– Значит, вы спасли мне жизнь.

Она смутилась и перевела взгляд на потолок. А он продолжал:

– Весьма благодарен вам.

Она кивнула и опять направилась к двери, но он снова остановил ее.

– Аннелия, – обратился он к ней, ибо запомнил только это имя из всех названных ею.

Она резко повернулась, и глаза ее гневно блеснули.

– Для вас я леди Лоренте. Постарайтесь это запомнить.

Прищурившись, он внимательно смотрел на нее.

– Почему вы тогда на берегу назвали меня животным? Потому что я был избит?

– Совсем нет. Просто я поняла, что вы шотландец. Корт с трудом сдержал возмущение.

– Шотландец? – переспросил он. Он знал, что во многих странах плохо относятся к его соотечественникам, ненавидят их, но это не значило, что сия надменная дама может смотреть на него свысока. – Зачем же тогда вы спасли меня?

Она пожала плечами:

– Я спасала бы и бешеного волка, будь он ранен и беспомощен.

– Значит, я для вас все равно что бешеный волк? Она вытянула руку и внимательно рассматривала ногти, всем своим видом выказывая презрение.

– Я – леди, с вашего позволения, нов силу сложившихся обстоятельств вынуждена общаться с вами.

– Вы леди? В комнате наедине со мной? Без компаньонки? А мое мужское достоинство едва не оказалось у вас в руках? – Он усмехнулся не без ехидства.

Она задохнулась.

– Я... я... Просто... – Она умолкла.

– Вы не похожи на женщину легкого поведения, – продолжал он, бесцеремонно разглядывая ее, – но не сомневаюсь, что на этом поприще преуспели бы.

Аннелия отшатнулась, словно от удара, а когда выскользнула из комнаты, Корт нахмурился, ощутив чувство вины, что было ему несвойственно. Он попытался подняться с постели, но тщетно. С какой стати он сожалеет о своем грубом обращении с женщиной, тем более что она считала его животным?

Ответы на эти вопросы он найдет в будущем, а сейчас надо успокоиться.

Аннелия понятия не имела о женщинах легкого поведения, но теперь опасалась оказаться одной из них, поддаться влиянию страсти, которая может погубить ее. Когда она поняла, что может часами смотреть на могучую грудь незнакомца, то безумно испугалась. А когда осознала, что от одного взгляда на его покрытое простыней тело у нее начинает сильнее биться сердце, то просто пришла в ужас.

А теперь этот наглец заявил, что она женщина легкого поведения.

Как и ее мать, рожденная в Каталонии. Раньше она с ходу отметала подобные упреки в свой адрес. Аннелия заботилась о своем поместье и живших в нем людях. Но с тех пор как в доме появился шотландец, она лишилась сна.

Прошлой ночью ее бросило в жар, она даже расстегнула ночную рубашку. Ветерок, проникавший сквозь занавеси, охладил разгоряченное тело, и молодую женщину охватило чувство, близкое к тоске.

Однако нынешней ночью желание ее было настолько сильным, что она провела ногтями по своей обнаженной груди.

Какой-то звук испугал ее, в доме что-то заскрипело, и она испуганно отдернула руку.

Она не только была одной из таких женщин, она была в доме одна с мужчиной, который знал, на что она способна.

И когда она дрожащей рукой засунула ключ в дверь его комнаты, то испугалась сама себя и бросилась вон из дома.

Там ее встретил Витале.

– Что случилось? – взволнованным голосом спросил он. – На вас лица нет.

– Ничего особенного. Шотландец пришел в себя.

– Он оказался наемником?

– Думаю, да.

– Негодяй угрожал вам? – спросил Витале.

– Нет-нет, – успокоила его Аннелия.

– Вы никогда меня не слушаете, – возмущался старый слуга, сорвавшись на крик. – Вы не знаете жизни и готовы прийти на помощь любому негодяю. Вы слишком добрая, – с неодобрением произнес он.

– Не такая уж я добрая, – возразила Аннелия.

– Помните, как я спасал вас от того разбойника, – вы не хотели отдавать ему свое колье и дрожали, как маленькая девочка.

– Я и была маленькой девочкой, но не дрожала. Колье, о котором шла речь, принадлежало ее матери, и она не хотела с ним расставаться.

Витале внимательно посмотрел на нее.

– Шотландец еще достаточно слаб, и мы можем выбросить его.

– Витале! – с укоризной произнесла Аннелия и невольно поднесла руку к колье.

Нахмурившись, Аннелия посмотрела на окна. Ей казалось, что за ней наблюдают, хотя она понимала, что с такими ранами он не мог встать с постели.

– Не беспокойся, Витале. Скоро мы от него избавимся. Однажды утром обнаружим, что он исчез вместе с нашим серебром.

Аннелия направилась к усыпанной цветами лужайке и с наслаждением опустилась на землю.

Девушка любила помечтать, вдыхая аромат цветов и глядя вдаль, на озеро и извилистую речку. На высоком плато резвились породистые лошади, их лоснящиеся спины сверкали на солнце. На плато, расположившемся ниже, цвели желтые розы. А вокруг Аннелии только белые нарциссы. Девушка сорвала один, поднесла к носу и закрыла глаза.

На память пришли слова шотландца. Не он один думает о ней плохо. Многие люди. Почему? При лечении необходимо осматривать тело. Особенно если тебе это интересно, подумала она.

Аннелия решила забыть эту неприятную сцену. Возможно, у нее и в самом деле плохая наследственность. Но она воспитывалась как леди. А леди должна уметь избавляться от неприятных мыслей, уверяла себя Аннелия. Она опустила глаза и увидела, что раздавила цветок, который держала в руке.

Скоро незнакомец исчезнет и жизнь вернется в нормальное русло. А ее существование по-прежнему будет безрадостным. Ей лишь останется ждать весточки от брата Александра, единственного близкого человека. Вот уже неделю она ничего не знала о нем и места себе не находила от беспокойства.

Налетел ветер, растрепал волосы Аннелии, и она поправила прическу.

Но даже после возвращения брата положение Аннелии останется неопределенным. Когда умер отец, Аннелию забрали из школы и привезли домой, чтобы выдать замуж. Как раз в это время появился генерал Паскаль.

Тогда они еще не знали, что он собой представляет. К немалому их удивлению, генерал попросил руки Аннелии, хотя никогда ее не видел. Алекс отказал Паскалю, приведя того в ярость.

Алекс многократно повторял, что не собирается заставлять ее рано выходить замуж. Но ей уже перевалило за двадцать. Аннелию растили и воспитывали для замужней жизни, но до сих пор она так и не встретила мужчину, с которым захотела бы соединить свою судьбу.

В школе она слышала, о чем секретничали девицы. Но не могла представить себя в подобной ситуации. Поэтому Аннелия, видимо, и дичилась мужчин.

К тому же Аннелии, поглощенной заботами об Алексе, было не до мужчин.

Аннелия поднялась и быстро направилась к дому. У нее снова появилось ощущение, что за ней наблюдают. Когда солнце скрылось за облаками, она посмотрела на окно. Занавеска в комнате, где находился шотландец, отодвинутая в сторону, вернулась на место.

Глава 3

С некоторых пор Аннелия перестала заходить к нему.

Почему? – терялся в догадках Корт. Появлялся только Витале. То в хорошем настроении, то в дурном. Приносил еду, убирал комнату.

К Корту постепенно возвращались силы. Он уже самостоятельно мог одеться. Ему дали одежду брата Аннелии, Алекса. Сначала Корт посмеялся, когда Витале предположил, что одежда хозяина будет ему впору. Аннелия была тоненькой и изящной, и Корт не мог представить себе ее брата таким же крупным, как он сам. Но, судя по размеру одежды, так оно и было.

Корт мерил шагами комнату, подходил к окну, но теперь это уже не доставляло ему такого удовольствия, как вначале. Он не привык к неподвижному образу жизни. У окна Корт задерживался, наблюдая за Аннелией. Он с удовольствием смотрел, как она играла с детьми, как возвращалась после утренней прогулки верхом. Она немного задыхалась, прекрасные волосы были в беспорядке. Корт каждый раз изумленно качал головой, глядя, как она сидит на лошади. Прекрасное зрелище омрачали мысли о ее презрительном к нему отношении. В тот момент, когда часы внизу били восемь, Корт вставал, натягивал брюки и направлялся к окну, зная, что через пять минут откроется входная дверь.

Девушка выходила, покачивая бедрами, отчего колыхались ее юбки. Она всегда носила одежду ярких цветов. Не кричащую, но и не такую скромную, какую носили женщины в его семье. Корт не сомневался, что Аннелия красиво одевалась не для того, чтобы привлечь внимание, ей самой это доставляло удовольствие.

Утреннее солнце отражалось в ее волосах, собранных в замысловатый пучок, и они казались золотистыми. Витале приносил ей шляпу, которую она обычно забывала, и несколько минут они разговаривали. Он вел себя довольно дерзко, но лишь иногда девушка выходила из себя. У них, видимо, были непростые отношения, однако теплые и дружественные.

После короткого разговора Аннелия уходила в конюшню. На шее у нее обычно висело колье, но сегодня было какое-то другое украшение.

Корту хотелось узнать о ней побольше. Когда она ускакала, Корт постучал по стеклу и сделал знак Витале. С тех пор как Корт пошел на поправку, старый слуга оставлял ему еду на полу, как животному.

Витале махнул рукой, но все же зашел к нему.

– Расскажи мне о ней, – потребовал шотландец. Витале сердито взглянул на него:

– С какой стати?

– Если расскажешь, у меня не появится желание набить тебе морду, когда я выздоровею, – ответил Корт, облокотившись на подоконник.

Старый слуга промолчал.

– Думаешь, я причиню ей вред? Ни за что! Ведь эта женщина спасла мне жизнь.

– А что именно вы хотели узнать? – все еще сомневаясь, спросил Витале.

– Где ее семья?

– Родители умерли, а брат уехал по делам.

– У нее нет мужа? Или членов семьи?

– Аннелия и ее брат не общаются с родственниками. Она как раз собиралась выходить замуж, когда Паскаль пришел к власти. Сейчас для нас самое важное – избежать внимания Паскаля. А поскольку вы его наемник, нам не следует с вами общаться.