И тут Мэтт изложил ей свой план.

– И зачем тебе понадобилось платье с тридцатью обтянутыми шелком пуговицами?! – с шутливым отчаянием воскликнула Хоуп в субботу, неловко вдевая пуговицы в крошечные петли.

– Я хотела, чтобы Юджин помучился вечером, когда будет их расстегивать, – усмехнулась Дельфина, длинные рыжие кудри которой падали на спину, еще больше затрудняя задачу Хоуп. – Понимаешь, он должен хоть как-то пострадать, чтобы завоевать меня. Все смелые кельтские рыцари страдали ради того, чтобы прикоснуться к красивой девушке.

– Он уснет еще до того, как доберется до середины твоей спи­ны! – фыркнула Мэри-Кейт, зашедшая в розовую спальню Килнагошелла, где собрались четыре члена клуба макраме. – Вирд­жиния предлагает перекусить, потому что до банкета еще несколь­ко часов.

– Если я что-нибудь съем, платье треснет, – сказала Дельфи­на. – Я хочу выглядеть стройной и девственной, когда Эдди ска­жет: «Благословляю брак Дельфины Юстасии Лавинии Райан и Юджина О'Нила…»

– Дельфины Юстасии Лавинии? – с ужасом переспросила Хоуп.

– Когда моя сестрица была беременна Дельфиной, она читала множество любовных романов, – объяснила Мэри-Кейт. – Дель­фина и понятия не имела, что, если бы не я, Полина назвала бы ее Мэрилин Скарлетт.

Хоуп расхохоталась так, что уже не могла застегивать пуговицы.

– Дельфина тоже не сахар, – возразила племянница. – Вчера даже регистратор загса хихикал. А попробуйте в десять лет прийти в школу с таким имечком! Когда у нас с Юджином появятся дети, у них будут простые и красивые имена. Вроде Мэри или Тома.

– Не знаю… – мечтательно произнесла Хоуп. – В последнее время мне нравится имя Розали. Или Рори. Вообще все име­на на «Р».

Дельфина и Мэри-Кейт многозначительно переглянулись.

– Для будущего ребеночка? – не выдержала Дельфина. Хоуп уставилась на подруг и поняла, что они все знают.

– Ну, от вас ничего не утаишь! – пробормотала она.

– Выливать вино в горшок с несчастным цветком – еще не значит хранить тайну, – сказала Дельфина.

– А то, что вы не выпили на прощальном вечере Дельфины ни одного бокала шампанского, окончательно выдало вас, – доба­вила Мэри-Кейт. – И хотя я знаю, что вы любите шоколад, но это­го недостаточно, чтобы так располнеть.

Хоуп не то всхлипнула, не то засмеялась от облегчения.

– И давно вы все знаете?

– Целую вечность, – улыбнулась Дельфина. – Не плачь. Я не для того полчаса красила тебе ресницы, чтобы ты все испортила.

– Мэтт знает? – мягко спросила Мэри-Кейт.

– Вы не лучше Сэм! – с отчаянием воскликнула Хоуп. – Она только и твердит об этом.

– Нужно сказать. Он скоро прилетит с детьми. Ты поедешь в аэропорт? – спросила Дельфина.

– Их встретит Сэм, – избегая смотреть подругам в глаза, про­бормотала Хоуп.

– Ладно, – сказала Мэри-Кейт. – Дельфина, ты сама терпеть не можешь, когда вмешиваются в чужие личные дела. Вот мы и не вмешиваемся.

– Я терпеть не могу, когда вмешиваются в мои личные дела, – проворчала Дельфина. – А это совсем другая история.

– Бэби-сандвичи! – объявила Вирджиния, появившись в две­рях вместе с Динки.

– Это что, заговор? – нахмурилась Хоуп. – А «бэби-сандвичи» – пароль?

Вирджиния закусила губу.

– Я только имела в виду, что срезала с хлеба корку, – объяс­нила она. – Я правильно догадываюсь, что тайна вышла наружу?

– Осталось только дать объявление в местной газете, – криво усмехнулась Хоуп. – Да, я беременна. Нет, Мэтт не знает. Нет, я не хочу говорить ему. Но да, скажу. В конце концов.

– Вот и отлично, – улыбнулась Вирджиния. – Кому чаю?

Сэм увидела Милли раньше, чем зятя. Девочка бежала, потря­хивая косичками, и разыскивала взглядом мать.

– Милли, привет! – крикнула Сэм.

Племянница налетела на нее, как маленький вихрь, и броси­лась в объятия тетки.

– А где мама? – выдохнула она.

– Мама тебя ждет, – прошептала Сэм ей на ухо. – Она помо­гает тете Дельфине готовиться к свадьбе.

– Я буду подружкой невесты! – радостно пискнула Милли. – У меня есть платье! Оно у папы в чемодане!

– Привет, Сэм.

Сэм спустила Милли на пол и поздоровалась с зятем. Обычно они прохладно улыбались друг другу, но сегодня веселый Мэтт тепло поцеловал ее в щеку.

– Принарядились, мистер Паркер? – хихикнула Сэм. – Ни­как новый костюм?

Мэтт хитро улыбнулся.

– День сегодня особый. Я должен выглядеть как можно лучше.

– Тетя Хэм… – донесся снизу голосок Тоби. Сэм подхватила его на руки и крепко поцеловала.

– Пора ехать, а то опоздаем. Тоби, хочешь сесть за руль?

– Нет, я! Нет, я! – завопила Милли.


Что-то Сэм долго едет из аэропорта, – сказала Хоуп, посмотрев на часы.

– Без паники, – успокоила ее Вирджиния, Церемония на­чнется только через час.

– Я знаю, но Милли никогда не простит мне, если не сможет нести шлейф, – уныло ответила Хоуп. Она смотрела в окно кабине­та, не в силах дождаться, когда увидит свою машину, на которой Сэм уехала в аэропорт. – Кажется, еще какие-то гости, – сказа­ла она, когда из такси вышла группа людей, обремененных чемо­данами. Трое высоких русых молодых людей, темноволосая жен­щина и маленькая девочка с ярко-рыжими кудрями стояли на аллее и оглядывались по сторонам. – Похоже, кто-то новенький.

Вирджиния подошла к окну.

– О боже! – воскликнула она. – Это мои! Глазам своим не ве­рю… Они даже не намекнули, что собираются приехать! – Вирд­жиния выбежала навстречу трем своим сыновьям, невестке и ма­ленькой внучке. – Что же вы меня не предупредили? – восклик­нула она.

– Это был сюрприз. Мы хотели отпраздновать твое превраще­ние во владелицу пятизвездочного пансиона, – сказала Салли.

– Инспекторов еще не было, – ответила счастливая Вирджи­ния, обнимая всех по очереди.

– Но свои звездочки ты получишь в любом случае, – уверен­но сказал матери Доминик.

– А что тут, собственно, происходит? – спросил Лоренс, гля­дя на мельтешивших вокруг нарядно одетых людей.

– Свадьба. Моя подруга Дельфина выходит замуж, – ответи­ла Вирджиния. – Вы приехали как раз вовремя. Ох, а вот и Юд­жин с Эдди! Пора начинать церемонию. Скорее бы приехала Сэм! Милли должна нести шлейф. Она убьет нас всех, если опоздает.

– Эта маленькая куколка могла бы ее заменить, – сказала Мэри-Кейт, вынося из дома поднос с бокалами шампанского.

Элисон благосклонно посмотрела на собравшихся вокруг взрослых и тут же выпустила волосы дяди Джейми.

– Мы не хотим мешать, – смущенно пробормотала Салли. – Я не знала, что свадьба назначена на сегодня…

– Чем больше народу, тем веселее! – крикнула Дельфина, вы­сунувшись из окна спальни. – Я невеста, – без всякой нужды доба­вила она. Никого другого в венке из белых цветов тут не было.


Полина Райан еще раз посмотрела на свое отражение в зеркале пассажирского сиденья. Губная помада не размазалась, зубы бы­ли не испачканы, и все же ей казалось, что что-то не так. Посмот­рев на юбку, Полина внезапно поняла, в чем дело. На ней был си­ний костюм, купленный пять лет назад для свадьбы дальней род­ственницы. Хотя она изо всех сил пыталась подавить чувство вины, это ощущение не покидало ее. «Нет, все-таки следовало надеть что-нибудь новое», – сердито подумала она.

Синий костюм казался вполне приличным вплоть до послед­ней недели. Но затем люди начали подходить к ней на улице и го­ворить, как они польщены приглашением на свадьбу Дельфины, какой славный человек Юджин и как замечательно, что свадьбу решили устроить в Килнагошелл-хаусе. Полина, которая в конце концов все же решилась почтить свадьбу своим присутствием, была совершенно сбита с толку. По ее мнению, такого брака сле­довало стыдиться и для подобного мероприятия синего костюма было больше чем достаточно. А теперь все – от мисс Мэрфи до Беллы Мэгуайр – весело говорили ей, что она должна гордиться Дельфиной и что они не знают, как следует одеться, потому что погода может испортиться в любой момент.

В конце концов ей стало казаться, что синий костюм никуда не годится, но наступила пятница, и было уже поздно что-то предпринимать. Она не могла тайком прошмыгнуть в бутик Люсили: весь поселок тут же понял бы, что мать невесты не удосу­жилась вовремя купить себе новый костюм. Такого унижения Полина бы не перенесла.

– Красивый дом, правда? – заискивающе сказал ее муж, подъ­езжая к Килнагошеллу по извилистой, усаженной деревьями ал­лее.

Фонси ненавидел ссоры. Ах, если бы у него хватило характера возразить Полине! Он бы с удовольствием сказал жене, чтобы она прекратила дурить и что он пойдет на свадьбу любимой доче­ри независимо от того, где эта свадьба состоится. Но Фонси был тихим человеком и побаивался жены.

– Ничего, – ворчливо ответила Полина, глядя на изящный фасад, над портиком которого пышно цвели плетистые розы.

Фонси остановил машину и вылез. Ему ужасно хотелось по­скорее обнять Дельфину. Он любил дочь до самозабвения и счи­тал Юджина отличным парнем. Конечно, Полина не знала, что он знаком с будущим зятем, иначе она взбесилась бы… Фонси громко хлопнул дверью автомобиля. Он был сыт по горло.

– Я иду к Дельфине! – заявил он.

Если бы с ней заговорил автомобиль, Полина изумилась бы меньше. Фонси всегда делал то, что хотела она, а сейчас она хоте­ла смешаться с толпой и посмотреть, кто пришел на свадьбу. Но Фонси прошел в дом так уверенно, словно был его хозяином.

Полина обогнула угол, прошла в сад и застыла от удивления. Там собралась половина Редлайона. Стоял прекрасный летний день. Люди смеялись, беседовали и радовались жизни. Тут же, к ужасу Полины, находился и отец Мактиг, над чем-то весело сме­явшийся со своими прихожанками. Грудь Полины раздулась, как у рассерженной лягушки, и так же внезапно опала. Что она могла сказать? Он человек бога, он знает правила. Конечно, он не при­шел бы сюда, если бы думал, что Дельфина будет навеки прокля­та небом, если выйдет замуж за разведенного Юджина.