Бабушки заулыбались, им тоже хорошо был известен веселый нрав продавщицы. Быстро обслужив обеих, Оксана захлопнула перед Наташей окошко и вышла на улицу.

— Ну, как дела, наука? Что нового в нашем славном прошлом?

— В прошлом пока все по-старому, а как в настоящем? — улыбнулась Наташа.

— Письмо от мамки пришло.

— Ну?

— Растет, пишет. Компоту банку разбил, матом ругаться начал. — Из всех новостей Оксана всегда выделяла главное: про своего пятилетнего сына Вовку, которого растила одна, без мужа. — За мной, пишет, сильно скучает. Все спрашивает, когда мамка вернется… Сынуля мой…

— Мама здорова?

— Да ничего, слава Богу. Спина только побаливает, да давление иногда, а так ничего, бегает! Шо с ней сделается! Она у меня крепкая. А твоя бабуля как?

— Тоже давление скачет. На погоду, наверное…

— Да уж, погодка… Анекдот слыхала? Едут в поезде жид, хохол и москаль…

Не переставая рассказывать, Оксана вернулась в ларек, дала Наташе ватрушки и взяла деньги. Они посмеялись немного и расстались…

Наташа открыла дверь и крикнула с порога:

— Бабуля, привет! Как ты?

— Хорошо. Теперь уже совсем хорошо. Бабушка вышла ей навстречу. — А ты как, Натуся? Не замерзла?

— Немножко. Я ватрушек принесла. Сейчас чайку заварим… — Наташа пошла переодеться, а Екатерина Даниловна — на кухню, ставить чайник.

Они пили чай и вели обычный неторопливый, необязательный разговор о погоде, о Наташиной диссертации, о бабушкином здоровье. Точно такой же разговор был вчера. И позавчера. И…

— Кто-нибудь звонил? — спросила Наташа.

— Нет.

«Нет. Опять нет». Как и вчера, как и не делю назад, и месяц… Она никому не нужна. Просто она никому, кроме бабушки, на этом свете не нужна…

Отчаянье поднялось со дна души мутной волной, накатило, ударило в голову, и уже готовы были проступить слезы на глазах, но Наташа привычно собралась с силами, не давая себе расслабиться. Еще не хватало разреветься перед бабушкой! С ее-то давлением! «Стой! — сказала себе она. — Хватит!» Хватит ныть, изнурять жалостью к самой себе сердце. Сколько можно! Наташа не могла понять причин участившихся в последнее время приступов острого — до слез, до боли в груди — недовольства своею судьбой. Откуда это у нее? И с чего вдруг? Ведь тысячи и тысячи людей живут гораздо трудней, но не жалуются, не распускают нюни, как она. Взять хотя бы ту же Оксану…

Лучшее средство от хандры — работа. Наташа взглянула на часы — начало девятого. Отлично, еще пару часиков вполне можно потрудиться на ниве отечественной историографии. Она убрала со стола на кухне, разложила свои бумаги, взяла ручку. «Как все-таки плохо без компьютера!» — привычно подумала Наташа и тут же вспомнила об объявлении, сорванном сегодня днем на автобусной остановке. Она отыскала в кармане пальто скомканную бумажку и еще раз перечитала.

«Отдам в хорошие руки б/у ноутбук за символическую плату», а внизу — четыре язычка с адресом. Жалко, что на них не было телефона. Вдруг стало ужасно любопытно — а какая же нынче «символическая» цена на «б/у» ноутбуки? Если новый ноутбук средней руки стоит около тысячи долларов, размышляла Наташа, то «символической платой» вполне может оказаться, скажем, половина цены. Пятьсот долларов — сумма для нее абсолютно запредельная. А вдруг меньше? Вдруг, например, сотня? Свободных ста долларов у Наташи, впрочем, тоже не было, но ради компьютера такие деньги она, пожалуй, выкроить бы смогла. Черт, обидно, что нельзя позвонить!..

И тут Наташа внезапно словно увидела себя со стороны. Сидит на кухне этакая унылая клуша и, тупо уставясь в одну точку, вяло гадает: «Вот если бы так, а вот если бы эдак…». Ее окатило стыдом и, следом, злостью на себя.

«Размазня! Курица несчастная! Да любой нормальный человек давно бы уже сходил по объявлению и все узнал!» Она взглянула на адрес — недалеко, всего-то минут десять-пятнадцать ходьбы. Поздно? Ничего! В конце концов, ей нужен компьютер или нет?! Ведь завтра его вполне уже может и не быть. Запросто уведут «б/у ноутбук» из-под носа. За символическую-то плату…

Наташа решительно встала и направилась к выходу.

— Натуся, ты далеко? — встревожилась бабушка.

— Я по делу, бабуля, ненадолго. Через полчаса вернусь, — ответила Наташа и, чтобы не вдаваться в объяснения, поспешила выскользнуть за дверь.

Уже на улице она спохватилась, что забыла дома кошелек. Хотела было вернуться, но подумала: «А зачем он мне? Там денег-то — кот наплакал, хватит только на коврик для „мышки“… Вот узнаю, что почем, тогда уж…».

И она отправилась дальше, улыбаясь на ходу забавной игре слов: кот наплакал денег на коврик для мышки…

Когда Наташа нашла нужную ей старую пятиэтажку, план действий был готов.

Значит, так. Каким бы расчудесным ни оказался этот «б/у ноутбук», больше ста долларов она за него не предложит. Заиметь компьютер ей, конечно, хотелось, но нежелание влезать в непомерные долги было еще сильней. А если, паче чаянья, случится чудо, и эта сумма хозяев ноутбука устроит, то Наташа «внезапно обнаружит», что оставила кошелек дома. Время позднее, за деньгами ее уже не отправят. Она твердо пообещает расплатиться на следующий день, а уж завтра-то она наверняка что-нибудь придумает!

Наташа поднялась на третий этаж и нажала кнопку звонка.

2

Дверь открыл долговязый лысоватый мужчина лет сорока в густо обсыпанном мукой красном фартуке. Руки его тоже почти по локоть были в муке. Он держал их перед собой, как хирург перед операцией, и, подслеповато щурясь, улыбался Наташе.

— Здравствуйте, я по объявлению, — улыбнулась в ответ она и пояснила: — Насчет ноутбука.

Улыбка тут же слетела с лица мужчины. Он смотрел на гостью каким-то странным, виновато-испуганным взглядом и молчал.

— Так как же… насчет ноутбука? — смутившись, повторила Наташа.

— Да-да, проходите… — очнулся хозяин и отступил от двери, опустив глаза.

— Сережа, кто там? — донесся женский голос из глубины квартиры.

— А-а-а-а!.. Папочка, спаси меня! — в прихожую с визгом влетела девчушка лет восьми и спряталась за отца, с разбегу уткнувшись носом в испачканный передник.

— Ну, ты у меня сейчас!.. — следом за ней выскочил мальчик года на два-три старше, но, увидев незнакомого человека, резко остановился и осекся.

— Кто там, Сережа? — снова крикнула женщина.

— Это по объявлению, за компьютером, — негромко ответил мужчина.

Тут же в коридоре появилась хозяйка. Она гак же, как муж, держала перед собой испачканные мукой руки и смотрела на Наташу круглыми, испуганными глазами.

«Что это они?… Уставились, как на прокаженную…» — удивилась про себя она.

— Здравствуйте, — кивнула она хозяйке.

— 3-здравствуйте, — с запинкой ответила та. Хозяева молча разглядывали гостью. Испуг в их глазах постепенно исчез, теперь они смотрели на Наташу, как ей показалось, с какой-то непонятной смесью сомнения и жалости. Дети вслед за родителями тоже молча таращили на Наташу свои глазенки. Пауза затягивалась.

«Странные какие-то…» — подумала Наташа и спросила с едва заметным раздражением:

— Так вы продаете ноутбук или нет? Мужчина коротко взглянул на жену. Она в ответ чуть пожала плечами и, обращаясь к детям, скомандовала:

— А ну-ка, ребята, марш к себе, и чтобы вас не было ни видно, ни слышно!

Как только за детьми закрылась дверь, хозяин, наконец, произнес:

— Да, мы продаем ноутбук. Вот он, — он показал на черный чемоданчик, стоящий у самого порога, посреди кучки разномастной обуви.

«Не слишком подходящее место для компьютера» — молча удивилась Наташа.

— Вы позволите на него взглянуть?

— Ну разумеется, — ответил мужчина и, кивнув на свои руки, добавил: — Одну минутку, я только… Одну минутку!

Он исчез на кухне, оттуда послышался шум воды в раковине и приглушенные голоса хозяев. Похоже, они спорили, но о чем — разобрать было невозможно. Да это и не интересовало Наташу, ее внимание куда больше привлекал черный чемоданчик у порога.

Вероятно, это была очень старая модель. Он совсем не походил на современные ноутбуки — тоненькие и изящные. Своими габаритами он скорее напоминал обычный «дипломат», к тому же изрядно потасканный. Его пластиковые бока были истерты и покрыты густой сеткой царапин и ссадин — видимо, ему немало доставалось от предыдущих хозяев. Ручка у чемоданчика была явно «с чужого плеча», несоразмерно большая, грязно-желтого цвета, с прилипшими обрывками старой синей изоленты. В общем, вид компьютер имел самый что ни на есть непрезентабельный.

Наташе даже пришло в голову, что если углы этого ноутбука обить железом, он стал бы как две капли воды похож на чемодан, в котором держит свой нехитрый инвентарь их вечно пьяный сантехник дядя Вася.

«Какой старый… — разочарованно думала она. — Хотя, может быть, это как раз неплохо — за такую рухлядь много не запросят. Вот только работает ли он?… Что-то не очень в это верится… Уж не собираются ли здесь, часом, меня надуть?…». Ей казалось сомнительным, чтобы столь ветхий аппарат оказался исправным. Да и поведение хозяев настораживало.

«Ну-ну, посмотрим, посмотрим…».

— Хотите проверить, как он работает? — послышался за спиной голос хозяина.

Он был уже без фартука, на его носу появились массивные очки, а в руках он держал сетевой шнур с адаптером.

— Если это только возможно, — не без доли ехидства ответила Наташа.

— Я понимаю вашу иронию, — усмехнулся — выглядит страшновато, да и лет ему немало, но, поверьте, работает он просто великолепно. Да что я вас уговариваю? Сейчас сами во всем убедитесь…

Странно, но он не предложил Наташе пройти в комнату, где им наверняка было бы удобнее. Вместо этого он взгромоздил чемоданчик на табурет, размотал провод удлинителя и подключил к нему адаптер. Его движения были нервны, суетливы, он явно волновался. Наташа обратила внимание на его руки — они мелко дрожали. Мужчина открыл крышку, включил питание и тут же, словно опасаясь чего-то, поспешно отступил назад.