топнула ногой.

Я шагнул ближе к ней и удержал ее надменный взгляд. - Садись в гребанную

машину. Я поведу. - Я не оставил возможности для спора и как я и ожидал от моего

тона, она отступила, ее плечи расслабились от напряженной, встревоженной позы.

Хорошо, - пробормотала она, затем развернулась чтобы сесть на

пассажирское сиденье.

Я подождал прежде чем развернуться и улыбнуться. Я сомневался, что прямо

сейчас ей понравиться мое веселое настроение. Забравшись в ее маленькое подобие

машины, я посмотрел на нее. - Для ребенка тебе понадобиться машина побольше и

побезопаснее.

Она вздохнула. - Я знаю это. Зачем ты это делаешь?

Смена темы. - Я сказал тебе об этом семь дней, пять часов и двадцать две минуты

назад. Не говори мне, что ты уже забыла.

На еще раз разочарованно вздохнула. - Да, сказал. Но с тех пор ты пропал и я

предположила, что ты передумал. И ты действительно только что дал мне точное количество

времени с тех пор, как ты это сказал?

Передумал насчет любви к ней? Неужели она так мало верит в любовь? Ее травма

была такой глубокой. Я должен быть аккуратным. - Да, дал. Уже двадцать три минуты.

Она наблюдала за мной, когда я съехал с ее подъездной дорожки на шоссе, ведущее из

города в сторону Дестина, где как я знал, был офис ее доктора. Я не смотрел на нее. Я

позволял ей привыкнуть. К тому факту, что я был здесь. К тому факту, который она скоро

осознает, что я знал куда мы едим и не спрашивал у нее направление. К тому факту, что я

любил ее и я не собирался никуда уходить. Даже, когда она убежала от меня.

Ты психически стабилен? -был ее следующий вопрос. Это заставило меня

рассмеяться.

Вероятно нет, - ответил я со всей честностью.

Я так не думаю.

Я снова рассмеялся. Что-то, чего я очень давно не делал. Нан многое привнесла в мою

жизнь. В том числе причину смеяться. Что-то, чего в моей жизни было слишком мало.

Я не знаю, что с тобой делать. Я думала, что любила Гэннона, но его не

существует. Это была роль, которую ты играл. Я не знаю тебя. У нас будет ребенок,

а ты возможно мне совсем не понравишься. Я могу возненавидеть тебя. - Ее

честность была частью ее очарования, с которым люди не могли справиться.

Человек, которого ты знала это я, которого никто никогда не встречал,

кроме тебя. Он был настоящим. Я не претворялся чтобы быть кем то другим. Я

показал тебе человека, которого никогда никому не показывал. Я доверил тебе себя

настоящего. Мы подошли друг другу, как я и ожидал. Сошлись, как две потерянные

части, ожидающие свои половинки.

Она не стала на это отвечать. Какое то время мы ехали молча.

Я позволил ей подумать об этом и прокрутить все в своей голове. Мне не

нужно было заставлять ее принимать то, что я говорил. Мне было нужно чтобы она

поверила мне и позволила показать ей, что это было правдой. В Гэнноне было

больше меня, чем в человеке, которого я показывал всему миру с тех пор, как мне

было десять лет.

Единственное вмешательство с моей стороны было во время ее посещений доктора и

когда она нуждалась в помощи. Я буду здесь для нее. Она больше не была одна. Со временем

она поймет это. Я был терпелив. У меня было время.

Ты знаешь где находиться офис моего врача, - просто сказала она, когда я заехал на

парковку.

Да. Я удостоверился чтобы знать все что важно. Это важно.

Она не стала выходить из машины, когда я припарковался. Вместо этого, она сидела

сложив руки на коленях. - Я любила Гэннона.

Я знаю.

Она кивнула, но не посмотрела на меня. Она держала свой взгляд сосредоточенным

перед собой. - Мне нужно время чтобы узнать Коупа.

Он тот же самый человек, но я понимаю. Я здесь, когда ты будешь готова дать мне

шанс.

Я готова.

Хорошо.

Нан

Я уснула на обратном пути с клиники, где мы услышали сердцебиение нашего

ребенка. Оно было сильным и доктор был доволен. Облегчение было достаточным чтобы

расслабить меня, поэтому я уснула, абсолютно не заботясь о Коупе за рулем.

Он разбудил меня, когда мы приехали домой, затем уложил меня в кровать. Сон снова

вернулся, обнимая меня и затягивая обратно. Дневной сон никогда не был таким приятным. В

последние дни, я часто спала днем.

Когда я открыла глаза, я почувствовала аппетитный запах, поднявшийся вверх из

кухни. Стакан имбирного эля стоял на тумбочке возле кровати и я выпила его, прежде чем

покинуть постель. Он знал, это единственное что я захочу, когда проснусь. Он знал

абсолютно все. Я была не уверена было ли это чем то жутким или наоборот

восхитительным.

То как он держал меня за руку, пока мы слушали сердцебиение наполнявшее

комнату, заставило мое сердце сжаться. Я ожидала сделать это одна, но в тот момент, я

была так благодарна что рядом был тот, кто был также как и я ошеломлен и испытывал

трепет. Мне удалось разделит это с ним.

Он сказал, что он тот же человек, кем был Гэннон, но в нем были вещи, которые

заставляли меня не согласиться с этим. Коуп был мягче Гэннона. Он показывал любовь

там, где Гэннон этого не делал. Я осознала, что Коуп заставляет меня чувствовать себя в

безопасности так, как не мог Гэннон. Я всегда чувствовала словно Гэннон мог

исчезнуть в любой момент, но мужчина представленный мне, как Коуп, доказывал мне

что останется рядом. Даже борясь с тем фактом, что я хочу быть с ним, я знала что он

не уйдет.

Я не хотела чтобы он уходил.

Встав с кровати, я направилась к дверям и вниз по лестнице. Я хотела увидеть

его в своем доме. Готовящим еду на моей кухне. Это были мечты, которые я себе не

позволяла, потому что боялась сделать это. Это не было тем, что я знала в мужчинах.

Это было что-то, что мужчины делали для таких, как Блэр и Харлоу. А не для таких, как

Нан.

Но никто не объяснил это Коупу. Потому что вот он стоит у моей раковины, моет

посуду, которую испачкал. Его взгляд был на мне в тот момент, как только я зашла в комнату.

Я запекаю курицу со спагетти. Хорошо поспала? По звуку, точно хорошо.

По звуку? - спросила я хмурясь.

Ты храпишь. Громко.

Я закатила глаза и прошла дальше чтобы сесть на барный стул напротив него. - Нет, не

храплю.

Черта с два не храпишь. Как чертова пила.

Я не была уверена дразнил ли он меня или говорил серьезно. - Правда?

О да.

Мне раньше никогда не говорили, что я храплю.

Храпишь. Поверь мне.

Должно быть беременность.

Продолжай успокаивать себя этим, если тебе от этого лучше. Я месяцами

наблюдал за тем, как ты храпишь.

Ты придурок, - пробормотала я. Затем замерла. Наблюдал за мной? - Как это ты

наблюдал за мной месяцами? - Мое сердцебиение ускорилось и я почувствовала небольшую

панику.

Он не сдвинулся с того места, где стоял и я уставилась на него, зная что он будет

честен, не важно насколько я не хотела слышать об этом. - Наблюдение.

Святая Мария Матерь Божья. Он видел как я сплю? Что еще? Купаюсь? Одеваюсь? Я

почувствовала себя выставленной на показ. - Кто еще видел меня? - спросила я, нуждаясь

присесть или сбежать и спрятаться, или обхватить себя и расплакаться. Это был мой дом.

Мое безопасное место. Я не осознавала, что наблюдение предполагало, что они следили за

мной внутри моего дома.

Я. Только я. С первого дня.

Только он. Этот фак немного облегчил панику, но не полностью. Мой мозг

пробежался по всем вещам, которые он мог видеть. Вся неприкосновенность частной

жизни, которая было у меня, теперь была отобрана.

Я влюбился в тебя до того, как встретился с тобой. Наблюдая за тобой. Я знал все о

тебе.

О Боже. Меня сейчас стошнит. Я отступила назад, тряся головой. - Ты наблюдал за

мной, - сказала я, позволяя этому осесть во мне.

Он кивнул. - И это был я, кто занимался с тобой любовью по ночам. - Сны . . . они не

были снами.

Мир который я приняла, теперь взрывался передо мной, в красках и образах к

которым я была не готова. Глубоко внутри, я знала что это не сны и понимание этого

заставляло меня чувствовать себя не правильно. У меня было что-то не в порядке с головой?

Ты приходил ко мне по ночам. - Я должна была сказать это вслух.

Почувствовать эти слова на языке. Столкнуться с правдой. Решить, могу ли я

справиться с этим.

Да. После того, как ты была со мной в Вегасе, я не мог держаться вдали. В

ночь, когда Мэйор поцеловал тебя, я лишился рассудка. Те записки, это были мои слова.

То свидание было спланировано мной, а он получил все лавры. Но ничего не сделал,

кроме как купил тебе те чертовы розы. Так что я пришел к тебе. Нуждаясь в заверить

себя, что я был тем кого ты хотела. Это было эгоистично, но ты без страха приняла

меня. Так легко.

Я приняла. Было легко верить, что он был моим сном. Те записки были от него. Теперь

в этом был смысл. Мэйор бы не додумался до такого. Тайный сад и еда казалось удивили

Мэйора также, как удивили меня. Тогда я была сбита с толку его поведением, но сейчас это

имело смысл.

Я хотел быть единственным для тебя. Не он. Я подтолкнул его сблизиться с