Сара Эдисон Аллен

Хранитель персиков

Sarah Addison Allen

THE PEACH KEEPER


© Е. И. Клипова, перевод, 2018

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018

Издательство Иностранка®

* * *

Мишель Питтмен и Хайди Гиббс, благодаря которым я знаю, что такое истинная дружба


Глава 1. Игра в прятки

В тот день, когда Пэкстон Осгуд отвезла на почту коробку с конвертами – все из плотной бумаги, с подкладкой из фольги и адресами, выведенными просто каллиграфическим почерком, – разразился ливень и город надолго скрылся за плотным белым занавесом. К ночи реки вздыбились, угрожая выйти из берегов, и, впервые с 1936 года, корреспонденция так и не попала к адресатам. Когда земля подсохла, из подвалов откачали воду, а с улиц и дворов убрали ветки, пригласительные билеты были наконец-то доставлены – но не в те дома. Соседи через забор передавали послания законным получателям, со смехом замечая, что погода совсем обезумела, а почтальон не в меру рассеян. На следующий день к врачу обратилось невиданное количество пациентов с распухшими пальцами: мало кому удалось вскрыть слипшийся намертво конверт и не порезаться. Вскоре стало казаться, что приглашения ведут себя, как им заблагорассудится, исчезая и появляясь в самых невероятных местах. Миссис Джемесон искала свое целых два дня и нашла в птичьем гнезде. Пригласительный билет для Харпер Роули очутился на церковной колокольне, а для мистера Кингсли – в садовом сарае его старой матери.

Любой человек, присмотрись он повнимательнее, тотчас разгадал бы эти знаки: за окном побелело – готовься к переменам; порезался бумагой – читай между строк, ибо истинный смысл написанного скрыт от глаз; а птицы всегда оберегают нас от незримой опасности.

Но никому не было дела до знамений. В особенности Уилле Джексон.

Приглашение уже вторую неделю пылилось на полке в дальнем углу ее магазина. Получив конверт с почтой, Уилла с любопытством взяла его в руки, но тут же отбросила, словно ошпарившись. Больше она к нему не притрагивалась и только хмурилась, проходя мимо.

В то утро Рейчел не выдержала и раздраженно сказала:

– Да открой ты его, наконец.

Уилла обернулась: Рейчел Эдни стояла за стойкой кофейни в конце зала. Коротко стриженная брюнетка, в брюках по щиколотку и спортивной майке, она была похожа на скалолаза-любителя. Уилла ей тысячу раз говорила, что вещи из их магазина носить вовсе необязательно, – сама Уилла редко изменяла джинсам и ботинкам, – но Рейчел упрямо считала, что явиться сюда в любой другой одежде будет сродни предательству.

– Ну вот еще. С какой стати? – ответила Уилла, решив, что самое время рассортировать недавно прибывшую партию футболок.

Возможно, за повседневной работой она отвлечется от этого странного, неясного предчувствия, которое снова охватило ее при мысли о приглашении. Нечто подобное она часто испытывала в юности, прежде чем выкинуть очередной глупый фокус. Но ведь все фокусы давно остались в прошлом. Уилла позаботилась о том, чтобы в настоящем у нее не было поводов для беспокойства. Выходит, она что-то упустила.

– Ты ужасно высокомерная, – упрекнула ее Рейчел.

Уилла рассмеялась:

– Самая богатая женщина в городе устраивает грандиозный прием, а высокомерной при этом оказываюсь я – всего лишь потому, что не хочу распечатывать конверт с ее приглашением?

– В тебе нет ни капли уважения к этим людям, любой их поступок для тебя – самодурство.

– Так оно и есть.

– Просто в душе ты хочешь быть одной из них, но боишься себе в этом признаться, – заявила Рейчел, надевая зеленый фартук с вышитой желтыми нитками надписью «О Натюрель: спорттовары и кафетерий».

Несмотря на то что Рейчел была на восемь лет моложе, Уилла обычно прислушивалась к словам подруги. Для двадцатидвухлетней девушки та рассуждала на удивление зрело. Она успела поколесить по миру и неплохо разбиралась в людях. В Уоллс-оф-Уотер[1] она осела лишь потому, что влюбилась в здешнего парня. Рейчел всегда говорила: у любви свои планы на наш счет.

Но поддерживать эту беседу Уилле не хотелось. Рейчел все равно не поймет. Она вечно кочует, нигде не пуская корней, а сама Уилла в Уоллс-оф-Уотер с рождения. Она знает, как устроен этот городок, по каким хитрым законам он существует и почему в нем происходит то, что происходит. Навряд ли возможно объяснить это чужакам. И Уилла в который уже раз прибегла к отвлекающему маневру:

– А что у нас сегодня в меню? Пахнет волшебно.

– Супервкуснятина, я сама в восторге. – Рейчел начала перечислять, картинно указывая рукой на стеклянную витрину со сластями. – Фруктово-ореховая смесь с обжаренными кофейными зернами в шоколаде, овсяное печенье в шоколадной глазури и шоколадно-кофейные брауни.

Кафе некоторое время не работало, но около года назад Уилла отдала его на откуп Рейчел, разрешив включить в меню сласти, содержащие кофе, и эта задумка полностью себя оправдала. Теперь каждое утро Уиллу окутывал изумительный, колдовской аромат свежесваренного кофе и шоколада, и ей казалось, будто она попала в какое-то сказочное место, где наконец-то можно спрятаться от окружающего мира.

Магазинчик Уиллы, торгующий в основном спортивной одеждой из экологически чистых тканей, стоял на Нэшнл-стрит, которая вела в самое сердце Голубого хребта – в Национальный заповедник Катаракт, известный своими дивными водопадами. Нэшнл-стрит представляла собой длинную вереницу лавочек, продающих всякую всячину для туристов, и именно здесь Уилла нашла свое место под солнцем. Ее не интересовали экскурсии, ночевки в палатках и прочие увлечения, приносившие доход городу. Просто среди таких же продавцов, как она сама, в окружении незнакомых лиц ей было намного уютнее, чем среди друзей юности. Если уж ей никуда не деться из Уоллс-оф-Уотер, то она предпочитает жить здесь, а не по соседству с этими лощеными толстосумами.

Все магазины располагались в старинных домах, построенных более века назад – в ту пору, когда Уоллс-оф-Уотер был крошечным городком, промышлявшим заготовкой леса. В них еще сохранились потолки из жестяных плит и деревянные полы. Половицы, сплошь покрытые царапинами, пожелтели от времени. Стоило их чуть потревожить, и они отзывались недовольным скрипом, будто иссохшие старушечьи кости. Вот и сейчас Уилла сразу поняла, что у нее за спиной появилась Рейчел.

Она обернулась: Рейчел протягивала ей ненавистный конверт.

– Открывай.

Уилла заставила себя взять конверт в руки. Он оказался пухлым и необыкновенно приятным на ощупь, словно был сделан из бархата. Уилла решительно его надорвала – все что угодно, лишь бы девчонка отстала! – и в ту же секунду зазвенел дверной колокольчик. Они дружно подняли головы, готовые приветствовать покупателей.

Но никого не увидели.

– Аж мурашки по телу, – поежилась Рейчел.

– Бабушка бы сказала, что это призрак мимо пролетел.

Рейчел презрительно фыркнула:

– Глупые суеверия! Их придумали мужчины, чтобы объяснять то, что выше их понимания.

– Благодарю за познавательную справку.

– Ну же, не тяни! – Рейчел нетерпеливо ткнула Уиллу локтем в бок. – Что там?

Уилла вынула из конверта пригласительный и прочитала:

12 августа 1936 года несколько женщин из городка Уоллс-оф-Уотер, штат Северная Каролина, объ-единились в группу по интересам, которая положила начало самому влиятельному общественному клубу в наших краях. Сегодня клубом осуществляются сбор пожертвований, финансирование местных культурных мероприятий и ежегодная выдача стипендий.

Так как Вы или представители Вашей семьи состояли в Женском общественном клубе, его нынешние члены с огромной гордостью приглашают Вас на торжество, посвященное 75-летнему юбилею этой выдающейся организации.

Вот уже три четверти века мы трудимся ради всеобщего блага – отпразднуйте это вместе с нами!

Мероприятие состоится 12 августа в 19:00 в «Хозяйке Голубого хребта», которая впервые откроет двери после реставрации.

Просьба выслать ответ Пэкстон Осгуд, президенту клуба. Карточка для ответа прилагается.

– Ну вот, видишь? – раздался у Уиллы над ухом голос Рейчел. – Все не так страшно.

– Поверить не могу, что Пэкстон устраивает свою вечеринку в «Хозяйке Голубого хребта». Это надо же до такого додуматься.

– Да ладно тебе. Я бы все на свете отдала, чтобы попасть в этот дом. И ты тоже.

– Я не пойду.

– Как это – «не пойду»? Между прочим, твоя бабушка…

– …помогла основать клуб, – закончила за нее Уилла. – Я помню. – Она положила пригласительный билет на стол и уточнила: – Бабушка, а не я.

– Но ведь это история вашей семьи, а значит, и твоя тоже!

– Ко мне все это не имеет никакого отношения.

Рейчел беспомощно развела руками:

– Ладно, сдаюсь. Кофе будешь?

– Буду, – ответила Уилла, радуясь, что разговор окончен. – С соевым молоком и двумя ложками сахара, пожалуйста.

За последнюю неделю Рейчел пришла к выводу, что кофе может многое рассказать о человеке, и занялась серьезным исследованием. Правда ли, что любители черного кофе крайне неуступчивы, а у тех, кто пьет этот напиток с молоком, но без сахара, напряженные отношения с матерью? Результаты своих наблюдений Рейчел прилежно заносила в блокнот, который хранила под барной стойкой, а Уилла втихомолку посмеивалась над ней, каждый день нарочно заказывая что-нибудь новое.

Рейчел вернулась в бар, достала блокнот и записала заказ подруги.

– Хм, ну надо же, – пробормотала она с таким серьезным видом, будто теперь ей наконец стало ясно, что за птица Уилла Джексон.

– То есть ты не веришь в призраков, но считаешь, что по кофе, который я пью, можно судить о моем характере?