— Я… я веточку хотела, — почему-то неуверенно ответила, смотря прямо перед собой, как раз на его голую шею. Так же и простудиться можно.

— У тебя губы синие, — снова прохрипел он, и тут же отпустил мою руку, которая уже начала ныть от крепкого захвата в области запястья.

— Холодно, — прошептала я, а потом резко оказалась переставлена сильными руками к припаркованной рядом газели. — Ох!

— Стой тут, сейчас разберусь с одним недальновидным и вернусь.

Я проследила за высоченным мужчиной, который подойдя к какому-то парню, схватил того за лацканы пальто и принялся серьезно трясти, да так, что у него даже шапка на глаза съехала. Хи, я улыбнулась, вроде ничего веселого, а смешной парень получается, еще и нос красный. Мой незнакомец что-то грозно ему сказал, пригрозив указательным пальцем правой руки, и дождавшись от того кивка, оттолкнул прямо в сугроб. Спрятав улыбку за шарф, опустила глаза, дожидаясь красавца с зелеными глазами, и отвернулась к машине, смущенная немного его видом. Он уже направлялся ко мне — высокий, стройный, с красивыми чертами лица, с небольшой щетиной на лице, и залегшей между бровями морщинкой. Его хмурый вид добавлял ему брутальности, я догадывалась, что от таких мыслей скорей всего покраснела. Хотя, маловероятно, при таком морозе я могла только посинеть.

— Не околела еще, Снегурочка?

— Нет, еще не совсем, — едва улыбнулась, поднимая неуверенный взгляд на огромного медведя, коим он казался, стоя совсем близко со мной.

— Меня Всеволод зовут, можно просто Сева, — пробубнил, открыв дверь ГАЗели и не залезая в салон, принялся чем-то шуршать.

Я попыталась сбросить с себя снег, который, казалось, не собирался переставать сыпаться с неба, и только усиливался, норовя засыпать все вокруг. Признаться честно, мое настроение немного улучшилось, празднование Нового года в одиночестве не казалось такой уж глупой затеей. А что, вот сейчас прикуплю веточку, забегу еще раз на базар, за упаковкой игрушек, и поеду домой, наряжать.

— Держи, не хватало еще, чтобы покупатель окочурился прямо на моей точке.

Сева протянул мне одноразовый бумажный стаканчик, из которого поднимался густой пар с ароматом любимого мною какао. Ох, чудо какое.

— Вы волшебник?

Я поспешила снять варежку, чтобы поудобней перехватить теплый стаканчик и по возможности отогреть им руки.

— Нет, я — змей Горыныч.

Коротко и ясно. Всеволод отошел к елкам, расставляя те по периметру, чтобы покупатели видели их красоту и размеры. Падающий снег красиво ложился на зеленые иголочки, и у меня появилось ощущение, что я нахожусь в лесу, да и пахло здесь удивительно — свежо и вкусно. Еще и напиток, словно по моему желанию.

— На змея вы точно не похожи. А вот на спасителя есть немного. Вы всех отогреваете, угощая какао?

— Нет, только Снегурочек, — он снова коротко ответил, а потом, подойдя к грузовой машине, вытащил оттуда огромную сосну, явно больше двух метров в высоту. По крайней мере, мне так показалось, потому что она была выше мужчины.

— Ох, красивая какая, — выдохнула, осматривая необъятную сосну, которую тут же украшал своими белыми хлопьями снег.

— Согласен, — двусмысленно ответил Сева, вставляя толстый ствол в подставку и поглядывая на меня.

— Ммм, и много у вас таких Снегурочек? — опомнилась, не зная, кем мне хотелось любоваться больше, лесной красавицей или Горынычем.

— Ты первая.

Я улыбнулась и сделала глоток горячего какао, который разлился по моему желудку приятным теплом. Сейчас это как раз то, чего так не хватало, в мороз, в предновогоднюю суету, да еще и от красивого мужчины, правда, отчего-то хмурого, но не отталкивающего этим от себя. Даже чуточку притягательного в своей хмурости.

Неожиданно для меня, он подошел сзади, и, приподняв длинные волосы, свободно спадающие по спине, несколько раз подкинул их, а потом бережно перекинул на плечо.

— Снега много, тяжело будет, — объяснил свое поведение Всеволод, и тоже налил себе горячего напитка из термоса.

— Спасибо. За все.

— Так, что ты там хотела? Веточку?

— Угу. Я одна буду встречать Новый год, поэтому мне бы просто для запаха. Елку все равно не донесу сама.

— Сейчас погляжу, что там у меня есть, — быстро допив свой напиток, он кивнул на мой стаканчик, я сделала последний глоток и протянула ему, чтобы увидеть, как в ту же секунду он выбросил одноразовую посуду в мусор. Заботливый, однако.

— У Вас здесь поистине волшебство, словно в лесу находишься, а запах хвои какой обалденный. Не надышаться!

— Ветки только сосны, пойдет?

— Конечно, я это и имела в виду, просто не совсем разбираюсь.

— Тогда вот, даже с шишками! Дыши! — он подал красивую ветку размером примерно с метр, на ней красовались шишки, две больших, и одна маленькая.

— Здорово! С мороза необыкновенный запах будет, — улыбнулась я, пряча руку в варежку.

— Детский сад, — хмыкнул мужчина, вводя меня своими словами в неудобное положение, словно сказала что-то нелепое. Решив не обращать внимания, гордо приподняла носик, и приняла из его рук свою маленькую новогоднюю радость.

— Сколько я вам должна?

— Нисколько. Ступай, Снегурочка.

— Нет, что Вы, это же Ваш заработок.

Всеволод хмыкнул на мои слова, и развернувшись, продолжил выгружать различных размеров сосны, словно позабыв, что я все еще нахожусь рядом. Такое поведение оказалось неприятным, ведь это хамство поворачиваться спиной, когда я все еще пытаюсь узнать цену. Что-то теперь запуталась, нравится мне этот мужчина, или нет.

— Простите, тридцатки хватит? — прокричала я, понимая, что из-за погодных условий он может не услышать.

Но обернувшись, он удивленно приподнял брови, оставил в покое ель, которую собирался вытащить из машины, и неспешно подошел ко мне.

— Ты еще здесь, Снегурочка? — он пристально посмотрел в мои глаза, словно завораживая своим удивительным и необычным взглядом. В жизни не встречала таких глаз, тут и елка никакая не нужна. Господи, что же такое происходит?

— Я не могу уйти, не заплатив.

— Можешь, потому что это подарок на Новый год.

— Это неправильно. Мне ведь Вам нечего подарить, разве что шампанское. Вы пьете шампанское? А еще у меня есть мандарины.

— На холоде не лучшая идея пить шампанское, прибереги для следующего раза.

— Да я и не думала пить сейчас.

— Домой неси, там нужнее, — Всеволод стащил с руки перчатку и теплыми пальцами коснулся моей щеки, даря лицу приятные ощущения.

— Может, все-таки возьмете денежку за веточку, дедушка Мороз?

— Нет, не возьму.

— Вы уверены? Я ведь чужая Вам.

— Ну, какая ты чужая, Снегурочка? Мы почти родственники, — хмыкнул он, и, развернув меня на девяносто градусов вместе с пакетом и веткой, не сильно сжал плечи руками, направляя в сторону базара.

Я решила не предавать значения его словам, лишь прошептав тихое «спасибо», не торопясь пошла прочь, изредка останавливаясь и оглядываясь, чтобы еще хоть глазком взглянуть на хмурого, с необычайно красивыми глазами, Всеволода. Но сколько бы я не оборачивалась, так, ни разу его вдалеке не обнаружила, то ли по делу отошел, то ли мне все привиделось. А может просто за елкой не видно, их вон, сколько там, целый лес. Нет, привидеться точно не мог, ведь моя заветная веточка находилась сейчас в правой руке, а образ высокого мужчины до сих пор стоял перед глазами.

Чудесное утро, с волшебными запахами и подсказками, которые привели меня к удивительному мужчине. Грубоватый, слегка хамоватый, но в ту же минуту, заботливый и щедрый. Что же это, дедушка Мороз? Сон, или предновогоднее волшебство? Ответа, конечно, не прозвучало, но так хорошо на душе стало, так спокойно, что я пошла дальше, искать сказочные приключения.

Снова бредя по заснеженной улочке, случайно наткнулась на магазин с елочными игрушками, окна которого были украшены рисунком из искусственного снега. Если встать по центру у двери, то будет понятно, что рисунки на окнах одинаковые — олени в упряжке с санями, в которых сидит пузатый дед Мороз с белой бородой, а рядом с ним огромный мешок с подарками. Получалось так, что олени бежали по облакам навстречу друг другу. Один рисунок был зеркальным отражением другого, сделан явно отличным художником, хотя сейчас столько возможностей, что, могли просто приложить трафарет к стеклу, а из баллончика распылить снег. В общем, решив не заморачиваться по этому поводу, я вошла внутрь, почувствовав долгожданное тепло, царившее в магазине. Здесь тоже все было в новогодней атрибутике, к празднику все магазины соответственно украшали свои залы, так и здесь все было в снежинках, шарах, различных бантах, серпантине и елочных игрушках. Вот витрина с красочными вязаными носками, которые обычно вешают на рождество у камина, а утром детки ищут в них конфеты. А вот, напротив, стоит стеллаж с красными шапочками деда Мороза, на вешалках висят новогодние наряды, а с другой стороны витрины — с фейерверками, петардами и хлопушками. Даже в этом магазине, казалось бы, далеко не продуктовом, а в воздухе витал аромат мандаринов. Или это праздник преследует меня их запахом, или действительно кто-то припрятал здесь вкусные оранжевые фрукты, чтобы люди чувствовали праздничное настроение, но в любом случае, продавцам удалась их задумка.

Оглядевшись, я подошла к стеллажам со стеклянными шарами различных цветов и оттенков, с золотыми и серебряными рисунками снежинок, зайчиков, медведей, птичек и прочей живности. Были и просто однотонные, но не менее великолепные, встречались и по-королевски украшенные различными камнями. Но и цена была на них тоже королевская. Грустно вздохнув, я подошла к тем, что подешевле, и указала девушке продавщице на них пальчиком. После покупки квартиры я, как и мои родители, не располагали лишними деньгами, потому купить дорогие елочные игрушки позволить себе не могла. Но радовалась и таким покупкам, поэтому, расплатившись за четыре игрушки и одну полосочку «дождика», я чуть-чуть уставшая, но счастливая, вышла из магазина, направляясь в сторону метро, желая теперь поскорей добраться домой. Благо снег шел пореже, и дорога была яснее, чем прежде, а потому, прижав к себе веточку в правой руке, пошла по дороге, где с обеих сторон торговали рыночники своим разнообразным товаром.