Я ощущала боль, когда думала, станет ли Гретхен ненавидеть меня, когда узнает, что до встречи с Энтони я была проституткой.

— Дорогая, пожалуй, я лучше знаю, что с ними делать, и нет ничего, что поменяет мое мнение о тебе, даже если кто-то что-то скажет. Энтони любит тебя, и мне этого достаточно. Ему очень не хватало настоящей жизни, а рядом с тобой он наверстывает упущенное. Жизнь — очень запутанная, если не сказать большего, и мы все делаем вещи, о которых жалеем. Именно поэтому пресса так усердно копает. Они знают, что если продолжат, то, в конце концов, что-нибудь найдут.

Хоть я и знала, что Гретхен пыталась заставить меня почувствовать себя лучше, но это не помогло. Однако мне нравились её попытки. Я схватила свою чашку, газету и поцеловала Гретхен в щеку.

— Сегодня я останусь дома. Нужно перекинуть все содержимое со старого телефона и компьютера на новые, которые мне купил Энтони. Еще хочу сделать пару записей в дневнике. Если буду нужна, то просто позовите.


Глава 21


Джулия


— Мам, как он мог? Она на самой первой странице раздела светской хроники сияет при виде своего обручального кольца. Я ненавижу ее! Он ведь каждый раз откладывал на потом покупку кольца, когда я спрашивала о нем, а с ней он времени зря не терял, — с выражением ужаса в глазах Джулия подняла заплаканное лицо от кухонного стола и продолжила, — думаешь, он любит её?

— Любовь — понятие относительное, солнышко. Такие люди, как Губернатор, не любят никого кроме самих себя. Ты говорила с частным детективом?

— Никто не хочет браться за работу. Все боятся его. А я никогда не чувствовала в нем даже капельки опасности.

— Властные мужчины всегда опасны. Ты просто спрашивала не тех людей. Я уверена, Губернатор может быть весьма непредсказуемым, если на него надавить. Возможно, тебе нужно спросить того, кто, скажем, не трясется над своей репутацией.

— Я не знаю таких людей. Ты говоришь о каком-то уличном наемнике? — Джулия выплюнула эти слова так, словно они обжигали ей язык.

— Да, солнышко. Позволь мне позвонить в пару мест. Я знаю именно того, кто идеально подойдет для этой работы.

Мама Джулии присела и посмотрела на дочь с серьезным выражением лица.

— Если мы это сделаем, то пути назад не будет. Ты должна будешь сделать нечто большее, чем просто разрушить репутацию этой девушки. Каким бы способом она его не удерживала, ты сможешь разрушить их связь только в том случае, если полностью уберешь её с горизонта.

— Мам, ты говоришь об убийстве?

— Я говорю о том, что готова сделать все, чтобы избавиться от конкурентки.


Губернатор Энтони Джонсон


— Ты сделал все необходимое, чтобы решить нашу небольшую проблему?

Карл подавился смешком.

— Должен отдать должное этой девушке. От нее одни проблемы.

Он поднял глаза на босса, однако на его лице не было ничего, только любопытство. Карл отложил в сторону телефон, на котором играл, и внимательно посмотрел на Губернатора.

— Я связался со всеми, кому хоть немного дорога собственная репутация. Но я подумал… А что, если она найдет кого-то, кому плевать на свою репутацию? Очевидно же, что эта девушка просто так не сдастся. Рано или поздно она обойдет все улицы в поисках головореза, который сделает за нее грязную работу. Если Джулия сделает это, то кто-то в итоге может очень навредить или, в конечном счете…

— Не смей даже произносить этого! Сегодня же поручи это задание Миллеру. Пусть оставит всё, над чем сейчас работает. Деньги — не проблема.

— Вызов Миллера — это крайняя необходимость, сэр.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Карл не мог не заметить выражение лица своего босса. В последний раз, когда он видел этот взгляд, кое-кто лишился жизни. Да, пожалуй, в этой девушке действительно было что-то особенное. Именно в этот момент Карл понял, что одержимость босса заключается в чем-то ином, чем просто в контракте на год. Губернатор всерьез собирался жениться на этой девушке, лишь бы она никуда не исчезла от него. Карл готов был сделать все возможное, чтобы быть уверенным в одном: Губернатор получит все, что захочет, потому что в мире Карла, когда счастлив Губернатор, счастливы все.


Глава 22


Джулия


Джулия почувствовала, как забилось её сердце в тот момент, когда она подъехала к многоэтажке. Она начала сомневаться по поводу того, стоило ли ей вообще позволять матери вмешиваться в это дело. Поговорив с ней по телефону, Джулия уже не была так уверена в том, что поступила правильно, приехав сюда в одиночку.

Её внедорожник кремового цвета был словно бельмо на глазу, так же, как и её невинный наряд, который в любом случае был лишь притворством. Возможно, Джулия была хитрее, чем та сомнительная личность, с которой ей предстояло встретиться через секунду.

Волна облегчения прошлась по её телу. Из двери дома по адресу, который ей дали, вышел мужчина. Она дождалась, пока он подошел к двери её машины. Девушка открыла рот от удивления, когда он произнес:

— Подвинься. Я поведу.

— Я не позволю тебе вести мою машину.

— Тогда ставлю на то, что ты так и не избавишься от своей конкурентки, мисс Заносчивая Сучка.

Она неохотно вышла из машины и пересела на пассажирское место. Джулия наблюдала, как Родерик сел за руль, и единственное, что она чувствовала во всей этой ситуации — это то, что пути назад уже нет. Она сама подвела себя к этой грани.

Джулия взглянула на молодого человека, сидящего теперь рядом с ней, и начала изучать его черты. Лицо Родерика было сосредоточенным, словно у Джеймса Бонда во время миссии, а губы были изогнуты почти в оскале. Он был высокого роста и худощавого телосложения, но под рубашкой все равно можно было увидеть мышцы. Темно-каштановые волосы спадали почти до середины спины, но мужчина даже не потрудился завязь их в хвост, поэтому они свободно рассыпались поверх его кожаной куртки. Подбородок был чисто выбрит, а в мочке уха поблескивало маленькое золотое кольцо. Глаза цвета шоколада говорили Джулии об адском характере.

— Достань свою сумочку и дай мне немного денег.

— Прости, но ты собираешься меня ограбить?

— Если ты считаешь, что купить мне поесть — это ограбление, то да, я собираюсь тебя ограбить.

Он подъехал к мак-драйву и принялся озвучивать свой заказ.

— Ты что будешь?

— Ничего.

— Тогда ей кофе со сливками и сахаром, двойной чизбургер, картошку фри и темное пиво.

Неохотно Джулия дала ему немного денег и с интересом наблюдала, как девушка-кассир пожирала Родерика глазами. Было очевидно, что этот плохой парень просто притягивал к себе женский пол. Тот факт, что на парня было приятно смотреть, не смог уйти ни от Джулии, ни от девушки-кассира.

Родерик отъехал и направился в промышленный район города.

— Достань бургер, разверни его и вставь соломинку в мой стаканчик с кофе.

— Хватит командовать! И к тому же, я не ем такой дряни.

— Ну, тебе придется, так как пока я здесь диктую правила, и я буду командовать, если захочу.


Родерик


Родерик облизал губы и начал наблюдать за сидящей рядом с ним светской львицей. Его мысли крутились вокруг того, как он задирает её ноги вверх и с необыкновенным желанием впивается между ними губами, пока она лежит связанная под ним. От этого его член неспокойно дернулся в штанах.

— Почему все зовут тебя Род? — обвинительным тоном спросила Джулия.

— Потому что у меня член больше двадцати сантиметров, и потому что в нужных руках он становится твердым, словно металл. Я думаю, что твои руки прекрасно подошли бы для него, маленькая красная шапочка, — он подавился смешком, когда она поправила свое хлопковое платье, покраснев как рак, прежде чем отвернуться от него. — Поешь жареной картошки. Выглядишь так, будто питаешься одним воздухом.

— Что, прости? — пропищала Джулия. — Хватит мне хамить!

— Леди, мне, честно говоря, насрать, какую высокую роль ты занимаешь в обществе. Если ты дашь мне хотя бы слабую надежду, то я доберусь до твоей сладкой попки и заставлю тебя выкрикивать мое имя буквально через минуту. Можешь обманывать кого хочешь, но глубоко внутри тебя живет маленькая грязная шлюшка. И мне не терпится стать тем мужчиной, который разбудит её в тебе.

Родерик видел, что под белым платьем с желтыми незабудками и курткой скрывался такой же необузданный нрав, как и у него. Она научилась прятать его, но ему было просто наплевать.

Он подъехал к складу и вышел из машины, забрав с собой ключи Джулии.

— Мне это не нравится. Где мы?

— Мы там, где я лучше всего убеждаю людей.

— Убеждаешь в чем?

— Убеждаю их делать все, что придет мне в голову. Добро пожаловать в мою скромную обитель. Сядь, — скомандовал ей Родерик, указав на стул, стоявший посередине пустого помещения.

Он оперся спиной о столб, который тянулся до самого потолка, и снова задал вопрос.

— А теперь, маленькая красная шапочка, скажи мне, чем такой злой серый волк, как я, может тебе помочь?

Джулия разгладила на своем платье не существовавшую складку и заговорила.

— В общем, я была помолвлена с Губернатором, но его увела какая-то шавка. Я хочу, чтобы ты разобрался с ней, и чтобы он вернулся ко мне.

Родерик провел языком по своим зубам и ответил:

— Может, он просто больше тебя не хочет.

— Что, прости?

— Ты всегда это говоришь, когда кто-то тебя задевает? — Родерик прикрыл рот рукой и начал издеваться над Джулией, высмеивая её реакцию высоким писклявым голосом, — что, прости?

— Я пришла не за тем, чтобы такой, как ты, меня унижал.

— Такой как я? Леди, да ты даже нихера не знаешь обо мне, но уже думаешь, что лучше меня? Это ты здесь пытаешься убить кого-то ради мужчины, который даже не хочет тебя.