– Скоро ты станешь известным адвокатом и сможешь смотреть на всех этих Шмидтов свысока! – Линда мечтательно прикрыла глаза.

– Скорее всего, я уже сегодня смогу посмеяться над ним.

– Возможно. – Линда умолкла на какое-то время, потом продолжила: – Однако если подумать, сколько стоила вчерашняя вечеринка и сколько всего мы могли бы купить себе на такие деньги…

Дирк потушил сигарету.

– Линда! Нельзя относиться к жизни так потребительски. Есть же в мире и другие ценности. Ты тоже зарабатываешь неплохо!

– Все относительно, мой дорогой! – Линда с наслаждением потянулась и запустила руки в свои роскошные темные локоны. – Может, мне стоило забрать эту косметичку. Тем более что это было так срочно. Там наверняка много хорошей косметики. «Диор», «Ланком», «Шанель», или что там еще!

– Слушай! – Дирк обернулся к Линде. – Что на тебя нашло? Пойми же ты! Гюнтер звонил не из-за косметички. Он просто неправильно набрал номер! И давай покончим с этим!

– Хорошо. – Линда оглядела свое тело. – Мне не помешало бы немного позагорать. Составишь мне компанию? Может, покатаемся на велосипедах? А может, еще кое-что?

Дирк пристально всмотрелся в подругу, и в его глазах вспыхнуло вожделение.

– «Еще кое-что» – с удовольствием! Но на все остальное у меня сегодня нет времени, прости.

– Но ты принесешь мне потом завтрак в постель? – подзадорила его Линда, соблазнительно поглаживая свой животик.

– Все, что даст нам холодильник! – Дирк захлопнул тетрадь.

– О, этого может не хватить!

* * *

Спустя два часа Линда ехала на своем стареньком «поло» к себе домой. Она снимала квартиру в квартале новостроек на окраине города. Этот квартал состоял из шести многоэтажных домов, построенных таким образом, что между ними расположились уютные зеленые дворики, прекрасно приспособленные для прогулок с детьми, спортивных игр и вечерних посиделок. Линде по вкусу такой образ жизни. В этом микрорайоне есть ощущение уединенности, и вместе с тем все здесь очень практично. Из подземного гаража лифт поднимается на этаж, где находится квартира. Линда может купить все, что захочет, и при этом не придется тащить сумки через улицу, а потом затаскивать их на этаж пешком, как в доме у Дирка. Да еще в старом квартале, где снимает жилье Дирк, намучаешься в поисках места для парковки. А не дай Бог, машина окажется в пешеходной зоне в выходные! Тогда только один штраф превысит сумму, которую Линда платит за гараж в месяц.

Линда повернула с улицы к своему «гетто», но со двора навстречу вылетел «мерседес» серебристого цвета. Линда едва успела свернуть в сторону, чтобы не столкнуться с роскошным лимузином. «Что это за деятель появился в нашей дыре?» – подумала девушка, бросив взгляд на номерной знак: GS1 —государственный чиновник. В это время машины поравнялись, и она увидела, кто сидит за рулем «мерседеса»: Гюнтер Шмидт собственной персоной. В этот момент и он заметил Линду, остановил машину и опустил стекло со своей стороны.

– Ну и ну! – воскликнул господин Шмидт, высовывая голову в приоткрытое окно. – Вот так сюрприз! Вы тоже живете здесь?

Линда пожалела, что в ее машине нет кондиционера, поэтому ей приходится ездить с открытыми окнами в такую жару. Но ее узнали, поэтому ей пришлось остановить машину и кивнуть:

– Да, а кто еще?

– Кто еще!

– Думаю, вы-то не живете здесь. То есть вы были у кого-то. Или нет?

– Ах, вы об этом! Да, конечно. Я хотел навестить одного из своих деловых партнеров. Но его не оказалось дома.

– Делового партнера? В воскресенье?

– Да, срочное дело, знаете ли. – Он еще больше высунулся из окна. – И вот я думал, где подождать его. Здесь есть какое-нибудь кафе?

Линда задумалась, потом покачала головой.

– Поблизости нет. Только пиццерия. Но она откроется ближе к вечеру.

Гюнтер приподнял на лоб солнцезащитные очки.

– Нельзя ли пригласить вас куда-нибудь? А через часок мы вернемся назад. Может, к тому времени объявится и мой компаньон.

– А почему бы вам не съездить домой и не пообедать?

– Да, почему бы и нет… – пробормотал Гюнтер, и его очки упали на нос.

– Вот и прекрасно! Уверена, вы обязательно встретитесь. Чао! – Линда кивнула ему с улыбкой, надавила на педаль газа и уехала.

– Вот и прекрасно! Вот и прекрасно! – Гюнтер в ярости ударил кулаком сначала по клаксону, а потом себя по лбу. – Да ты полный идиот! Так опростоволоситься! Как сопливый мальчишка! Такое трудно было представить. Тридцать лет супружеской жизни, и ничему так и не научиться в обращении с женщинами! Но в этом виновата только Марион!

Все еще вне себя от ярости, он надавил на педаль газа. Однако уже на первом светофоре у Гюнтера появился новый план. Он не сдастся. Он пойдет другим путем. Сейчас надо только выяснить, достаточно ли он привлекателен в шестьдесят лет. Не переоценил ли себя? Чушь! Гюнтер снял очки, повернул к себе зеркало заднего вида. Совсем не дурен. Зрелый мужчина. Зрелый не значит старый!

Гюнтер решительно затормозил возле ближайшего кафе.

Через час он снова вернулся к кварталу, где живет Линда. На заднем сиденье лежал огромный букет. Теперь ему было известно, где живет девушка. Знал он и ее фамилию. Все это благодаря пунктуальности жены, составлявшей списки приглашенных.

Гюнтер поставил машину во дворе и медленно пошел к двери подъезда. Маленькие колокольчики радостно звучали где-то внутри его. Звон становился все громче и торжественнее. Он украдкой взглянул наверх. Вон тот балкон под пентхаусом должен принадлежать ей. Жаль, что парапет закрыт непроницаемыми щитами. Из-за этого не видно, есть ли кто-нибудь на балконе. Может, она загорает там.

Обнаженная.

Сладко растянувшись в шезлонге и лениво потягиваясь время от времени.

Полная желания.

Желанная.

Представив себе Линду, Гюнтер почувствовал напряжение в паху. Шестьдесят! Ха! Смешно!

Стоя перед дверью подъезда, он не решался сделать последний шаг. С балкона никто не помахал ему. Понтеру становится не по себе. Можно попросить передать цветы. Это только кажется, что все так просто. Помог бы случай, если бы Линда неожиданно появилась сама. Но случай не помог. Внутренний дворик был пуст. Ни одного прохожего, ни одного ребенка, играющего поблизости. Конечно, погода хорошая, все разъехались кто куда. Как глупо было притащиться сюда снова.

Гюнтер вернулся к машине, бросил букет на сиденье и резко тронулся с места.


Линда медленно поднималась наверх из прохлады подземного гаража. Она выкатила велосипед на улицу и в тот же миг замерла на месте, словно наткнувшись на невидимую стену. Во дворе Линда увидела тот же самый серебристый «мерседес», который встретила час назад у въезда во двор. К кому он приехал? С цветами? Так или иначе, желания встречаться с этим господином снова у нее не было. К счастью, он пока не заметил ее.

Линда прыгнула в седло велосипеда и что есть силы начала крутить педали. Надо поскорее скрыться. Вот это по ней! Движение, солнце, теплый ветерок в лицо. Волшебные ощущения. И как только Дирк способен в такую погоду оставаться в прокуренной насквозь конуре! Линда решила поехать к своей подруге Ирэн и убедить ту покататься вместе.


Ирэн в этот момент находилась у своей мамочки. Вместе с Ричи. Оба они не без оснований полагали, что Монике очень плохо после вчерашнего дня, да и ночь она провела бессонную. Поэтому брат и сестра решили немного приободрить мать.

– Хочешь, я все точно узнаю у Дирка, – предложил Ричи матери. – Он был вчера на вечеринке.

Ирэн бросила на брата уничтожающий взгляд и стукнула себя по лбу кулаком. Моника в соседней комнате откупоривала бутылку вина:

– Ричи! Я не расслышала, что ты хотел рассказать мне?

– Что дела на фирме идут замечательно! – ответила Ирэн за брата.

– Спасибо за информацию. Но мне об этом известно не хуже, чем вам. – Моника вошла с бутылкой и тремя бокалами. – Очень мило, что вы так заботитесь обо мне. – Она поставила бокалы на маленький столик, осторожно наполнила их и протянула детям. – Выпьем за нас! – Моника села рядом с Ричи на диван. – Так что же там все-таки было?

– Где?

– На юбилее. Дирк наверняка рассказал тебе об этом…

Ричи бросил на Ирэн тревожный взгляд.

– Еще не успел. Мы ведь сегодня не общались. Но я могу позвонить ему, если хочешь…

– Мешать тебе не стану.

Ричи направился к телефону. Ирэн покачала головой.

– Мама! Зачем так терзать себя?

– Я промучилась всю ночь и половину утра. Хочу посмотреть фактам в лицо!

– Мама! Эта Регина вообще тебе не ровня.

– Но она делает очень хорошо то, что должна делать женщина в ее положении.

Взяв свой бокал, Моника внимательно посмотрела на дочь. Хорошо, что они вместе, держатся друг задруга и помогают друг другу. Ричи с курносым носом, небесно-голубыми глазами, совершенно не соответствующими его мужественной внешности. И Ирэн, стригущая свои каштановые волосы по моде двадцатых годов, совсем не современная девочка. Но отчаянная и всегда имеет какой-нибудь секрет, словно непослушный ребенок.

Ричи вернулся и сел на диван рядом с Моникой.

– Итак, – начал он, – Дирк говорит, что это был выдающийся праздник. Как всегда, собрался весь бомонд. Как всегда, его отец произнес какую-то бредовую речь. Как всегда, Гюнтер не проявлял никакого интереса к своей жене.

– Повествование, достойное твоего друга, – улыбнулась Ирэн. – Ему следовало бы стать не юристом, а поэтом. Мама же только хотела узнать, как вела себя Регина. Жалась ли она к папочке или нашла себе кого-то еще? Не тискалась ли по темным углам с каким-нибудь горячим молодым человеком? И не тискал ли сам Клаус тайком чью-нибудь грудь? И не встала ли вся женская половина приглашенных в шеренгу, скандируя: «Мы хотим Монику!»…

– Ну, Ирэн! Не делай из меня полную идиотку! Я просто хотела узнать, жив ли он еще.