Когда Каррингтон пришла в наш дом, это дало Гретхен необходимый толчок к возрождению. Не было ни малейших сомнений Вт том, что они обожали друг друга.

Одетая в розовое и лиловое, с забранными в высокий конский хвост и заколотыми большой искрящейся заколкой золотистыми волосами, Каррингтон олицетворяла собой настоящую девятилетнюю леди от-кутюр. Она несла с собой букет невесты – миниатюрную версию, которую сделали специально для того, чтобы Либерти бросила ее незамужним гостьям.

-Я его кину сама, - провозгласила Каррингтон. – Либерти и близко не может кинуть так же хорошо, как я.

Гретхен вышла вперед, сияя лучезарной улыбкой.

-Ты самая милая невеста из всех, что мне доводилось увидеть, - сказала она, обнимая Либерти. – Что ты наденешь, когда вы будете прощаться, прежде чем уехать?

-Вот он мой прощальный костюм, - ответила Либерти.

-Ты в брюках?

-Это костюм от Escada, тетя Гретхен, - сказала я. – Очень стильный.

-Ты должна надеть больше драгоценностей, - заявила тетя Гретхен. – этот твой костюм слишком бледный.

-У меня нет большого количества драгоценностей. – Ответила Либерти, улыбаясь.

-У тебя есть кольцо с камнем размером в дверную ручку, - напомнила я. – Очень неплохое начало.

Я хмыкнула, когда увидела как Либерти заморгала в смущении. Она считала. Что помолвочное кольцо неприлично большое. И мой брат Джек делал все возможное, чтобы она и дальше чувствовала это смущения, обозвав бриллиант «горой».

-Тебе необходим браслет, - решительно произнесла тетя Гретхен, держа что-то в маленькой бархатной сумочке. – Возьми это, Либерти. Просто маленькое нечто, чтобы дать людям знать, что ты в одой с ними упряжке.

Либерти аккуратно открыла мешочек и мое сердце ухнуло, когда я увидела, что было внутри. Прекрасный золотой браслет, что тетя Гретхен носила не снимая. На нем были брелки из всех экзотических мест, что она посетила в своей жизни.

Когда мне было пять лет, она пообещала отдать его мне.

Я даже помнила точный день – тогда она подарила мне настоящий детский кожаный пояс для инструментов с петлями и карманами. Это был самый настоящий набор, включающий в себя клемма, пилу, зажим, плоскогубцы, измеритель уровня, молоток, восемь гаечных ключей и набор отверток.

Как только моя мать увидела как я примеряю ремень с инструментами, глаза у нее почти вылезли из орбит. Она только открыла рот и пока единого звука не было произнесено, я уже точно знала, что она попросит тетю Гретхен забрать подарок обратно. Поэтому я схватила инструменты и помчалась к отцу, который в это время только вошел в гостиную комнату:

-Смотри, папа, что мне подарила тетя Гретхен!

-Ну не здорово ли это! – сообщил папа, улыбнувшись сначала тете, а затем маме.

Улыбка сползла с его лица, когда он увидел ее лицо.

-Гретхен, - твердо сказала мама, - я прошу тебя советоваться со мной в следующий раз, когда ты будешь покупать подарок моей дочери. Я не собираюсь растить строителя или плотника.

Мои каблучки прекратили отбивать дробь.

-Я не отдам это обратно!

-Не груби своей матери, - сказал отец.

-Ради всего святого! – крикнула Гретхен. – Это всего лишь игрушки, Эва. Хэвен любит собирать всякие вещи. Тут нет ничего плохого.

Голос мамы был полос колючих интонаций.

-Это мне решать, что лучше для моей собственной дочери, Гретхен. Если ты так много знаешь о детях, тебе было бы неплохо самой завести одного.

Она прошла мимо меня и папы, оставив после себя ледяную тишину.

Тетя Гретхен вздохнула, покачивая головой и глядя на отца.

-Могу я оставить себе инструменты, пап? – спросила я.

Папа кинул на меня раздраженный взгляд и последовал за мамой.

Я медленно подошла к Гретхен, сложив руки на груди. Она была тиха, но я знала, что я должна была сделать. Я отстегнула пояс с инструментами и аккуратно положила его обратно в коробку.

-Думаю, ты должна была подарить мне заварочный чайник, - уныло сказала я. – Забери его назад, тетя Гретхен. Она все равно не даст мне с ним играть.

Гретхен похлопала себя по коленям и я взобралась на них, глубоко вдыхая ее запах пудры, лака для волос и парфюма от Рив Гош. Видя, настолько я заинтересовалась ее браслетом для брелков, она сняла его с руки и дала мне, чтобы я могла ближе все рассмотреть. Она покупала себе брелок каждый раз, когда ехала в новое место. Я увидела маленькую Эйфелеву башню, миниатюрный ананас с Гаваев, тюк хлопка из Мемфиса, матадора с красным плащом, перекрещенные лыжи из Нью Хэмпшира и много других.

-Когда-нибудь, - сказала тетя Гретхен, - я отдам этот браслет тебе и ты сможешь добавить на него свои собственные брелки.

-Я посещу так же много новых мест, как и ты, тетя Гретхен? – спросила я.

-Ты можешь и не захотеть. Такие люди как я путешествуют лишь потому что ничто не держит их на одном месте.

-Когда я вырасту, - сказала я, я никогда не буду засиживаться на одном месте.

Гретхен забыла об этом обещании, подумала я. Это не была ее вина. В последнее время она забыла много вещей. Все в порядке, я сказала себе. Просто сделай вздох, и забудь. Но я знала историю каждого брелка. И казалось, словно Гретхен забирала эти бесценные воспоминания у меня и передаривала их Либерти. Кое-как я удержала улыбку на лице.

Моя тетя застегнула браслет на запястье Либерти. Каррингтон танцевала от них, подпрыгивая от нетерпения и любопытства, требуя показать все брелки. Улыбка уже больше не была частью моего лица. Она висела будто картина, которую прибили к стене гвоздями.

-Думаю, я что-то должна с этим делать, сказала я, поднимая с покрывала вуаль и перекидывая ее через руку, - Я никчемная подружка невесты, Либерти. Думаю, ты должна уволить меня.

Она бросила на меня быстрый взгляд. Не смотря на всю мою маску радушия, она увидела что-то что заставило ее выглядеть озабоченно.

Когда мы вышли из комнаты, Гретхен и Либерти прошли вперед, но либерти остановила меня легким касанием руки.

-Хэвен, - прошептала она, а браслет зазвенел, - это ты должна была получить его когда-нибудь?

-О, нет-нет, - быстро сказала я. – Я не большая поклонница браслетов для брелков. Они вечно за все цепляются.

И мы прошли дальше, пока Гретхен и Либерти ждали лифт.

Когда мы очутились на последней ступеньке, кто-то подошел к нам неторопливой раскованной походкой. Я обернулась и увидела перед собой пронзительные голубые глаза. Тревожный звонок позвенел в моей голове, когда он остановился у высокой колонны и облокотился о нее. Мое лицо побелело. Это был он, тот самый мужчина из винного подвала. Мистер Голубой воротничок в смокинге. Большой и сексуальный, и такой же нахальный и самоуверенный как дворовый пес. Он послал мне понимающий и насмешливый взгляд, и его внимание немедленно переключилось на Либерти.

К моему удивлению, Либерти не смотрела на него как на незнакомца, а приветствовала его приветливой усмешкой. Она скрестила руки на груди.

-Пони, как подарок на свадьбу?

Улыбка закралась в уголки его губ.

-Он понравился Каррингтон, когда мы ездили на прогулку.

Его акцент был чуть заметнее, чем в винном подвале, такой растянуто-певучий, что можно услышать большей частью в трейлерных парках.

-Я же знаю, что у тебя уже есть все, что нужно, поэтому решил подарить кое-что твоей маленькой сестренке.

-Ты хоть знаешь, во что обойдется содержание этого твоего кое-чего?

-Если хочешь, я могу забрать его обратно.

-Ты прекрасно знаешь, что Каррингтон никогда нам этого не простит. Ты поставил моего мужа в сложную ситуацию, Харди.

Его ухмылка превратилась в нежную усмешку.

-Ты знаешь, как мне неприятно слышать что-то подобное.

Харди.

Я отвернулась и на секунду прикрыла глаза. Черт. Просто... черт. Я не только целовалась с кем-то, кто не являлся моим парнем, так этот некто еще и оказался врагом моей семьи. Враг моего брата, который сознательно разрушил крупную сделку, которая значила много для Гейджа в личном и профессиональном смыслах.

Из того немного, что я знала о нем, Харди Кейтс некогда был большой любовью Либерти, но затем он оставил ее, разбив ей сердце, а теперь вернулся, чтобы доставлять неприятности. Такие как он всегда доставляли неприятности.

Это было так унизительно понимать, что я его вовсе не привлекала, и то его предложение в винном подвале было всего лишь очередной атакой против Тревисов. Харди Кейтс хотел унизить мою семью и вполне мог использовать меня ради этой цели.

-Хэвен, - произнесла Либерти. – Познакомься, это мой старый друг, Харди Кейтс. А это моя золовка, Хэвен Тревис.

-Мисс Тревис, - мягко сказал он.

Я заставила себя посмотреть на него. Его глаза были необыкновенного голубого цвета. На его лице не было особых эмоций, но я уловила отблески смеха в этих его необычных глазах. Он протянул мне руку, но я не могла принять ее. Я просто боялась того, что могло бы случиться, если бы я дотронулась до него.

Забавляясь моим сомнением, он повернулся к Либерти и сказал:

-Твоя золовка уж больно робкая и пуглива.

-Если ты здесь, чтобы закатить сцену, - спокойно проговорила она.

Его взор переместился на Либерти.

-Нет, мэм. Только лишь для того, чтобы пожелать всего самого наилучшего.

Что изменилось в ее лице, когда она взяла его руку в свою.

-Спасибо.

Новый голос ворвался в разговор.

-Эй вы там. – это был мой брат Джек.

Он выглядел расслабленным, но в глазах его что-то блеснуло в его темных глазах, что предупреждало: сейчас начнутся неприятности.

-Мистер Кейтс. Мне сказали, что вас нет в списке гостей. Так что я попросил бы вас удалиться.