И пропускал мимо ушей все ее аргументы о том, что только пешком и можно изучить новый город, прочувствовать его, проникнуться им. Но так как Казак и ранее страдал подобным поведением, Таня чаще сдавалась.

Она заново познакомилась с Лизой, наконец-то получив на это «добро» от мужа. И они нашли общий язык, даже подружились, пожалуй. В конце концов, у Тани и Лизы имелось достаточно общего, чтобы найти множество точек соприкосновения. Да и отсутствие иных знакомых способствовало тесному общению. А когда и Лиза помогала мужчинам в грандиозной перестройке старого санатория, Таня все-таки бродила по улочкам своего нового города. А машина с водителем зачастую медленно ехала следом за ней. Так она однажды и наткнулась на небольшую ветеринарную клинику. Совсем иного масштаба и класса, чем та, в которой Таня работала ранее. И, тем не менее, что-то дернуло ее туда зайти. Возможно, Таня просто по работе соскучилась. А зайдя, она уже не сумела уйти.

Совсем небольшое заведение работало едва ли не на волонтерских началах, во многом на энтузиазме двух ветеринаров, которые и тянули все на себе. И которые невероятно обрадовались воодушевлению, вспыхнувшему в глазах их новой знакомой.

Таня проторчала там весь день, уговорив водителя съездить к ним домой и привезти ее документы. Позвонила мужу, как-то так категорично сообщив, что нашла работу. Виталя, к его чести, сразу ничего не запрещал. Сказал, что сам вечером ее заберет и «посмотрит на это все». Таня с радостью сообщила адрес, забросила «камушек», что ночью данная клиника не работает и, соответственно, ночных дежурств нет. Кажется, порадовав этим мужа безмерно. И начала знакомиться с тем, что и как на ее новом рабочем месте устроено.


ЭПИЛОГ


Казак два года уламывал Таню все-таки перебраться в дом. Привык он к простору и собственному участку, как ни крути, а тут еще и возможность у самого моря хату купить. Ну как отказаться? Но и не мог ей запретить, когда она каждый раз с умоляющим взглядом просила его еще на месяц аренду квартиры продлить. Хотя, ему вообще сложно было жене в чем-то отказать. Что с квартирой, что с работой этой. Не хотел же, чтобы Таня вообще работала. И что? Послонялся по той ветеринарке, посмотрел, и не сумел найти тогда повода, чтобы запретить заниматься тем, что Таня любит. Да и казалось, что устанет быстро, надоест. Оснащение и организация там вообще до ее прежней клиники не дотягивали.

Ага, фиг вам. Таню можно было отправлять предводителем переселенцев на Дикий Запад, или во главе тех, кто целину поднимать собирался. Упорства и настойчивости его жене оказалось не занимать. Как и в памяти хорошей не откажешь. Не успел Казак и глазом моргнуть, как превратился в основного спонсора сего сомнительного заведения. А куда деваться, если она ему и напомнила, что он обещал ей «свою ветеринарку»? Пришлось подсуетиться и все хоть как-то оформить. Благо, работавшие там до того доктора оказались не против, а даже рады разделить с кем-то груз ответственности, особенно в материальном аспекте. А Таня, со старта взяв напор «локомотива», принялась подтягивать это «заведение» до привычного себе уровня. И добивалась своей цели.

За эти два года от статуса «ветеринарного кабинета», который даже в интернет-поиске города не значился, по сути, и был известен только местным, живущим в ближайшей округе, заведение перешло в полноценную категорию «клиники». Упоминание о ней появилось не только на городском новостном портале. Ветеринарка разжилась и собственным сайтом. И информация о ней передавались не только во всемирной сети, но и «сарафанным радио», уже не благодаря спонсорским вливаниям Виталия, а из-за упорства, настойчивости и трудолюбия самой Тани. Да и ее новые партнеры оказались хорошими ветеринарами, а вот бизнес-жилки и напора им в работе не хватало, что и компенсировала Таня, заинтересовавшись этой клиникой.

В общем, Виталий и рад был даже, что она при деле и не скучает дома. Потому как сам был загружен в проекте нового отеля не то, что «по горло», а «выше крыши» еще этажа на два. И так, наверное, нервничал бы, что уделяет жене мало времени, помогая Диме. Тут же оба занимались тем, что по душе каждому. Хотя, по честняку, машин Витале порой очень не хватало. Но даже для того, чтобы просто расслабиться и «для себя» хоть какое-то авто перебрать — не было времени.

Собственно, сердился он время от времени только из-за того, что и Таня пахала не меньше, чем он. Забывая порой об отдыхе и о том, что ей расслабляться врачи советовали, а не он по-глупому придирался. Правда, о врачах Виталя осторожничал последнее время разговор заводить. Она очень расстраивалась. Ходила на обследования регулярно в клинику, в которой Лиза наблюдалась и рожала после переезда, все, что ей назначали, выполняла. А с результатом у них как-то не складывалось. И как ни пытался Виталя уговорить Таню, чтоб она расслабилась, чтоб не парилась и не грузилась, ему и она — уже такая награда по жизни и богатство, которого Казак и не ждал никогда, а жена не слушала. И видел он в ее глазах притаившееся чувство вины. До сих пор Таня себя не простила за тот случай, уже почти три года назад, когда выкидыш случился. До сих пор иногда ни с того, ни с сего шептала ему «извини». А у Витали от этого каждый раз в груди все леденело, разрывая аорту. И живот узлом скручивало. Но как он ни старался, как не убеждал Танечку, что оба тогда равно виновны были, и просто сложилось все так, звезды стали таким раскладом — видел, что ей не легчает. Потому, наверное, и работала Таня столько, вкладываясь морально в эту ветеринарку. Потому и он ей не мешал, видя, что она счастлива, когда все удается, как планировала, и как довольна Танюша. Потому и на поводу шел, когда просила еще в городе остаться, не переезжать в поселок.

Но сегодня у него козырный туз в рукаве был припасен: такой шикарный участок подвернулся, что грех упустить случай. И от дома Калиненко недалеко, а Таня с Лизой сильно сдружились, да и обязанности у Тани теперь в этой семье имелись, которыми она никогда не смела пренебрегать. С честью предложение стать крестной их сына приняла.

Димка сначала его хотел крестным позвать, но Виталя попросил Батю лучше Таню вместо него взять. Он что? Так и эдак никуда от них не денется, да и с Таней всегда рядом. А ей — это в такую радость будет, знал же. Да и Таня с Лизой действительно крепко подружились, это и Батя признавал. Так и решили тогда.

А им теперь чуть ли не по три раза в неделю к Таниному крестнику мотаться — тоже не близкий свет. Вот он и решил предложить ей компромисс: они покупают этот участок и начинают строить свой дом, а она наслаждается последними месяцами жизни в городе. В качестве компенсации, а еще и отпуска, потому как оба заработались как две «бешеных собаки», он так же собирался порадовать ее предстоящей поездкой в Испанию. Дима с Лизой и с Лешкой вот-вот должны были оттуда и вернуться. А значит, теперь их с Таней очередь отдыхать. И Виталий очень надеялся, что это все в совокупности как-то смягчит и скрасит для Тани основное, что из города они через некоторое время все-таки переберутся.


Она не могла ему отказать. Ну как откажешь человеку, который во всем тебе потакает? Когда и видишь, что не по нраву ему, а все равно, через себя идет, лишь бы не расстроить ее. И на все «бзики» и качели настроения Тани внимания не обращает, только успокаивает и уговаривает смотреть на мир проще, не так много требовать от себя.

— Хорошо, любимый, — обняла мужа, устроив голову на своем излюбленном месте его плеча. — Давай в Испанию. Мы давно не отдыхали, прав ты, совсем заработались. И дом, ок. Не к чему придраться, ты мне дал городом насладиться по полной. Строй, что считаешь нужным, ты в этом больше меня понимаешь. Да и к Леше с Лизой ближе. Подготовился ты, Казак, ничего не скажешь, железные аргументы, не переспоришь, — улыбнулась ему снизу вверх.

И Виталя довольный такой стал, до чертиков просто.


Отдых промчался как-то мимо. И длинный вроде бы, и не заметили его оба. Так устали накануне, что две недели — не хватило, чтобы расслабиться толком. Провалялись на пляже, купались, уже и не требовала Таня никуда ездить. Обо всем забыла. Наслаждалась возможностью отлежаться в тенечке, наесться фруктов и овощей, а еще рыбы, такой свежей и вкусной, которую дома, хоть и жили уже в приморском городе, не так и просто отыскать было.

И Виталий от нее не отставал, оба вымотались дома. В общем, расслабились так, конечно, что собраться потом не могли. То ли адаптация после отпускная затянулась, то ли уж очень Тане отдых по вкусу пришелся — никак не могла на работу заново настроиться. Все ей тяжело шло, тело как ватное, рабочий день еле высиживала.

В конце концов, на четвертое утро, усевшись на пассажирское сиденье машины и ожидая, пока Виталий займет свое место, потому как о чем-то по телефону говорил с Димой, Таня вытащила свой мобильный. Задумчиво глянула на время, полистала приложения.

— Виталь, а ты очень торопишься? — поинтересовалась она, когда муж сел таки в машину.

— Такое, — Виталий передернул плечами. Повернулся к ней. — Хотел на наш участок сначала смотаться, проверить, как там дела продвинулись. А что? Что-то в клинике твоей случилось или что?

— Нет, вроде бы, не звонила еще, — все в той же задумчивости протянула Таня. — Отвези меня в больницу, пожалуйста, а? Я все равно так и не позавтракала. А мы еще позавчера должны были на анализы приехать, и я с этой поездкой и возвращением, с чемоданами — забыла, — повинилась Таня. — А своих я сейчас предупрежу.

— Хорошо, — Виталий не споря выехал со двора.


Сдала кровь, приехала на работу, отработала, как-то преодолевая эту усталость и сонливость, одолевающую ее в последние дни. А вот когда ей из больницы перезвонили около трех часов — занервничала.