– Где?!

– Дай-ка подумать… В магазине одежды, точно. Шикарный такой, на главной торговой улице. Называется «Парижская мода».

– Он до сих пор существует?

– Ну конечно.

– Как я уже говорила, констебль О'Ши, мы с матерью были разлучены. Меня вывезли за границу. Я всегда считала, что она умерла. Но тут внезапно обнаружилось, что она жива. Я должна ее найти.

– Понимаю. В телефонном справочнике ее нет?

– Нет.

– Тогда, может, в «Парижской моде» кто-нибудь знает, где сейчас миссис Сандерсон?

– Он очень милый, правда? – сказала Патси, когда они оставили дом констебля О'Ши, сели в машину и поехали в город. – Но ты его так и не вспомнила?

– Нет, Патси, как ни старалась, – вздохнула Мередит. – Видимо, этот кусочек памяти прочно заблокирован. Мне так хочется вспомнить те дни, но все безрезультатно. Только какие-то отдельные вспышки – как у больного амнезией.

– Не переживай. Наверняка мы что-нибудь узнаем в «Парижской моде».

– Не уверена. Честно говоря, Патси, у меня такое ощущение, что мы гоняемся за химерами. Все же это случилось тридцать восемь лет назад. Просто невозможно, чтобы моя мать по-прежнему работала в «Парижской моде». И вряд там ее помнят.

– Ты не можешь знать это наверняка, Мередит. Давай съездим в магазин, спросим. А вдруг кто-нибудь вспомнит Кэти Сандерсон или выведет нас на ее след?

– Мы, конечно, можем поехать, но тебе не приходило в голову, что моя мать давно не живет в Йоркшире? Она запросто могла переехать. Мир ведь огромный.

– Я понимаю, о чем ты, дорогая, но мне кажется, ты не права. Интуиция мне подсказывает, что твоя мать где-то близко. Вот увидишь, мы ее найдем.

Мередит промолчала. Патси украдкой взглянула на нее, и сердце ее упало: выражение лица Мередит было совсем унылым.

Некоторое время они ехали в молчании, потом Патси сказала:

– Не уверена, что нам удастся припарковаться в Лидсе. Давай лучше поедем в «Королевский отель», оставим машину там. А оттуда до торговой улицы пять минут ходьбы.

– Как хочешь. Я не помню торговую улицу. Только базар.

Но двадцать минут спустя, когда они шли по главной торговой улице, Мередит неожиданно остановилась и схватила Патси за руку.

– Здесь где-то рядом универмаг «Маркс и Спенсер». Я вспомнила. Моя мама любила туда ходить, она покупала там белье. – Перед ее мысленным взором вдруг возникла картина: вот она идет по улице, держась за мамину руку. – Мама покупала мне здесь мороженое. А однажды я споткнулась и уронила стаканчик. Мне стало очень обидно, и я заплакала. А мама меня утешала и отдала мне свое мороженое…

– Вот видишь, ты еще что-то вспомнила, – обрадовалась Патси. – А вот и «Парижская мода».

Патси толкнула дверь, и они оказались в дорогом модном магазине. К ним немедленно подошла молодая женщина в изящном черном платье.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – вежливо спросила она и улыбнулась. – У нас есть чудесные модели, только что получили из Парижа.

– Да-да, мы знаем, вы продаете замечательную одежду, – ответила Патси, – но мы пришли не покупать. Нам нужен ваш управляющий.

– У нас нет управляющего, – ответила молодая женщина. – Всеми делами занимается сама владелица, миссис Коэн.

– Вот как? А можно ли ее увидеть?

Женщина кивнула.

– Она в своем кабинете, я сейчас ее приглашу.

Довольно скоро из-за ширмы, отделяющей салон магазина от кабинета хозяйки, появилась стройная, элегантно одетая женщина лет пятидесяти.

– Я – Гилда Коэн, – представилась она, протягивая руку Патси.

– Очень приятно, миссис Коэн. Я Патси Кентон, а это моя подруга миссис Стреттон.

– Рада познакомиться, миссис Стреттон. Мередит улыбнулась.

– Миссис Коэн, я разыскиваю женщину, которая когда-то работала в вашем магазине. Но это было много лет назад. Боюсь, с тех пор прошло слишком много времени.

– Кого же вы ищете? – с любопытством спросила миссис Коэн.

– Мою мать. Она работала здесь в конце пятидесятых или в начале шестидесятых. Ее звали, то есть… ее зовут Кэти Сандерсон. Нас разлучили, когда я была совсем маленькой, и я всегда считала, что моя мать умерла. Но недавно у меня появились основания считать, что она жива. Я хочу найти свою мать.

– Это так понятно, миссис Стреттон. Уверена, вы найдете ее. Действительно, Кэти Сандерсон работала здесь, когда хозяйкой магазина была моя мать, мне он достался по наследству. Я училась в колледже, но Кэти я немного помню. Чудесная женщина. Моя мать ее очень любила и жалела, когда та ушла.

– Когда это случилось, миссис Коэн? – спросила Мередит.

– По-моему, в середине или в конце шестидесятых. Но что же мы стоим посреди магазина? Пройдемте в мой кабинет. Хотите чаю?

– Нет, спасибо, – поблагодарила Мередит.

Патси тоже отказалась от чая, и они проследовали в кабинет миссис Коэн. Мередит с Патси устроились на диване, хозяйка села за свой стол.

– Повторю: моя мать очень любила Кэти, опекала ее и очень сожалела об ее уходе.

– А вы не знаете, куда она ушла?

– Она вернулась в свой родной город Харрогейт и стала работать в магазине «Джегер». Моя мать однажды сказала мне, что Кэти чувствовала себя несчастной в Лидсе. Мама называла ее «моя несчастная птичка», хотя я не понимала почему. Я рано вышла замуж и родила, в те времена я в магазине не работала. Поэтому я мало что знаю. Но и моя мать, и все остальные очень тепло отзывались о Кэти. Ее любили. Мередит вздохнула.

– Вряд ли она продолжает работать в «Джегере». Как вы думаете, миссис Коэн?

– Не работает, я это точно знаю. Она проработала там года два, а потом ушла. В последний раз я слышала о ней от своей матери, она рассказывала, что Кэти работает в Харрогейте в магазине «Пляс Вандом» – это модный бутик. – Гилда Коэн склонила голову. – Если бы моя мать была жива, она бы могла много рассказать о Кэти.

Мередит сочувственно поглядела на миссис Коэн.

– Примите мои соболезнования.

– Да, мы все о ней горевали. Но все-таки она дожила до девяноста лет и всегда была полна сил и энергии. Ни дня не болела.

Они немного помолчали, и Патси спросила:

– Значит, сейчас Кэти Сандерсон работает в «Пляс Вандом»?

– Не уверена, миссис Кентон. Я слышала, что она оттуда ушла. И кажется, уехала из Харрогейта.

– Снова тупик, – удрученно констатировала Мередит.

Гилда Коэн предложила:

– Хотите, я позвоню Аннет Александер, владелице этого бутика? Может быть, у нее остался адрес Кэти?

– Правда? Это вас не затруднит? – оживилась Мередит. – Впрочем, мы обязательно съездим в Харрогейт. – Она взглянула на часы. – Сейчас только половина пятого.

– Действительно, – согласилась Патси. – Мы сможем заехать туда по пути в Райпон и повидаться с хозяйкой бутика.

– Я позвоню прямо сейчас, – сказала миссис Коэн. – Буду рада помочь вам.

Она набрала номер.

– Это Гилда Коэн, могу я поговорить с миссис Александер? – Потом прикрыла трубку ладонью и объяснила: – Сейчас ее позовут. Она прощается с покупательницей. Алло! Аннет? Как поживаешь?

После взаимных приветствий Гилда Коэн перешла к делу:

– У меня в кабинете сидят две дамы, которые разыскивают Кэти Сандерсон. Я знаю, что она давно от тебя ушла, но, может быть, у тебя сохранился адрес или телефон? – Некоторое время она слушала. – Правда? Подожди, я сейчас спрошу. – Миссис Коэн снова прикрыла трубку рукой и сказала: – Миссис Александер говорит, что ваша мать вышла замуж. Но Аннет не может припомнить, как его звали. Она сможет с вами связаться, если вдруг все же вспомнит?

– Скелл-Гарт-хаус, Райпон, телефон в Райпоне 42900, – быстро ответила Патси.

Гилда Коэн повторила это миссис Александер. Поблагодарив и попрощавшись, она повесила трубку и посмотрела на Мередит:

– Если бы моя мать была жива, она бы очень обрадовалась, узнав, что Кэти наконец вышла замуж. Мама переживала за нее, всегда говорила, что у Кэти была трагическая жизнь.

– Огромное спасибо за помощь, миссис Коэн, – тихо сказала Мередит и встала. – Вы так нам помогли.

– Да, большое спасибо, – поднялась и Патси.

– Не стоит благодарности, я с удовольствием бы сделала еще что-нибудь, если бы это могло вам помочь найти вашу мать, миссис Стреттон. Аннет – очень обязательный человек, и я уверена, если она вспомнит фамилию человека, за которого вышла замуж ваша мать, она непременно позвонит.

– Очень на это надеюсь.

Гилда проводила их до дверей и на прощанье сказала:

– Миссис Стреттон, я была бы вам очень благодарна, если бы вы мне позвонили, когда найдете Кэти. Моя мать ее очень любила.

– Я обязательно с вами свяжусь, – пообещала Мередит.

– Почему нам это не пришло в голову? – покачала головой Патси, когда они медленно пошли по улице. – Это же так очевидно! Она была еще молодой женщиной и, как ты утверждаешь, хорошенькой.

– Очень хорошенькой. Настоящей красавицей. – Мередит взяла Патси под руку. – Мы никогда ее не найдем. Просто еще один тупик.

– Нет, не тупик! – возразила Патси. – Совсем наоборот. Утром я первым делом позвоню Валери и попрошу ее сходить в Дом святой Екатерины. Там хранятся свидетельства о заключении брака, и она найдет, за кого твоя мать вышла замуж.

Лицо Мередит просияло.

– Блестящая идея! Давай позвоним ей прямо сейчас!

– Сегодня ее нет в офисе. Разве ты забыла, она уехала на уик-энд в Милан. И вернется только поздно вечером.

– Ты уверена, что там хранятся брачные свидетельства? – тихо спросила Мередит, когда они вышли к центральной городской площади.

– Уверена. Это же главное регистрационное бюро. – Патси задумчиво помолчала и добавила: – А еще мне кажется, нам нужно съездить в «Дом доктора Бернардо» и поспрашивать там. Вдруг откроется новое обстоятельство, проливающее свет на то, что с тобой произошло. И с твоей матерью тоже.