Взглянув на свои ноги, она одобрила выступающие из-под тюлевого подола платья хорошенькие мыски туфель.

Демпси взял ее за руку. Накрахмаленный белый воротничок рубашки отлично подчеркивал загар, полученный от ежедневного пребывания на стадионе.

– Я задолжал тебе свидание. Ты прекрасно сыграла свою роль на вечере по сбору средств для «Светлого будущего Нового Орлеана», и я решил, что ты заслужила свидание, посвященное исключительно тебе.

Его идеально сидящий смокинг от Тома Форда, без сомнения, был пошит на заказ, поскольку готовая одежда спортсменам редко оказывается впору. Черные шелковые лацканы искушали погладить их рукой.

Позже.

Сейчас просто хотелось узнать, куда они едут. Никогда прежде Демпси не уходил со стадиона настолько рано, да еще и с такой поспешностью. Аделаида даже пропустила игру, наряжаясь в отеле, а потом следуя в лимузине на ВИП-стоянку у стадиона. Поначалу движение не было затруднено, ведь почти два часа до заката, еще даже не шесть вечера.

– Очень удивлюсь, если узнаю, что в этой стороне много ресторанов. – Она глянула в окно. Двигались они в сторону Стоун-Маунтин[9], выбирая менее оживленные трассы.

Было рано, а в приглашении значился особый «ужин на закате».

Демпси загадочно улыбался, Аделаида думала о его губах, не раз даривших ей огромное наслаждение.

– Сначала сюрприз. Надеюсь, ты не сильно голодна.

– Я слишком заинтригована, чтобы чувствовать голод, – отозвалась Аделаида, начавшая нервничать оттого, что Демпси выглядит чересчур уж серьезным для обычного свидания.

Ей хотелось расспросить его обо всем, и прежде всего о здоровье деда, из-за которого он всю неделю был сам не свой.

Лимузин вырулил на полянку в окружении деревьев. Аделаида заметила на поле вдалеке большой, раскрашенный во все цвета радуги шелковый купол воздушного шара, который в настоящий момент надували.

– Как красиво! – восхитилась она, сжимая руку Демпси и указывая на шар, к которому, постепенно сбавляя скорость, приближался лимузин.

Аделаида напряглась.

– Только не говори мне, что… – Она повернулась к улыбающемуся Демпси. – Это мой сюрприз?

– Если ты согласна, то да. – Он ответил на рукопожатие.

Аделаида взвизгнула, не в силах оторвать глаз от огромного шара, который, как ей казалось, вот-вот должен взмыть в небеса под действием нагретого воздуха. Или гелия. Или другого вещества, заставляющего подобную конструкцию легко взмыть ввысь.

– Да! – Она бросилась целовать Демпси, нимало не заботясь о том, что стирает помаду с губ. – Это потрясающе! Никогда не видела ничего подобного.

– Вот. – Он протянул ей тканевый мешочек с тесемками. Лимузин тем временем остановился, водитель вышел, чтобы распахнуть для нее дверцу. – Надень пока это, а твои красивые туфельки прибереги на потом.

Открыв мешочек, Аделаида извлекла пару серебристых балеток своего размера.

– А ты все предусмотрел. – Демпси пришлось помогать ей переобуваться, поскольку она постоянно отвлекалась на потрясающее зрелище желто-сине-красно-оранжевого купола, парящего прямо у автомобиля.

– Я бы попытался организовать это раньше, если бы знал, что тебя так заинтересует процесс надувания шара.

Его теплые руки умело переобули ее и помогли выйти из машины. Затем Демпси достал длинный отрез мохера и кашемира, который Аделаида поначалу приняла за одеяло, и, развернув, накинул ей на плечи. Оказалось, это шаль насыщенного винного цвета.

– Пилот предупредил, что наверху холоднее, чем на земле.

От машины к корзине воздушного шара Аделаиде надлежало проследовать по красной ковровой дорожке. Водитель лимузина обменялся несколькими словами с командой, обслуживающей шар, давая Аделаиде возможность прийти в себя и по достоинству оценить масштаб сюрприза. Струи жара омывали ее плечи всякий раз, как пилот тянул за веревку, выпуская в воздух, которым был надут шар, языки пламени.

– Поверить не могу, что он на самом деле такой большой. – Прежде Аделаиде доводилось видеть воздушные шары только в воздухе. Она восхищалась их красотой, но даже не помышляла о том, чтобы прокатиться самой. – И вообще, не понимаю, что подвигло тебя на подобный поступок именно сегодня, но я так рада, что ощущаю… мне трудно дышать.

Демпси приобнял ее, и они вместе зашагали по ковровой дорожке.

– Самое лучшее впереди. Я слышал, что подъем на такой штуке поистине захватывает дух.

– Значит, для тебя это тоже первый раз? – От этого происходящее исполнилось для Аделаиды особого смысла. Гуляя по сельской местности в дизайнерском платье, легкий подол которого нежно касался ног при ходьбе, она ощущала себя средневековой принцессой.

– Да. Но этот раз принадлежит только тебе, Аделаида. – Демпси остановился у корзины шара, глядя на нее серьезными напряженными глазами.

– Какой-то особый случай? – Ей стало любопытно, почему он именно сейчас приложил такие усилия на организацию идеального свидания для нее.

Как бы ни хотелось уверить себя в том, что он просто задумал сказочный вечер, чтобы окунуть ее в атмосферу романтики, сидящий внутри циник не переставал интересоваться, зачем ему это понадобилось.

– Прости меня за то, что поставил перед фактом, объявив о нашей помолвке. Считай это моим способом извиниться. Я был не вправе поступать так с моим другом, то есть с тобой. – Он поднес ее руку к губам и поцеловал.

Сердце Аделаиды тут же растаяло, превратилось в клейкое желе. Она бросилась бы в его объятия, если бы в этот момент к ним не повернулся пилот, чтобы представиться:

– Джим.

Пока он рассказывал правила безопасности и кратко обрисовывал план часового полета, Аделаида неотрывно смотрела на Демпси, чувствуя себя так, будто с огромной скоростью падает в пропасть. Она всегда пыталась обезопасить свое сердце от него. Однако мама права, он испокон веку жил в укромном уголке. Как, ради всего святого, можно держать оборону с мужчиной, подарившим платье от Версаче и собирающимся прокатить на воздушном шаре?

Она пропустила мимо ушей все, что говорил Джим. Наконец Демпси подхватил ее на руки и перенес в корзину. От пилота их отделяла перегородка высотой до талии. Мгновение спустя удерживающие шар веревки были развязаны, и он взмыл ввысь так легко и плавно, что Аделаиде это показалось волшебством.

Ее сердце тоже устремилось вверх.

Она порывисто обхватила Демпси руками за талию и положила голову ему на плечо. Он сказал, что хочет извиниться за то, что был недостаточно хорошим другом. Означает ли это, что он стремится к большему?

– Тебе нравится? – Он положил руку поверх ее закутанных шалью плеч, и они стали смотреть на проплывающий мимо пейзаж, в то время как Джим маневрировал полетом шара из своего отделения. В воздушном пространстве Демпси с Аделаидой чувствовали себя в относительном уединении.

– Я в восторге! – воскликнула она, глядя на него. Земля между тем быстро удалялась, и лимузин стал походить на игрушечную машинку. – Никто никогда не преподносил мне подобных сюрпризов.

– Хорошо. – Он чмокнул ее в висок. – Две последние недели стали для меня совершенно особенными. Я хочу, чтобы ты это знала. Хотя наша помолвка и началась с неловкости, для меня она стала откровением.

Аделаида схватилась руками за край корзины, чтобы обеспечить себе некую устойчивость во внезапно покачнувшемся мире. К чему клонит Демпси? Неужели мамина догадка верна и она ему действительно небезразлична?

– Как это?

В холодном воздухе ее голос звучал надтреснуто. Аделаида плотнее завернулась в шаль. Расстилающийся внизу пейзаж напоминал лоскутное одеяло, в котором зеленые квадратики полей перемежались с серыми участками гор и голубыми всплесками водоемов.

– Во-первых, из нас вышла отличная команда. – Положив руки ей на плечи, Демпси развернул ее лицом к себе. – Знай это. Долгие годы ты помогала мне стать более успешным, оказывала поддержку куда большую, чем я заслуживал. Как известно, работа в команде подразумевает взаимовыручку. Позволь и мне помочь тебе.

Из нагрудного кармана своего смокинга он вытянул листок бумаги, который трепетал на холодном ветру.

– Что это? – Взять лист Аделаида не решалась из опасения, что он улетит.

– Дарственная на помещение швейного предприятия, которое ты осматривала с Эваном на прошлой неделе. – Наклонившись, Демпси спрятал документ в ее расшитую бисером атласную сумочку, лежащую на полу корзины, и снова выпрямился.

– Ты купил его? – Аделаида была потрясена и не знала, как реагировать. Она уже не раз повторяла, что не хочет вмешательства Рейно в свой бизнес. – Но ведь ты его даже не видел. Я как раз собиралась спросить твоего мнения по возвращении домой.

– Я съездил туда в четверг до тренировки. Это хорошее вложение денег.

Воздушный шар дернулся, как следует встряхнув Аделаиду и Демпси. Однако куда большую встряску обеспечили ей его слова.

Итак, он самостоятельно осмотрел помещение и приобрел его, ни слова ей не сказав. Она не хотела портить воздушную прогулку своими жалобами на то, что было задумано как щедрый жест, хотя и чувствовала раздражение, ведь он даже не удосужился прежде хотя бы поговорить с ней.

– Я еще не прикидывала, во что обойдутся эксплуатационные расходы. – К глазам подступили непрошеные слезы. Она хорошо понимала Демпси и знала, что у него в груди есть сердце. Но как он умудрялся столько лет дружить с ней и до сих пор не понять, что ей очень важно принимать собственные решения, относящиеся к ее бизнесу? – Я пока не уверена…

– Ты же показывала мне свой бизнес-план, помнишь? Я сам все просчитал и пришел к выводу, что теперь подобные эксплуатационные издержки тебе вполне по карману.

Вот только решающее слово должно оставаться за ней, а не за ним. Неужели у него совсем нет веры в ее деловую интуицию?

– Возможно. – Неподалеку от шара парил орел, но, сколь бы величественным ни было это зрелище, наслаждаться им Аделаиде мешало осознание того, что ее мнением пренебрегли. – Но я не могу принять такой подарок.