— О да. Да, — кивнул он и медленно поднялся. Никто не посмел его остановить. Он подошел ко мне, взял мою ладонь и погладил Джорджа. Тот лизнул его руку. Отец улыбнулся:

— Ты так и не выросла. Я все гадал, станешь ли ты высокой, как я. — Он коснулся кончиками пальцев моих волос. — Невероятный цвет. Так много разных оттенков, переходящих один в другой, не просто рыжий или каштановый, как у меня. Ты прекрасна. И, насколько я теперь вижу, храбра. Стала изумительной женщиной.

Лоренс не встал между нами. Только презрительно сжал губы. Отец покачнулся. Я подвела его к кровати и помогла лечь.

— Расскажи остальное, отец. Нам всем грозит опасность. Ради меня, ради Джона объясни, что случилось дальше.

— Я почти закончил, Андреа. Кэролайн уехала из Парижа и вернулась к Линдхерсту. Она не хотела покидать меня. Но что ей оставалось делать? Она знала, что от родных помощи ждать нечего. Бедняжка была в таком отчаянии, что попыталась избавиться от нерожденного младенца, но ничего не получилось. Она написала мне и сообщила, что Линдхерст принял ее обратно. В следующем послании говорилось, будто он, похоже, не подозревает о ее измене и о том, что ребенок не его. Несмотря на грусть потери, я испытал облегчение: Кэролайн была в безопасности, обрела покой и счастье. Она так мечтала о ребенке. Нашем ребенке. Потом я услышал, что Линдхерст всем говорит о безумии жены. У меня не осталось ни малейших сомнений в том, что ему известно все. Может, он проведал и о том, кто был ее любовником. Я уверен, после рождения девочки он убил Кэролайн.

— Я тоже так считаю, — кивнула я и услышала, как тихо охнул Джон.

— Мне не слишком нравится, что Джон слышит подобные обвинения, — процедил Лоренс. — Кстати, они совершенно ни на чем не основаны. Что же до вашего дешевого романа с моей женой… едва она призналась в своей беременности, я сразу разгадал правду. После этого узнать имя ее любовника было легче легкого. Ее попытки скрыть случившееся, солгать лишь забавляли меня. Собственно говоря, я ничуть не сомневался в ее измене. Видите ли, от меня нельзя забеременеть — я бесплоден. Поэтому неверность Кэролайн была очевидна. Это ты бесчестный негодяй, Джеймсон, а не я.

— Нет, сэр, — вмешался Джон, — это не просто беспочвенные обвинения.

Он говорил так невозмутимо, с такой убежденностью, что в самой глубине моей души загорелся крохотный огонек надежды.

— Я уже пришел к выводу, что за всеми странными случаями в доме стоишь ты. Старуха с моим мавританским кинжалом, терновая ветка под седлом кобылки. Все эти покушения на Энди были неудачными, но достигли определенной цели. Ты запугал нас. Меня и Энди. Было просто некому, кроме тебя, все это проделывать, только я боялся поверить. Не мог себя заставить. Ведь ты мой дядя! Взял меня и Томаса к себе после гибели наших родителей. Несмотря на все наши споры, я верил, что дорог тебе. Но ты разительно изменился. После того как убил бедняжку Кэролайн, верно? За то, что была неверна тебе.

— Надо же! — капризно проворчал Лоренс. — Я так старался! И был уверен, что одурачил тебя, Джон. Я видел, как ты смотришь на нее, как ловишь каждое слово. А ты знал о том, как погибла Кэролайн, или это явилось для тебя сюрпризом? — обратился он к моему отцу.

— Знал, — вздохнул отец. — С самого начала знал. Кэролайн ухитрилась тайком отправить мне письмо незадолго до убийства. Я примчался в Девбридж-Мэнор, чтобы спасти ее, но опоздал. Мне рассказали, как она в припадке безумия спрыгнула с башни. Поверил ли я в самоубийство? Пытался. Но все-таки сомнения оставались. Бедняжка Кэролайн, какой жестокий конец! А дочь… что я мог сделать, кроме как молиться, чтобы вы не причинили ей зла?

Лоренс счастливо рассмеялся, физиономия его оживилась.

— Не задавались вопросом, дорогой, почему я позволил девчонке жить? Плод незаконной связи потаскухи и распутника? Ну так вот, каждый раз, глядя на Джудит, я вспоминал ее жалкого родителя и смаковал мысли о мести. Я понимал, что у меня, возможно, уйдут годы на то, чтобы добиться своего. Но знал, что этот день придет. Убийства Кэролайн было недостаточно.

Он подскочил ко мне и оттолкнул отца. Но тот, раненный, нашел в себе силы броситься на врага и схватить за горло. Я так и не успела заметить, как все произошло. Фрисон и Флинт попытались его оторвать. Флинт с размаху ударил его по лицу, по раненому плечу. Настал мой черед. Я отпустила Джорджа, выхватила «дерринджер» и отчеканила:

— Я убью графа, если немедленно не отпустите моего отца.

Лоренс метнулся ко мне, но я ловко увернулась. Он остановился, тяжело дыша, уставясь на маленький пистолет.

— Сделай еще шаг, старик, — злобно прошипела я, — и я всажу пулю тебе между глаз. Ну же, подойди! Гадаешь, хватит ли у меня смелости пристрелить тебя? Думаешь, женщина на такое не отважится? Воображаешь, будто я стану ныть и плакать? Что же ты стоишь, рискни!

Он перевел взгляд с оружия на мое лицо, словно взвешивая шансы.

— Пистолет. Откуда ты его взяла?

— Купила в деревне, у милого мистера Форрестера. Он даже взял на себя труд поехать за ним в Йорк. Зря ты считал меня идиоткой. Должна же я была себя защитить. Отец, как ты?

Он, задыхаясь, повалился на постель.

— Все хорошо, Андреа.

Лоренс, все еще не в силах поверить собственным глазам, пробормотал:

— Этого не должно было случиться! В жизни не предполагал, такого… В конце концов ты всего лишь женщина!

Я, забыв обо всем, от души расхохоталась:

— Глупец! Нет, вы трое не двигайтесь, иначе старик мертв. У меня рука не дрогнет! И не думайте дергаться! Джон, подойди, я тебя развяжу.

Мужчина, державшийся за его спиной, переступил с ноги на ногу.

— Не сметь, кретин, или я убью негодяя, который тебе заплатил! Я прекрасно стреляю, спасибо деду.

Я думала, Лоренс взвоет от злости. Он побагровел, сжал кулаки, но что мог поделать? Я впервые взяла над ним верх и нашла средство удержать его в узде.

Джон отступил и приказал наемникам:

— Поднять руки! К стене!

Они молча повиновались. Джон направился ко мне, и я принялась распутывать узлы.

— Прекрасно, милая, — прошептал он, следя за противниками. — На войне каждый солдат мечтает о том, чтобы за спиной был надежный товарищ. Я горжусь тобой.

При этих словах я задрала нос до небес. К тому же веревки были почти развязаны. На миг я позабыла обо всем, кроме этих проклятых узлов, и отвлеклась.

Всего на долю секунды, но этого оказалось достаточно, чтобы Лоренс успел выхватить из-под плаща кинжал и одним гибким движением швырнул в отца. Кинжал вонзился прямо в раненое плечо. Отец вскрикнул.

Наемники вскочили и стали надвигаться на Джона.

— Стойте, черт побери, или я буду стрелять!

Они не остановились.

Я спустила курок.

Глава 31

К сожалению, я не пристрелила его. Моя рука дернулась от волнения и злости, и пуля попала в бедро. Граф заорал, упал на колени и повалился на бок.

Но Джон уже был свободен. Не успели враги наброситься на него, как я увидела солдата в действии. Он в мгновение ока избавил их от оружия и со зловещим спокойствием предупредил:

— У меня две пули, джентльмены. Один из вас избежит смерти, но кто именно? Кто хочет рискнуть? Ну же, не будьте трусами, сделайте что-нибудь! Взгляните на того, кто хотел вашими руками расправиться с невинными людьми! Больше он вам не поможет. Будет валяться здесь, пока его нога не сгниет, а сам он не отправится в ад, где ему самое место. Ну как? Не хотите потягаться со мной?

Они переглянулись и затем очень медленно отступили и по команде Джона завели руки назад.

Я подбежала к отцу. Он потерял сознание. Кинжал по-прежнему торчал из раны. Господи, сколько крови!

Я зажмурилась, пытаясь взять себя в руки.

— Ну нет, черт побери, ты так просто не умрешь, да еще у меня на руках!

Я сбросила плащ, сняла сорочку, разорвала ее на широкие ленты и, затаив дыхание, вытащила клинок. До сих пор не пойму, как меня не вырвало от одного запаха дымящейся багряной жидкости. Бедный отец, какие страдания он выносит!

— Прости, — прошептала я, — прости. Но теперь все будет хорошо.

Я изо всех сил нажала на рану. Отец застонал, но его рука легла на мою. Значит, понял.

— Ты будешь жить, — пообещала я. — Будешь.

— Да, — прошептал он, полыхнув голубыми глазами. — Я должен.

Он снова опустил веки, рука бессильно повисла. Наверное, лишился чувств. Вот и хорошо, по крайней мере боли не почувствует.

— Продолжай давить, Энди. Нужно остановить кровотечение, — велел Джон, но тут же оттолкнул меня. — Твоих сил недостаточно. Лучше держи под прицелом остальных негодяев.

Я отошла на несколько шагов, взглянула на мужа, все еще валявшегося в глубоком обмороке. Кровь по-прежнему заливала его бедро, образуя лужицу на полу.

Я подстрелила его. Может, он умрет?

Странно, но я не чувствовала ни страха, ни раскаяния, ни угрызений совести. Он убийца. Наверное, я не хотела бы носить на себе такое же клеймо. Однако не сделала ни малейшей попытки перетянуть рану. Кроме того, нужно следить за наемниками!

Один из них пошевелился. Я подошла и что было сил ударила его по голове рукояткой пистолета. В этот момент я услышала какой-то шум, но оказалась недостаточно проворной. Лоренс умудрился встать на колени. В руках у него появился пистолет. Еще один! Да что у них, целый арсенал? Ничего не скажешь, запасливые мерзавцы!

Меня спас Джордж. Он ощерился и с рычанием прыгнул на Лоренса. Я прицелилась.