Она встряхнула головой, будто тем самым отгоняя грустные мысли, и с улыбкой продолжила:

— Есть, в конце концов, какие-то мечты. Далекие и несбыточные. И в этом их прелесть, — она немного помолчала. — И вообще, когда исполняются все-все желания — это, должно быть, страшно скучно! Да и жизнь, в конечном итоге, лишается смысла, — закончила она мысль.

Майкл внимательно выслушал девушку и тут же отреагировал:

— Все-таки болезни и смерть — это крайность, экстремальный случай. С этим я согласен. А остальное… Я не могу вспомнить какой-нибудь пример, когда было бы не так, как того хочу я.

Они медленно шли рядом.

— Майкл, вы обратили внимание, что пока мы были в баре, подморозило и выпал снег. Первый. А ведь только начало октября, — снова заговорила девушка.

Он сразу откликнулся:

— Вам холодно?

Майкл вспомнил, какое тонкое у нее пальто. В ту же секунду он непринужденно положил свою руку ей на плечи и притянул хрупкую фигурку поближе к себе.

Елене была приятна его забота, но жест Майкла ее изумил. Она бросила предостерегающий взгляд, потом выскользнула из-под его руки и, наклонившись, стала поправлять замок на сапожке.

Они двинулись дальше.

Ее действия Майкл не оставил без внимания. Он подумал: «Очевидно, я слишком тороплюсь». Его опять удивила поспешность собственных поступков. Но желание дотронуться до Елены было слишком сильным, и мозг Майкла судорожно искал решение.

В этот момент девушка слегка поскользнулась на тонкой ледяной корке, и Майкл заботливо предложил:

— Может быть, так?

Он слегка согнул в локте руку и подставил ее Елене.

— Спасибо, — она опять заулыбалась, благодарно приняв его помощь, и, подняв к нему лицо, сказала: — По-моему, так удобнее.

Майкл посмотрел на нее сверху и, ответно улыбнувшись, с иронией произнес:

— Возможно. Но только так мы напоминаем старую супружескую пару, совершающую вечернюю прогулку на сон грядущий после диетического ужина.

— Вас волнует, как нас оценят и что будут думать окружающие? — поддела Елена и опять удивилась, каким высокомерным тоном он парировал.

— Нисколько.

Майкл никак не мог перевести разговор в более непринужденное русло. Он давно понял, что девушка умна, и обычные банальные комплименты вряд ли уместны. Однако ход событий пока ни на дюйм не приближал Майкла к поставленной цели.

И опять первой заговорила Елена.

— А знаете, Майкл, психологи советуют чаще смотреть на небо. Они утверждают, что таким образом снимается напряжение и осуществляется связь с Природой. А большинство людей, представляете, этого никогда не делают.

Она остановилась и подняла голову вверх.

— Какое сегодня небо! Какие яркие при морозе звезды! А я часто смотрю на них… Нет! Если честно, то только тогда, когда вспоминаю, что есть при любых неприятностях такое простое и доступное средство.

Елена почувствовала, как, остановившись, Майкл вначале напрягся, взглянув на небо, а затем все с тем же напряжением и вниманием во взгляде пристально посмотрел на нее.

— И это их утверждение очень логично, — продолжила девушка, — ведь, как считается, у каждого человека есть своя путеводная звезда. Знать бы только, где она!.. — вздохнула Елена и вновь, вскинув голову, обратила лучистый взгляд на небо.

Майкл был поражен. Такое совпадение мироощущения и, главное, ее слова о путеводной звезде казалось чем-то фантастическим. Никогда и ни с кем Майкл не говорил о небе и звездах. Это было то, что он хранил глубоко внутри себя и считал очень личным. И то, как открыто и просто высказала Елена и его сокровенные мысли, наполнило душу Майкла теплом и покоем. Ему было так хорошо с девушкой, как ни с кем до этого.

— Елена, если вам не очень холодно, и вы не спешите, может быть, мы немного погуляем? — с надеждой в голосе предложил Майкл.

— Нет, я не спешу. И очень люблю ходить пешком.

Елена почему-то с момента знакомства отнеслась с доверием к этому спокойному человеку, державшемуся с редким достоинством, и поэтому охотно согласилась.

— Раз уж нам предстоит долгая прогулка, может быть, вы удовлетворите мое любопытство. Майкл, кто вы… — Елена хотела спросить о его национальности, но поняла бестактность такого вопроса, поэтому не продолжила, а просто, чуть отстранившись, взглянула на Майкла и стала ждать ответа.

Майкл догадался, о чем спросила Елена. Но как коротко ответить на этот, для всех, кроме него, обычный и понятный вопрос?..


Отец Майкла, Генри Кренстон, родился в типичной американской семье. Дед Майкла, Уильям, в свое время занялся тогда еще только начинавшимся, но очень перспективным пластмассовым бизнесом. Развитие этого дела было стремительным и вскоре начало приносить немалые доходы. Компания постепенно расширялась, открывались новые филиалы различных направлений пластмассового производства. Его жена Джулия, бабушка Майкла, была домохозяйкой. Даже тогда, когда семья стала весьма состоятельной, она неукоснительно собственноручно готовила еду мужу. Они очень любили друг друга. Майкл считал их союз примером счастливого супружества.

С возрастом Уильям отошел от дел и передал руководство отцу Майкла, Генри. И теперь он и Джулия много путешествовали, наслаждаясь возможностью каждую минуту быть вдвоем.

Приехав однажды по делам в Европу, Генри познакомился с Нелли, своей будущей женой.

Ее отец, Поль, урожденный граф де Мерсей, был полиглотом, профессором, специалистом по «мертвым языкам". Им было написано множество трудов и книг, и до сих пор он с одержимостью и страстью работал, отдавая все время любимому делу. Особых доходов это не приносило, но на достаточно обеспеченную жизнь хватало.

Мать Нелли, Марта, происходила из старинной семьи баронов фон Армштайн. Ее брак с французом, которого она встретила у своей подруги, семья сочла крайне неудачным. Однако Марта настояла на своем выборе и ни разу об этом не пожалела. Ее деятельный характер, педантичная любовь к порядку, организованность, стремление все делать и решать по-своему идеально подошли такому «книжному червю" и кабинетному ученому, как Поль де Мерсей. Он занимался своими языками, а Марта полностью организовывала их жизнь.

Как ни странно, но в их дочери Нелли удачно сочетались страстная любовь отца к филологии и волевой решительный нрав матери. Нелли была невероятно серьезна, с упоением училась, будучи студенткой университета.

Строгость характера, бескомпромиссность, безапелляционность суждений охлаждали пыл молодых людей, хотя желающих поухаживать было в достатке. Нелли была невероятно хорошо собой.

А вот знакомство с Генри Кренстоном, флегматичным и невозмутимым, после нескольких лет встреч и расставаний, длительной переписки, закончилось для Нелли браком после завершения обучения в университете. Она переехала к Генри в Америку. С тех пор преподавала в университете, защитила докторскую диссертацию, возглавила кафедру филологии, родила двух сыновей и считала свою жизнь сложившейся и удачной.

Майкл не считал брак родителей вполне счастливым, как у бабушек и дедушек, но этот союз был ровным, стабильным, уважительным. Впрочем, отец и мать были довольны своим супружеством.

В отличие от флегматичного отца, Майклу, по наследству от матери и фон Армштайнов, передалась натура весьма деятельная, подкрепленная очень солидным образованием, полученным в престижнейших учебных заведениях. От полиглота-деда де Мерсей к Майклу перешли неординарные лингвистические способности, поэтому он свободно говорил на пяти основных европейских языках.

Как шутил Майкл, он считал себя великомучеником, так как ухитрился родиться первенцем, да еще и мальчиком, поэтому именно ему, в отличие от младшего брата Билла, пришлось претворять в жизнь многочисленные и очень разные желания всех членов семьи. И Майкл оправдал эти ожидания. Став компаньоном отца, опираясь на его опыт, применяя собственные знания, обладая педантичным расчетливым умом, Майкл смог значительно увеличить капиталы семьи, а компания вышла на одно из лидирующих мест.

Вскоре Майкл сделал то, о чем, он знал, втайне друг от друга мечтали бабушка и дедушка де Мерсей. Он выкупил и отреставрировал как родовое поместье фон Армштайн, так и фамильный замок де Мерсей. Конечно, это была неразумная трата денег, да и содержание обходилось весьма дорого. Но вид растроганных лиц бабушки и дедушки, когда он привез их сначала в одно поместье, потом в другое, наполнило сердце Майкла теплом и гордостью за правильность принятого решения. А впрочем, если деньги не могут сделать хоть чуточку счастливее дорогих тебе людей, то тогда зачем они?..


Майкл чувствовал, что молчание затянулось. Елена шла рядом, опираясь на его руку, и спокойно ждала.

— Я — американец. Инженер. Специалист по пластмассам.

Не то, чтобы Майкл что-то хотел скрыть от нее. Но ему почему-то казалось, что если все откровенно рассказать, то девушка вряд ли поверит рассказу, а если и поверит, то непременно замкнется, чего Майкл ни в коем случае не желал. Данный им ответ был истинной правдой, а подробности не имели ни малейшего значения.

По всей видимости, Елена была вполне удовлетворена его ответом, и Майкл, вопросительно посмотрев на нее, спросил:

— А о себе, Елена, вы мне расскажете?

В его голосе был слышен искренний интерес.

— Да я — самый обычный человек. По профессии — пианистка. Преподаю в музыкальной школе, даю частные уроки. В общем, зарабатываю, где могу. И достаточно неплохо! — похвасталась Елена. — Раньше, когда болела мама, — продолжила она, — все уходило на лечение. Год назад мамы не стало. Живу с отцом. Ну и о неприятном для всех женщин вопросе, — Елена лукаво взглянула на Майкла. — Мне скоро исполнится 21 год. Я не замужем. Вот и все.

Майкла поразило, как доверчиво и просто девушка говорила о себе.