— Боб. — Элли встала, чтобы встретить его и он быстро подошел к ней.

— Привет, Элли. — Он протянул ей руку, удивленный тем, как она похудела и ослабла. — Извини меня за грубость по телефону.

— Не беспокойся. Садись, пожалуйста.

Он сел и поставил рядом с собой кейс.

— Что случилось, Боб? — Она не хотела зря тратить время — телефонный разговор напугал ее.

— Это ужасно, Элли. — Он покачал головой и тяжело вздохнул. Он был уверен в себе, но прослушивание телефона расстроило его. Взглянув на Элли, он произнес: — Джон Холт. Все здесь, Элли.

Он поднял кейс, вынул из него несколько папок и положил их на кофейный столик.

— Это все.

Элли посмотрела на папки: казалось, они угрожали.

— Ты была права насчет Холта. До сих пор не могу поверить, что он — ключ ко всем незаконным операциям. Просто невероятно! — Брайндли вдруг встал и подошел к окну. — Но беда в том, Элли, что мы собственными руками создали для себя неприятную ситуацию. Я разжег костер, который может поджарить нас. На прошлой неделе меня узнал один старый пройдоха. И последние пару дней я чувствую, что кому-то очень не нравится наше внимание.

Он откинул штору и выглянул в окно.

— Но это еще не все. — Он повернулся к ней. — Я думаю, что на нас вышел Лоренцо. Сначала я считал, что ему известно только обо мне, но сегодня утром понял, что твой телефон прослушивается, и теперь твердо уверен, что они знают и тебя. Предполагаю, что за короткое время они все узнают о нас, однако вряд ли поймут, что мы так долго интересуемся ими и что нам так много известно.

Он прошел к дивану и сел, возбужденный и встревоженный.

— Признаться, я безумно нервничаю. Мы имеем дело с очень неприятными людьми, и я не уверен, что нам не причинят больших бед.

Сначала Элли молчала. Всем своим существом она ощутила надвигающуюся опасность. Но теперь знала, как ответить. Четыре года не прошли даром. Она заплатила деньгами и временем. И сейчас ей известно, как работал Лоренцо. А зная своего врага, его можно уничтожить!

— Элли!

Оторвавшись от своих мыслей, она взглянула на него:

— Извини, Боб! Что ты сказал?

— Я сказал, что тебе нужно спрятать эти папки. Здесь есть сейф?

— Да, у Чарльза. Ты действительно думаешь, что это необходимо? — Она была странно спокойной. Ее страх исчез, ибо теперь она знала, как можно драться.

— Ну, конечно, Элли, это необходимо. — Он покачал головой. — Неужели ты хочешь потерять четыре года тяжелой работы?

— Ты думаешь, что они могут попытаться?..

— Да, да, как раз это я и думаю. Им захочется добыть эти материалы. — Он не представлял, насколько наивной она могла быть. — Элли, я хочу тебя предупредить. Мы сейчас в опасности! Как только ты прочтешь эти папки, избавься от них. Я не хочу вешать их на себя, надеюсь, ты понимаешь это?

— Я понимаю это, Боб.

Он не представлял, какой следующий шаг она может сделать. Она была совершенно уверена, что впереди будет достаточно времени, чтобы продумать это.

— Хорошо, Элли. Если ты не возражаешь, я сейчас же уйду. Мне хочется поскорее добраться до дома.

Она встала и протянула ему руку.

— Да, конечно. Спасибо тебе, Боб. Я знаю что эта работа была невероятно тяжелой.

Он кивнул. Четыре года он работал как вол, а теперь напуган, как последний засранец.

— Надеюсь, еще встретимся, Элли.

— Да, это будет прекрасно.

Она была спокойной и отстраненной. Он удивился бы, прими она во внимание все его доводы.

— Будь осторожна, Элли, ладно?

Она посмотрела на него и улыбнулась, но в глазах ее он увидел жесткость и решительность.

— Я буду, Боб.

Он повернулся к двери, не скрывая желания удрать отсюда. Он передал информацию — на этом его работа закончена. Все, что последует потом, зависит от нее, и он надеялся, что они понимали друг друга.

— Прощай, Элли.

— Прощай, Боб. И снова благодарю тебя.

Только двадцать минут он провел с Элли, и опять Тио распахнула перед ним входную дверь. Он вышел в увядающий день, осторожно огляделся и направился к подземке.

Элли прислушивалась к его затихающим шагам. Последует ли кто за ним? Но, кроме отдаленного шума уличного движения, она ничего не услышала. Успокоившись, она взяла первую папку и начала читать.

ГЛАВА 30

Наступил вечер. Когда Чарльз вернулся домой, Элли все еще читала папки. Она была так поглощена этим, что не заметила, как пролетел день. Она оторвалась от чтения, когда услышала звук его шагов, и захлопнула папку. Чарльз вошел в гостиную и направился прямо к бару, собираясь что-нибудь выпить.

— Привет. Как прошел день?

Он наполовину наполнил высокий стакан солодовым напитком и бросил туда несколько кубиков льда. В последние недели у него появилась такая привычка — это было первое, что он делал, когда приходил домой. Он повернулся, неестественно улыбаясь. Она ощутила его напряженность.

— Я предполагаю, все было хорошо. А как у тебя?

Усевшись напротив нее, он отпил большой глоток и стал покачивать стакан, наблюдая, как стукаются о тонкое стекло кубики льда.

— Все как обычно, спокойно и тихо. — Не было причины рассказывать ему о визите Брайндли. Нет, только не сейчас.

— Хорошо.

Молчание между ними затянулось. Элли оглядела его. Он закрыл глаза, лицо его было совершенно измученным.

— Чарльз?

Он вздрогнул и потер глаза.

— Извини, Элли, я совершенно разбит, — тихо проговорил он.

Она улыбнулась:

— Я заметила.

Он вернул ей улыбку и расслабился.

— Знаешь, Чарльз, ты не мог бы отложить поездку в Америку? Отдохни пару дней. А если ты останешься до следующей недели, то и я поеду с тобой. Я знакома с этим делом и смогу помочь тебе.

Чарльз снова улыбнулся и встал, направляясь к камину. Он любовно погладил ее по голове.

— Спасибо, но с отдыхом ничего не получится. — Он стал греться у огня, так как весь день мерз. — Скоро Рождество, и слишком много поставлено на карту, Элли. Это возможность нашего выхода на американский рынок, и я не хочу терять ни единого шанса.

Разговаривая, он растирал левую руку. Элли заметила это и расстроилась.

— Чарльз, что у тебя с рукой?

— О, ничего страшного. Просто немного онемела, но сейчас стало лучше.

Элли встала.

— Я скажу Тио, чтобы она подавала обед через час. Ты можешь переодеться и принять ванну. Тебе нужно расслабиться. Кроме того, ты позвонишь Джону Мэйкилэнду и договоришься о встрече: тебе нужно показать ему руку. — Сказав все это, она направилась к двери.

— Знаешь, Элли, ты самая настоящая «боссша».

Элли улыбнулась:

— В этом часть моего обаяния.

Когда Чарльз согласно кивнул, она вернулась к нему, обняла и поцеловала в щеку.

— За что это?

Она впервые прикоснулась к нему с тех пор, как они говорили о Брайндли.

— Просто так. — Она нежно провела рукой по его лицу и исчезла в холле.

Теплый запах ее духов еще долго стоял в комнате.

Взяв с кофейного столика газету, Чарльз заметил на полу груду папок и наклонился, чтобы поднять одну из них. Он открыл папку и увидел письмо — инструкцию городской полиции. Это был официальный криминальный отчет, датированный 1965 годом. Когда он прочел несколько первых строк, то потрясенно вскрикнул и внутри у него все сжалось. Огорченный и напуганный, Чарльз быстро вернул папку на место. И вдруг его тело пронзила острая боль, как будто железная рука сдавила сердце. Он прижал руки к груди и рухнул на колени, цепляясь за камин и пытаясь вдохнуть. Последнее, что он вспомнил перед тем, как потерять сознание, были слова: «… обширные рваные раны на теле, повреждение легкого» — и имя: «Элеонора Фрейзер».

Все еще разговаривая с Тио, Элли открыла дверь в гостиную.

— О Господи! Чарльз! — Она бросилась к распростертому телу мужа, подняла ему голову и стала нащупывать пульс. Лицо Чарльза посерело, а сам он был влажен от испарины.

— Господи! Тио! — закричала Элли, повернув голову к двери. — Тио!

Экономка прибежала на зов.

— Тио, набери 999. «Скорую». Быстрее! Дай им наш адрес.

Элли пыталась приподнять Чарльза. Он был все еще без сознания.

— Скажи им, что сердечный приступ! Ты все поняла?

Тио кивнула и помчалась в холл. Наступила такая тишина, что Элли слышала, как Тио набирает номер.

— Пожалуйста, быстрее, пожалуйста, пожалуйста, — то шептала, то кричала она, повторяя эти слова снова и снова. Она чувствовала, как сильно бьется ее сердце, и молилась, отодвигаясь от огня и прижимая Чарльза к себе так крепко, что он стал почти частью ее.

Это были самые длинные минуты в ее жизни… Потом она стояла на тротуаре рядом с машиной «скорой помощи», кутаясь в тяжелое шерстяное пальто Чарльза и чувствуя его запах.

— Вы с нами, милая?

Она взглянула, не понимая:

— Извините?

Молодой человек в голубой форме тронул ее за локоть:

— Вы хотите поехать со своим мужем?

Элли кивнула, он помог ей забраться в машину, и она села напротив носилок.

— С вами все в порядке, милая?

Вся дрожа, она посмотрела ему в лицо:

— Да.

Он забрался следом за ней и затянул ремни на носилках. Чарльз лежал на спине, с кислородной маской на лице. Работал кардиологический монитор, и его ритмические пульсы показывали, что Чарльз жив. Кто-то закрыл двери.

— Мы приехали вовремя, — сказал молодой человек Элли. — Он очень удачливый парень, — улыбаясь, продолжил он и в подтверждение своих слов посмотрел на часы. Потом взглянул на нее. — На самом деле, очень удачливый.