Бог.

Ты.

Мой.

Не показалось. Такой акцент приятный бонус в сексе на одну ночь.

— Вы англичанин, — говорю я, пытаясь сдержать улыбку.

— Приму это за положительный ответ, — отвечает мужчина и, поставив бокал на барную стойку, присаживается на стул рядом. — Надеюсь, вы ничего не имеете против этой страны? — усмехнувшись, спрашивает он и иронично вздергивает бровь.

Знаете, что самое лучшее в британцах?

Все.

Мне никогда не доводилось встречать их прежде, и, наверное, они ничем не отличаются от американцев, но акцент… Это же и есть «все», верно? Можете сказать, что это стереотип и так далее, но блин. Уже один акцент меня заводит. Знаю, мы говорим на одном языке, но слова, слетающие с его губ, обладают особым шармом.

— Дженнингс, — протягивая руку, представляется он, и я едва сдерживаю смех. Дженнингс? Вранье. Парню многовато лет для такого популярного и слишком современного имени. Назваться фальшивым именем — это так по-британски. Ладно, я в игре.

— Роуз, — отвечаю я, вложив свою руку в его. Он сжимает ее и нежно проводит большим пальцем по тыльной стороне ладони. Мне настолько нравится это ощущение и тепло его кожи, что хочется, чтобы он прикасался ко мне снова и снова.

— Роуз, — повторяет мужчина, и, замолчав, слегка склоняет голову набок, будто не верит мне. А и не нужно. Он же не назвал настоящее имя, так что все честно.

— Роуз, — подтверждаю я. — И я ничего не имею против вашей страны, — одарив мужчину улыбкой, я на мгновение задерживаюсь взглядом на его лице. Если честно, я немного англофил. В день свадьбы Уилла и Кейт я проснулась засветло только для того, чтобы увидеть церемонию в прямом эфире. А еще смотрела все шесть сезонов «Аббатства Даунтон». Дважды. И пусть я никогда не пила послеобеденный чай, уверена, мне бы это понравилось. — Благодарю за коктейль, — добавляю я, приподнимая бокал.

— Не стоит благодарности. Что именно вы пьете? — интересуется он и делает глоток из своего бокала, в котором плещется янтарная жидкость и кубик льда. Наверное, это бурбон. Выглядит довольно дорого, если можно судить о стоимости напитка по его внешнему виду. Да и сам мужчина смотрится солидно на фоне остальных посетителей невзрачного отеля «Шератон» возле аэропорта. Может, все дело в британском акценте?

— Коктейль с шампанским, — смущенно отвечаю я. Дурацкий напиток, но мне нравится.

— А-а, — протягивает он, и даже это полуслово звучит с акцентом сексуальнее. — Этот напиток популярен у вас в стране?

Нет.

Но он ведь не в курсе?

— Весьма, — киваю я. Ух ты. Кто бы мог подумать, что я превосходная лгунья? Возможно, грядущая неделя пройдет не так уж и плохо. — И что же привело вас в Вашингтон? – спрашиваю я, меняя тему, и задумчиво обвожу подушечкой пальца край бокала. Мне подвернулся идеальный мужчина, которого я больше никогда не увижу. И он явно заинтересован во мне. Если я собираюсь снова сесть на коня, то лучшего варианта и не найти. Или лучшего коня. Такого чистокровного жеребца, недоступного простым смертным, я бы с удовольствием объездила.

— Дела, — отвечает он. — А вас?

— Тоже, — быстро отвечаю я и неопределенно машу рукой, а потом закатываю глаза и добавляю: — Тоска зеленая.

— Так оно и было, — соглашается он и опускает взгляд на мои губы.

Я краснею и нервно сглатываю.

— Вы собираетесь пробыть в городе в течение фортнайта?

— А вы хоть знаете, что означает это слово, Роуз? — усмехается мужчина и делает глоток из своего стакана, продолжая наблюдать за мной.

— Хм, четыре ночи? — понятия не имею, что значит это слово, но мне нравится, как оно звучит. Мне еще ни разу не выпадал шанс использовать его в разговоре.

— Две недели. И нет, я пробуду в Америке меньше времени.

Отлично.

Я улыбаюсь и украдкой бросаю взгляд на его безымянный палец. Может, я и собираюсь снова сесть на коня, но делать это с женатым мужчиной желанием не горю.

— А как насчет вас, Роуз? Где вы живете?

Болезненная тема.

— То тут, то там, — на диване у сестры, если точнее, но об этом я ему не скажу. Я уже не в том возрасте, когда кочуют из квартиры в квартиру. И с одной работы на другую. Так что лучше промолчу. Я улыбаюсь и делаю большой глоток коктейля. Все равно эта неделя — одно сплошное вранье.

— То тут, то там? — спрашивает он, изогнув бровь и слегка склонив голову. Просто замечательно. Сейчас решит, что я недостаточно хороша для секса на одну ночь. Нужно срочно сменить тему.

— Где вы живете? В Лондоне? — мои познания в географии так глубоки, что Лондон — это единственный город в Великобритании, который приходит на ум.

— Ага, в Лондоне, — соглашается он, не отрывая от меня взгляда. — В Мейфэре. Хертфорд-стрит, — добавляет мужчина. Я почти уверена, что он пытается ткнуть меня носом в расплывчатые познания в географии. Херовенько.

— Здорово.

— В самом деле? — он улыбается мне так, будто я его забавляю. Я делаю еще один глоток коктейля и наблюдаю за вишней на дне бокала. Предыдущая ушла от меня, когда барменша принесла новую порцию от Дженнингса.

— Мне нравится ваша рубашка, — смена темы, дубль два. — Кастом?

— Вы понимаете, о чем говорите, или это очередное британское слово, которое вам захотелось использовать в разговоре? — мужчина качает головой и смеется.

— Оно означает «модная»? — пытаюсь попасть в яблочко я.

— Оно означает «сделанный на заказ». И нет, — он замолкает и опускает взгляд на рубашку, — эта сшита не на заказ. — Пауза заставляет меня задаться вопросом, сделаны ли на заказ остальные его рубашки. Дженнингс, конечно, парень модный, но кто шьет рубашки на заказ? В моем окружении таких точно нет.

В этот момент в отель входит команда футболистов, состоящая из подростков, которые гогоча направляются к лифту. Они громко спорят о том, кто с кем заселяется, и договариваются встретиться в бассейне.

— Здесь становится слишком шумно, — замечаю я, бросая взгляд в сторону холла. Тут я немного слукавила. Но как еще перейти от напитков к сексу? Как?

— Хм, — глядя на меня, задумчиво произносит он.

— Не хочешь найти более спокойное местечко? — предлагаю я.

Он замирает и смотрит на меня с нескрываемым удивлением. Должно быть, я опять облажалась. Может быть, моя сестра права? Брр… Не хочу даже думать об этом. Господи, дай мне сил, если когда-нибудь придется признать это вслух. Наверное, роль соблазнительницы все же мне не по зубам.

— Сразу к делу? — с ухмылкой замечает мужчина. — А я думал, что ты еще долго будешь ломаться и решаться.

Решаться на что? На секс? Я снова опускаю взгляд на вишню в бокале, а затем заставляю себя посмотреть ему в глаза и, отсчитав три секунды, отвечаю (нет, ну это же сработало в первый раз):

— Как видишь, я готова.

— Готова? — на его лице читается явное удивление.

Нет. Не готова. И никогда не буду. Но раньше мне не доводилось бывать Роуз, поэтому к черту все, сегодня вечером я горячая штучка.

— Естественно! — с напускной уверенностью восклицаю я.

— Хм, — снова задумчиво произносит он, и, ей богу, эти звуки — самое сексуальное, что я когда-либо слышала. Он наклоняет мой бокал и вытаскивает из него вишенку. А потом подносит ее к моему рту, и я языком забираю у него лакомство. Перекатываю на языке и, пристально глядя на Дженнингса, думаю о том, что будет дальше.

— Ну что, идем?

Вот же блин. Я проглатываю ягоду, надеясь, что она не застрянет у меня в горле, а то еще начну задыхаться. Неужели я только что заявила абсолютному незнакомцу, что готова с ним переспать?

ГЛАВА ВТОРАЯ

Эта девушка врет. Для начала — имя точно не ее. Хотя какое мне до этого дело? Она всего лишь развлечение перед началом скучной, но, надеюсь, плодотворной недели.