— Добрый вечер, Хендерсон, — сказал Сет, глядя мимо Хендерсона и кривя губы в усмешке.

Хендерсону стало неловко, но он заставил себя взглянуть Сету в глаза, держа руку на кобуре.

— Мы полагаем, что у властей штата Вайоминг есть причины для вашего ареста, Тейт, — сказал полицейский. — Я здесь, чтобы задержать вас.

Сет кивнул.

— Я не вооружен и не намерен оказывать сопротивление, сэр.

— Хорошо. — В голосе Хендерсона сквозила досада. — Нам не хотелось бы устраивать пальбу при мисс Лорел, сейчас я надену на вас наручники.

Сет сделал шаг вперед и протянул руки. Лорел схватила Хендерсона за рукав.

— Джек, — умоляла она, — вы не можете! Это какая-то ошибка! Вы не можете…

— Я всего лишь исполняю свой долг, мисс Лорел, даже если мне это и не нравится. — В голосе его звучало искреннее сочувствие. — Простите, мне очень жаль. И вы тоже, Тейт, если бы вы знали… — Он взглянул на Сета, увлекая его за собой. Лорел с трудом сдержалась, чтобы не закричать и не броситься следом.

Сквозь пелену горячих горьких слез она смотрела, как Хендерсон помог Сету сесть в седло, взял поводья и направил коней в сторону дороги. Сет так ни разу и не оглянулся.

В отдалении кто-то спешился. Раздались шаги.

— Лорел, я отвезу тебя домой.

Лорел вздрогнула, когда Питер коснулся ее плеча. Мысль лихорадочно заработала.

— Ты, — сказала Лорел медленно, хрипло. — Это все ты. Кэролайн рассказала, что ты начал расследование, но она не говорила…

— Она ничего не знала, — сказал Питер, боясь встретиться с Лорел взглядом. — Только сегодня утром я получил телеграмму. Послушай, Лорел, я знаю, как тебе сейчас больно, но потом ты поймешь, что так лучше.

Лорел со всего размаха ударила Питера по лицу.

— Как ты посмел? — гневно выдохнула она. — Как ты посмел решать, что для меня лучше?! Кто позволил тебе вмешиваться в чужую жизнь? Как ты можешь после этого смотреть мне в глаза?

— Ради Бога, Лорел, он же бандит!

— Неужели? — воскликнула она. — Что он сделал тебе, Питер? Он не рылся в твоем прошлом у тебя за спиной. А то, может, нашел бы что-нибудь интересное. Он не прикидывался другом, вынюхивая и подслушивая под дверью.

— Я ничего подобного не делал, Лорел.

— Убирайся! — Лорел изо всех сил толкнула Питера в грудь. — Иди, пиши статью. Ты ведь об этом мечтал с самого начала? Ты получил что хотел! Но ты за это заплатишь!

Питер был разбит и подавлен.

— Лорел, я не могу оставить тебя здесь одну.

— Если ты сейчас же не уберешься, я за себя не ручаюсь! — Она пронеслась мимо Питера, а он остался стоять в нерешительности. Неожиданно Кэссиди вырос у него за спиной.

— Думаю, сэр, вам лучше поехать домой. Я провожу молодую леди.

Поколебавшись, Питер вскочил в седло.

— Поеду вперед, надо подготовить мисс Софи и Кэролайн, чтобы случившееся не оказалось для них неожиданностью.

Кэссиди подождал, пока Питер не исчез из виду, и вернулся назад.

Лорел уже подошла к своей лошади и стояла, уткнувшись лицом в пышную гриву кобылы. Кэссиди из вежливости спешился в нескольких футах от нее и прошел оставшееся расстояние пешком.

Услышав шаги, Лорел выпрямилась, ее мозг лихорадочно работал.

Судья Каспер. Старый друг семьи, ему понравился Сет. Судья Каспер выслушает ее. Он поможет. Должен помочь.

— Я могу что-нибудь для вас сделать, мэм? — спросил Кэссиди.

— У вас есть хороший адвокат? — Лорел уже собралась сесть на лошадь.

— Вообще-то я знаю многих. Но вряд ли хоть один из них сможет спасти вашего мужа.

— Кто вы? — резко спросила Лорел. Он достал из кармана удостоверение.

— Я Эдгар Кэссиди, детективное агентство Пинкертона. Я выслеживал Пича Брейди в Вайоминге.

— Тогда нам с вами не о чем говорить, — бросила Лорел.

Кэссиди улыбнулся:

— Я понимаю ваши чувства, мэм. Лично я ничего не имею против Пича Брейди. Должен заметить, что в человеке, сумевшем завоевать любовь такой женщины, наверняка немало достоинств.

Лорел пристально посмотрела на него.

— Откровенно говоря, — продолжал Кэссиди, — я всегда считал, что главный виновник всех преступлений — его напарник, полковник Айк. Возможно, после смерти полковника, все, что хотел Брейди, — это уехать на восток и начать новую жизнь. Кажется, он уже был на пути к ней. — Кэссиди покачал головой: — Все это очень печально.

— Так зачем же вы поехали следом за ними? — спросила Лорел.

— Вы имеете в виду тех двоих? — Он махнул рукой в сторону, куда уехали Питер и Хендерсон. — Ну, это просто удачное совпадение. — Он улыбнулся. — Меня не интересуют преступления Пича Брейди, не мое это дело. Все эти годы я выслеживал полковника Айка и украденное из казны золото.

Сердце Лорел отсчитывало тяжелые, медленные удары. Она старалась держать себя в руках, но Кэссиди, видимо, заметил ее волнение.

— Он наверняка рассказал вам о золоте, не так ли? Вот я и решил, мэм, допросить Пича Брейди, узнать, где оно спрятано. Затем и приехал сюда. Уже стемнело. Если вы готовы, я охотно вернусь в город вместе с вами.

Лорел не двигалась с места. Она стояла, сжав поводья, охваченная отчаянием.

— Что будет с моим мужем, мистер Кэссиди?

— Его увезут отсюда. В Южной Каролине он не совершал преступлений, и судить его здесь нельзя.

— А что дальше? — спросила Лорел глухим голосом. Кэссиди опустил глаза.

— Правосудие там суровое и скорое. Некоторые преступления Брейди связаны с федеральными правонарушениями.

— Вы хотите сказать, что его повесят? Немного помедлив, Кэссиди ответил:

— Разумеется, я охотно замолвлю за него словечко, если он согласится мне помочь. Для тех, на кого я работаю, гораздо важнее найти это золото, чем повесить какого-то там бандита.

— А на кого вы работаете? — вне себя от ужаса спросила Лорел.

— Государственное казначейство Соединенных Штатов, мэм, — ответил Кэссиди. — Говорят, они правая рука юстиции. Возможно, он не знает, где золото, — сказал Кэссиди, направляясь к своей лошади. — Тогда я ничего не смогу для него сделать.

— Стойте! — крикнула Лорел. — А если бы вы получили не только информацию, но и само золото? Что бы вы смогли сделать для моего мужа?

Кэссиди, прищурившись, посмотрел на Лорел:

— Мэм, вы понимаете, о чем говорите? Лорел выдержала его пристальный взгляд.

— Ответьте на мой вопрос.

Кэссиди погрузился в размышления. Лорел показалось, что прошла целая вечность.

— Иногда приходится поступаться принципами, — сказал наконец сыщик. — Мы получим золото, а Брейди — свободу.

Лорел подошла к сваленным в кучу инструментам, брошенным Сетом, взяла лопату. Затем пошла через двор к суковатому раскидистому дубу, обошла его с восточной стороны и отступила на три шага от ствола. Кэссиди следовал за ней. Лорел протянула ему лопату.

— Копайте, мистер Кэссиди, — сказала она.

— Нет, миссис Тейт, или миссис Брейди, — как вам будет угодно. — Вы копайте. — С этими словами Кэссиди извлек из кармана пиджака пистолет.

Глава 16

Городская тюрьма помещалась в большом четырехугольном мрачном здании на углу Брод-стрит и Митинг-стрит, там же, где управление полиции. Около тридцати заключенных находились там в эту ночь. В основном — пьяницы, избивающие жен. Появление Сета вызвало среди заключенных некоторое оживление.

Его поместили в камеру, где было шесть человек. Двое храпели после попойки. Остальные поглядывали на Сета, кто с подозрением, кто с восхищением. Один из них, тоший, как палка, беззубый тип неопределенного возраста, ухмыляясь, уставился на Сета.

— Дай-ка я тебя рассмотрю, — произнес он тонким, пронзительным голосом. — Как ты сюда угодил, красавчик? Богатенький небось. Поглядите на него, братцы. А ты никак влип?

— Вроде того.

Лечь было негде, даже на полу. Сет стоял возле железной двери, борясь с желанием вцепиться в решетку.

— О ком это вы говорите? — Крупный мужчина в грязной рубахе и мешковатых брюках сердито огляделся по сторонам.

— Ты что, ослеп? У нас новенький. Наверняка не задержится здесь.

Сет попытался представить, что сказал бы в подобной ситуации полковник. Сет всегда понимал, чего заслуживает за свои поступки, но не верил, что угодит за решетку. Здесь пахло потом и грязной одеждой. И еще безнадежностью. Тень страха ползла по стенам, будто сонная черная муха. Такое Сету никогда не приходило в голову.

Тихая и опрятная жизнь с Лорел отодвинулась куда-то далеко и казалась несбывшейся реальностью, к которой Сет всегда стремился. Дом на Лэмбол-стрит, серебряные приборы и старый фарфор в буфете. Выцветшие обои, потертые циновки и воспоминания нескольких поколений… дом. Ничто там не принадлежало ему полностью.

— Слушай! — Костлявый осмелел и подошел к Сету поближе, вытянув шею и обдавая дурным запахом изо рта. Однако в лице его не было враждебности, скорее, любопытство, смешанное с сочувствием. — Ну и что они собираются с тобой сделать, парень?

Сет выглянул из-за решетки в пустой коридор, где прохаживался охранник.

— Повесить. Что же еще?

О таком конце Сет никогда не задумывался, а должен был бы. В камере воцарилась тишина. Ее нарушил мужчина в грязной рубахе, плотного телосложения.

— Ты совершил тяжкое преступление?

Сет уставился на противоположную стену, исцарапанную и заляпанную грязью. Какое ужасное место! Пожалуй, хуже средневековой темницы.

— Нет, — негромко ответил Сет после паузы. — Ничего такого не припомню. Сержант! — крикнул вдруг Сет.

Охранник обернулся, сделал несколько шагов и в десяти футах от решетки остановился, подозрительно глядя на Сета.

— Что вы хотите?

— Перо и бумагу, — ответил— он, — и кого-нибудь, кто может быть свидетелем. Хочу написать завещание.

Охранник прищурился: