не было. Арина понимала, что это ничего не значит, рассчитывать, что его сердце окажется свободным, еще и раскроется для нее… Немыслимо. Невозможно. Кто она, чтобы вызвать любовь мужчины, от одного только присутствия которого сбивается дыхание?

Он улыбнулся, и лицо из строгого и сосредоточенного стало почти мальчишеским. Потянулся к ее ладони, но вместо ожидаемого рукопожатия Арина внезапно ощутила, как кожи коснулись теплые, мягкие губы.

– Привет. Я – Андрей.

Ее окатил жар, в одно мгновенье пробравшись от пылающих щек до кончиков пальцев на ногах, будто сотни маленьких раскаленных иголочек впились в тело. Лишь прикусив щеку изнутри, удалось скрыть слезы, почти сорвавшиеся с ресниц.

Ей никогда в жизни не целовали рук. Даже в шутку. А этот мужчина не шутил, и, похоже, такое приветствие было для него вполне привычным. Более того, естественным. Словно он невзначай тронул за плечо, ободряя одним прикосновением. И Арина впервые за долгое время почувствовала себя красивой женщиной. Именно женщиной. Не вещью, согревающей чью-то постель, не удобным человеком рядом, не машиной, выполняющей привычную работу. Женщиной. Той, чью руку можно поцеловать, невзирая на отсутствие маникюра. И хотя прекрасно понимала, что новый знакомый, скорее всего, не вкладывал в свой невинный жест никакого запредельного смысла, все равно не могла не наслаждаться теми ощущениями, которые подарило касание мужчины.