Annotation

Аннотация:Артём - самый обычный прожигатель жизни. Всё что он умеет - это тратить деньги на развлечения и с завидной регулярностью попадать в полицию за драки. И вот однажды его отец решает, пусть и с опозданием, всерьёз заняться воспитанием столь проблемного сыночка. В один момент Тёму лишают всех денег до последнего рубля, и обещают вернуть только после так называемых "исправительных работ". И теперь тот, кто никогда не работал и не имеет никакого понятия, что такое физический труд, вынужден батрачить на самой низкой должности в собственном отеле, причём совершенно бесплатно. А чтобы в конец не опозориться, Арт вынужден прибегнуть к самому обычному маскараду, представ перед новыми коллегами как Фёдор. В то же время невзрачной девочке Алине выпадает уникальный шанс получить работу своей мечты в том же самом отеле. И благодаря стечению обстоятельств этим двоим предстоит работать вместе. Да только... Але даже в голову не может прийти, что её хмурый Федя и наглый мажор Артём - одно лицо




Зинина Татьяна


Эффект Фёдора


Аннотация:

Артём - самый обычный прожигатель жизни. Всё что он умеет - это тратить деньги на развлечения и с завидной регулярностью попадать в полицию за драки. И вот однажды его отец решает, пусть и с опозданием, всерьёз заняться воспитанием столь проблемного сыночка. В один момент Тёму лишают всех денег до последнего рубля, и обещают вернуть только после так называемых “исправительных работ”. И теперь тот, кто никогда не работал и не имеет никакого понятия, что такое физический труд, вынужден батрачить на самой низкой должности в собственном отеле, причём совершенно бесплатно. А чтобы в конец не опозориться, Арт вынужден прибегнуть к самому обычному маскараду, представ перед новыми коллегами как Фёдор. В то же время невзрачной девочке Алине выпадает уникальный шанс получить работу своей мечты в том же самом отеле. И благодаря стечению обстоятельств этим двоим предстоит работать вместе. Да только… Але даже в голову не может прийти, что её хмурый Федя и наглый мажор Артём - одно лицо. P.S.: Вот мой очередной эксперимент. Кому-то может показаться банальным, но мне интересно над ним работать. ЗАКОНЧЕНО!!!


Пролог.


Тихо…

Так тихо, что слышно как в саду перелетает с ветки на ветку одинокая ночная птица, или под лёгким дуновением ветерка шуршат листья на дереве под окном. Мерно тикая, бежит секундная стрелка на больших антикварных часах в гостиной, а по ламинату на кухне снова крадётся воришка-кот. И в этой блаженной тишине глубокой ночи резкий звонок телефона кажется не просто громким, а буквально заставляет подскакивать на месте и, ругаясь себе под нос, раздражённо прощаться с таким приятным спокойным сном.

Семён Дмитриевич, даже не глядя на номер, мог безошибочно определить, что звонят из отделения полиции, но всё же протянул руку к вопящему аппарату и взглянул на экран.

- Кто там? - сонным голосом поинтересовалась его супруга. Хотя, как и муж прекрасно знала самый вероятный ответ на это вопрос.

- Угадай, - мрачно отозвался он. А потом выключил звук и добавил, снова откинувшись на подушку. - С одно попытки.

Вероника Игоревна промолчала, решив, что любые слова сейчас всё равно будут лишними. Но когда экран на телефоне её супруга заморгал шестой раз, всё-таки не выдержала.

- А вдруг у него что-то серьёзное? - взволнованным тоном выдала она. - Может, стоит ответить?

- Нет, - грубо бросил хозяин мигающего аппарата, а потом поднялся с кровати, и, закинув мобильник в ящик тумбочки, принялся нервно вышагивать по комнате. - Ты даже не представляешь, как меня это достало! Он взрослый парень, а мы всё равно носимся с ним как с малым дитём. Посмотри Вера… Ты только посмотри, кого мы вырастили! Он уже давно плотно сел нам на шею, расположившись при этом с максимальным комфортом. А ведь ему, по сути, плевать на всех, и на нас с тобой в том числе! Но теперь моё терпение лопнуло. Всё!

- Что ты хочешь этим сказать? - опасливо поинтересовалась его супруга. И пусть она была полностью согласна со всеми высказываниями Семёна, но во всей этой ситуации винила прежде всего себя. Ведь кто может быть виноват в том, что ребёнок вырос… мягко говоря, нехорошим человеком, если ни его мать?! Оттого ей было ещё больнее принять всю безнадёжность ситуации.

- Есть у меня одна идея, и сейчас самое время приступить к её реализации, - ответил он, уже более спокойным тоном. - Завтра мы уедем, как и планировали. Только к повестке важных вопросов добавится ещё один… Касающийся расширения не только бизнеса, но и семьи. А решением проблемы с нашим неугомонным сыночком займётся Виталик. И если всё получится, как я хочу, то к концу этого сезона одна моя “головная боль” сделает-таки свой вклад в семейное дело и, тем самым, избавит нас от другой “головной боли”.

- Что ты задумал?! - недоверчиво выпалила Вероника Игоревна. Она впервые видела своего супруга настолько решительным и мрачным, а это по определению не могло предвещать ничего хорошего.

- Прости, родная, но об этом я расскажу тебе завтра, когда мы будем в Милане. А сейчас спи.

- А ты?! - обеспокоенным тоном поинтересовалась супруга. - Поедешь за ним?

- Нет, - ответил Семён Дмитриевич, укладываясь обратно в кровать. - Не хочу. Не в этот раз. Пусть посидит… Может, до него наконец дойдёт, что это всё не шутки. Понимаешь, Вер, он привык ко вседозволенности и полной безнаказанности. И в этом его главная проблема. Но ничего… теперь-то мы нашему птенчику крылышки-то и подрежем. Не видать ему больше высокого полёта. Коль он не может по достоинству оценить то, что имеет, пусть учится. Другого выхода я, увы, не вижу.

Демонстративно отвернувшись к окну, за которым всё так же стояла тихая июльская ночь, он дал понять, что больше эту тему обсуждать не намерен, и Веронике оставалось только смириться. И пусть она переживала за сына, что снова вляпался в очередную историю, в которой не обошлось без вмешательства граждан полицейских, но сейчас была как никогда согласна с мужем. Их мальчик заигрался, а ведь ему давно пора взрослеть, и если сейчас ещё была хоть какая-то вероятность, что он одумается, то вскоре положение угрожало стать безнадёжным. И сейчас, глядя в тёмный потолок, она твёрдо решила, что готова пойти на всё, чтобы окончательно не потерять своего ребёнка, пусть даже при этом ей придётся сделать ему больно. А в том, что придуманный её супругом план окажется болезненным для их чада, она не сомневалась. И теперь могла только надеяться, что всё это его не сломает…


Глава 1.

“Что за дети нынче, право -

Никакой на них управы.

Мы свое здоровье тратим,

Но на это наплевать им”

(“Что за дети, нынче…”

Энтин Юрий

Из м/ф “По следам бременских

музыкантов”)


Необычайно яркое утреннее солнце назойливо светило прямо в глаза. А после бессонной ночи, проведённой не в самом приятном месте и уж точно не в лучшей компании, его радостное свечение изрядно раздражало, опуская настроение ещё на пару уровней ниже. К тому же уже в этот ранний час было катастрофически душно, а кондиционер в автомобиле никто включить не удосужился. И, в добавок ко всему, впереди назойливо маячила нерадостная перспектива очередного неприятного разговора с отцом… который, судя по его хмурому настроению, обещает быть ещё и грубым.

Прикрыв глаза, Артём попытался успокоить собственное раздражение и придать мыслям хоть какое-то подобие порядка, что в данном случае было просто необходимо. Да только, как назло, но именно сейчас они решили пожить собственной жизнью и при каждой попытке сосредоточиться упрямо возвращались к событиям вчерашнего вечера. И стоило на миг забыться, как перед глазами уставшего парня снова, как наяву появлялась широкая барная стойка клуба, танцующие на ней стриптизёрши, и среди них она… Оксана. И кто бы знал, как он был шокирован, увидев её там… разукрашенную, полураздетую и явно накаченную какой-то наркотой.

Да… Не думал Тёма, что его первая школьная любовь - умница, красавица из хорошей интеллигентной семьи, когда-нибудь вот так подастся в стриптиз. Он почему-то считал, что она закончила аспирантуру престижного вуза, давно замужем и воспитывает деток. А тут такой поворот!

Его размышления прервал звук захлопнувшейся дверцы авто и громкий голос отца, отдающий водителю указание, ехать в отель. Затем всё стихло, и кто бы знал, как Артёму хотелось, чтобы эта тишина продлилась как можно дольше. И дело здесь было точно не в гудящей голове.

- Шестой раз… - проговорил Семён Дмитриевич, глядя куда-то перед собой. - Слышишь сын, уже шестой раз за последние два месяца я забираю тебя из отделения. Тебе не кажется, что это перебор?!

Его голос звучал очень ровно и содержал такое количество леденящего металла, что казалось, вот-вот зазвенит.

- Молчишь?! - продолжил родитель, так и не дождавшись ответа. - А вот я сегодня долго сомневался, стоит ли вообще тебя оттуда вытаскивать. А что?! Отсидел бы свои положенные пятнадцать суток. Хотя, если учитывать то, за что ты в этот раз туда загремел, дело могло дойти и до суда. И тебя бы закрыли по полной программе, а все газеты города пестрили бы заголовками, что Семён Жарков вырастил уголовника!

- Не говори так, - перебил его Тёма. - Я не сделал ничего предосудительного…

- Да?! Хочешь сказать, что ты уже шестой раз пал жертвой полицейского произвола?! Шестой раз?! И что ты и пальцем не тронул того типа, у которого сломана челюсть, и что твой фингал и разбитая губа сами собой появились?!

- Папа хватит, - снова оборвал его парень. - Он получил за дело.