– Ты в самом деле любишь меня? – прошептала она.

Меррик сжал рукой ее подбородок и заставил Ларен поднять голову. Минуту или две он молча глядел ей в лицо, потом наклонился и поцеловал в губы.

– Да, – произнес он, не отрываясь от ее теплых уст, – я люблю тебя больше, чем ты думаешь. Я твой муж. Неужели ты сомневаешься во мне? – – Ты ни разу не говорил мне…

– Знаю. Слова не выходят у меня, по я чувствую это, Ларен, чувствую уже очень давно.

– Ты любил Таби, а не меня, – возразила она.

– Я всегда буду любить Таби, но он – ребенок, он и мой брат, а не женщина, которая проживет всю жизнь бок о бок со мной, пока оба мы не обратимся в прах и пыль. Ты моя жена, и я люблю тебя так, как мужчина любит женщину, как мой отец любил мою мать. Я нашел тебя, и ты должна понять, что ты значишь для меня. – Он вновь поцеловал Ларен и улыбнулся. – Я еще не наскучил тебе? По-моему, ты уже засыпаешь. А теперь я отнесу тебя в постель и крепко сожму тебя, войду в тебя, и ты станешь частью меня. Я хочу, чтобы ты тоже сказала мне, что любишь меня, ты не говорила мне об этом с той давно ушедшей ночи. Знаешь, мужчине нужно почаще слышать такие слова от жены.

– Конечно, – согласилась Ларен, – это очень важно. Но мне, как и тебе, слова даются с трудом. То, что я чувствую, гораздо сильнее меня, Меррик. Только мне казалось, что ты не очень-то хочешь слушать мои слова о любви.

– Не правда! Скажи мне еще раз, что ты меня любишь, и мы пойдем спать.

– Я люблю тебя, Меррик. И все же… – Она выдержала паузу, дразняще улыбнулась ему. – Я пока не пойду с тобой. Я должна докончить сегодня твою рубаху.

Меррик поглядел на голубую рубаху, лежавшую подле Ларен, схватил ее и перебросил Олегу:

– Олег, возьми иголку и дошей эту одежонку. Как видишь, моя жена заботится, чтобы я не испытывал недостатка в синих рубахах.

Олег, только что подхвативший под руку Мегот, крыл было рот, но так и не придумал, что возразить, и молча его захлопнул.

Меррик поднял жену на руки и вынес из огромного зала, а за спиной загремел веселый хохот обитателей Мальверна. Он крепко прижимал жену к самому сердцу, ощущая, как круглится ее живот, впитывая ее теплое дыхание.

Все хорошо. Если повезет, жизнь и дальше пойдет накатанной дорогой, коли не прогневаются боги, и другие викинги не решатся напасть на Мальверн, и болезнь не посетит их… Тут мысли Меррика прервались. Жизнь хрупка, и глупая случайность может все оборвать, но сейчас он вкушает ее сладость и не намерен забывать об этом.

– Когда ты закончишь мою рубаху? – тихо спросил он жену. – Мне нравится этот цвет, очень нравится.

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА

Ролло, первый герцог Нормандии, – носил прозвище Рольф Пешеход: он был так высок, что, когда садился на лошадь, ноги его волочились по земле. К сожалению, нам мало известно о нем, наши сведения сводятся примерно к следующему: в 911 году в соборе города Сент-Клер-сюр-Эпт он заключил союз с Карлом III, Королем франков. Ролло взял на себя задачу отпугивать прочих викингов, тем самым он избавил Париж от очередного разграбления и от уплаты “датских денег”, то есть выкупа за то, чтобы разбойники оставили столицу в покое. Карл отдал Ролло обширные плодородные земли, Руан и всю окружавшую его сельскую местность, где уже успели расселиться викинги. Ролло прожил семьдесят лет и передал бразды правления своему сыну Гийому Длинный Меч в 930 году, лишь за три года до своей смерти.

Я выдумала его брата Халлада, племянника Таби, племянниц Ларен, Хельгу и Ферлен. Если бы Таби существовал, он многое бы значил для Ролло, поскольку жизнь каждого висела тогда га волоске и смерть стояла за плечом, одного наследника было маловато, тем более для того, чтобы основать династию, как это сделал Ролло. Прямым его потомком был Вильгельм Завоеватель, который в 1066 году покорил Англию.

Ролло, первый герцог Нормандии (эта страна названа в честь норманнов, викингов), похоронен в Руанском соборе. Высеченный там портрет герцога хранит черты замечательной мужской красоты.