— Порезалась. На работе, — быстро ответила Свон. Она сейчас испугалась и Мэгги, и Перри.

— Чем? — Перри с вопросом смотрела на Эмму, а потом повернулась и начала вновь смотреть камеру.

— Если я не ошибаюсь, ты прачка?! Так чем ты порезалась?

— Я… — Эмма и не знала, что придумать и как отмазаться.

— Чего мычишь? Живо, отвечай! — Мэгги саданула Свон по бедру дубинкой. Сильно, что блондинка завыла и тут же ухватилась за больное место.

— Она порезалась об выступ в прачке. На первой стиральной машине угол отогнут, — встряла Шер.

Перри перевела взгляд на Эмму, — ну?

— Отвечай же, когда спрашивают! — Шрамер была нетерпимой. Она вновь ударила Свон дубинкой. По тому же месту, что и в первый раз. Мэгги было абсолютно наплевать, что за ушибленное место Эмма держится рукой. Второй удар пришёлся и на бедро, и на руку. Свон вновь завыла.

— Аа… Да. В прачке, — сквозь болевой стон воскликнула Эмма.

Джил и Мили стояли и молчали. Они обе понимали, что не просто так пришла эта ночная проверка. И уж тем более не просто так достают именно Эмму.

Перри посмотрела на Шрамер, — почему-то я ей не верю, — протянула недовольно она.

Поуп пинала ногами лежащие на полу одеяла, дубинкой переворачивала страницы книги, которая лежала на столике. Шер больше не могла вмешиваться, так как Мэгги взглядом дала это понять.

— Я тоже, мадам Поуп, — произнесла Шрамер и со всей сила огрела Эмму по спине дубинкой. Свон закричала и упала на колени, не в силах держаться на ногах.

— Я сама виновата. Не сказала про поломку машинки в мастерскую, — проскулила Эмма и получила ещё один удар от Мэгги.

— Так тебя в карцер нужно. Тем более сама виновата, — усмехалась Шрамер над тяжело дышащей Эммой и её стонами от болезненных ударов жёсткой резиновой дубинкой.

Ейор понимала, к чему они ведут, и что будет теперь с Эммой. Просто так Поуп бы не пришла, а значит, её направили именно на Свон.

— Да она мне в столовой сразу об этом сказала, там обычные царапины, мадам Поуп, мисс Шрамер, она не врёт.

Перри усмехнулась, — смотри, защитница. Может, и тебе в карцер?!

— Нет. Пожалуйста, не нужно. Я одна во всём виновата, — Эмма взглянула на Поуп снизу-вверх и тут же почувствовала удар по спине. Свон дёрнулась и, сжимая зубы, застонала.

— К тебе не обращались, — грубо высказала Мэгги.

— Ну что, хочешь в карцер? — Поуп с помощью своей дубинки заставила Эмму смотреть на неё.

— Как решите, — Эмма понимала, что с этими женщинами нельзя быть грубой или же взбрыкивать. Она сама поняла, что они не зря пришли ночью и именно её бьют, заставляя говорить.

— Мэгги, — Перри посмотрела на стоящую рядом Шрамер, — будем веселиться или же она и так поймёт?

— Я люблю веселье, мадам Поуп, — Мэгги засмеялась и посмотрела на стоящих к стенке лицом женщин. Её взгляд остановился на Шер, — только мне кажется, она тоже жаждет веселья.

— Она?! Ейор, тебе не надоело веселиться?! — Поуп подошла в Шер.

— Мадам Поуп, она недавно здесь и не знает законов, дайте ей шанс, — Шарлота, как могла, пыталась огородить Эмму.

— За две недели могла и научиться лёгким правилам, или она слабоумная? — спросила Мэгги. И на каждое своё предложение женщина била Эмму дубинкой. Свон тихо взвывала. Она уже чуть ли не лежала на полу от боли во всем теле после этих жёстких ударов.

— Я научусь. Пожалуйста, не трогайте Шер, — просила единственное Свон, ведь совсем не хотела, чтобы Ейор также били.

— Я всё ей поясню, — Шер всё равно хотела помочь.

— Ладно, пора с ними решать, нам ещё целый корпус шмонать, — Перри кинула взгляд на Шрамер.

— Вы идите. Я догоню, — Шрамер посмотрела на Поуп и ударила дубинкой в свою руку.

— Хорошо, — начальница кивнула и пошла в следующую камеру.

— Тебе повезло, что я добрая. В следующий раз не лезь за неё на рожон, — посоветовала Шрамер, близко подойдя к Шер. Она сказала, но не ударила. Охранница подошла к Свон.


После того, как дверь камеры Свон и Ейор закрылась, Эмма лежала уже полностью на полу и кашляла от боли. Мэгги прошлась ей дубинкой по всему телу. Но всё же в карцер не направили, а значит, уже можно жить. Хоть и очень больно.

— Эмма, — Шер, Джил и Мили быстро подошли к Свон, — помогите мне переложить её на кровать.

— Рей тварь, это она их натравила, — Джил начала разгребать вещи, чтобы найти платок и намочить его холодной водой.

— Сама же её полоснула, так ещё и Перри натравила, — причитала Мили. Они с Шер подняли скукоженную, кривящуюся Свон на ноги, — Шер, держи её. Я матрас на место положу. На мою койку положим, наверх не заберётся, — женщина отошла.

Ейор придерживала Эмму. Было видно, как уже начали появляться синяки. Красные полосы от резиновой дубинки виднелись по всему телу.

— Держись, сейчас ляжешь, — девушка видела, как Эмме тяжело.

Джил нашла платок, но не успела намочить, начала помогать Мили.

— Давай осторожно клади её. Эмма, давай аккуратненько.

— Умм, — хрипела от боли Свон. Её положили на койку. Она не могла пошевелиться. Адская боль была по всему телу, заставляя только выть от ощущений.

— Ну тихо, тихо, — Шер присела на койку, — дайте ей воды, и, Джил, давай платок.

— На, держи, я уже намочила его, — женщина передала платок Ейор.

— Вот вода. Дай ей попить, — Мили принесла стаканчик, — хорошо, что не сказала. Было бы гораздо хуже, если бы честно ответила. А так, синяки пройдут. Ты молодец, девочка.

— Я теперь точно уверена, что это месть Рей, она просто так не простит Эмме, что за её спиной стоит Миллс, — Джил стояла рядом и с сочувствием смотрела на избитую Эмму.

— Миллс не действует, она только следит, — Шер считала, что Эмме лучше оказаться под крылом Реджины, чем терпеть побои и унижение.

— Я не буду под ней, — говорила из последних сил Свон и вновь закорчилась и закашляла от боли.

— А лучше так да?! Эмма, не дури, она может и не будет с тобой спать, ей просто нужно показать, что ты признала её авторитет. Как только ты его признаешь, ты сможешь жить спокойно, — пояснила Джил.

— Ты привлекла их внимание, тебе просто не повезло, зато повезло другим, — начала говорить Шарлота, — ну тем, с которыми ты прибыла. Они живут преспокойненько, разбежались по группировочкам.

— Ну, значит, не зря я здесь. Кому-то помогла, — пыталась шутить Свон.

— Дурёха. Сломают тебя. Всех ломают, и ты не станешь исключением, — говорила Мили.

— Ладно, отдыхай, упрямица, — Шер погладила Эмму по голове, — ну, а мы, девочки, стелиться.

— Да уж, — Джил посмотрела на пол, где валялись их вещи.

— Впрочем, всегда так, — Мили тяжело вздохнула, и вся оставшаяся троица принялась раскладывать по местам вещи и укладываться спать. Ночь скоро заканчивалась, а на завтра из-за шмона никаких поблажек не будет.


Реджина даже не собиралась вставать, когда объявили проверку. Ей было плевать, что сейчас кто-то придёт.

— Вот же Фрайс, сука, жаба её всё-таки задушила, — Реджина посмотрела на Триш.

— Вставай, а. Не хочу вдыхать тухлый запах духов Перри больше положенного, — Триш встала, как и положено, к стене, но спиной.

— Ещё я из-за этой твари ночью не поднималась, — фыркнула Реджина и положила демонстративно руки под голову.

— Опять мне куковать неделю одной. Эгоистка, — фыркнула Триш, намекая на то, что Миллс опять отправят в карцер.

— Если меня отправят в карцер, по выходу оттуда я посажу на перо Фрайс. Она в кишках у меня сидит, и последнее время не даёт спокойно отдыхать на нарах, — Реджина все же села на койке.

— Из-за дерьма срок себе увеличивать? — хмыкнула Триш, смотря на Миллс, — на хрен тебе это надо? Накажи по-другому.

— Триш, ты знаешь, какой у меня срок, и поверь, весь я его сидеть не собираюсь, — Реджина с усмешкой смотрела на подругу, — а ты лучше бы совет дельный дала, а не всякой хренью заваливала.

— Смести её и управляй тюрьмой сама. Ты это можешь. А о сроке и своих мыслях молчи. Даже мне ничего не говори. Здесь везде есть уши, — серьёзно произнесла Триш.

— Я пока не хочу сама, на её место обязательно какое-нибудь чмо полезет, а я не буду знать, что оно задумало, — рассуждала Миллс.

— Логично, — усмехнулась Триш, — но перо тоже не дело. Потом месяц будут всю тюрьму трясти. Это не есть хорошо.


— Встать с кроватей, к стене. Живо! — в камеру вошла Мэгги и посмотрела на Миллс. Поуп в камере пока не было видно.

— Бегу и спотыкаюсь, — Реджина недовольно посмотрела на Мэгги, — чё припёрлась?

— Шмон. Миллс, живо! Перри на подходе, — подсказала Шрамер. Она взглянула на Триш и та, поняв взгляд, повернулась лицом к стене. Райэн ненавидела проблемы и в последнее время придерживалась политики — не нарываться и не дёргаться.

— Ну и какая тварь сподвижница этому?! Не просто же так ты ночью подняла свою жопу с кровати? — любезно и мило Реджина разговаривала с Шрамер.

— Вот тебе только не доложила, — Мэгги таким же милым басом говорила с Миллс.

— Ну и что ищешь?! Перо, наркоту? Так ты не здесь ищешь, — Реджина приподняла свою подушку, — мы чисты.

— Чисты да не милы. Порезали девчонку, так пришлось ей отгрести за это, — Мэгги встала на порог камеры и смотрела, не идёт ли Поуп.

— Мы?! — Миллс захохотала, — слушай ты, отравленная моча бегемота, у тебя в черепной коробке извилины есть?! На хрена мне свою же девочку портить?!

— Ты сейчас договоришься, — Мэгги разозлилась и достала дубинку.

— Кто тебя сюда послал, того и шмонай, а я не собираюсь с тобой разговаривать, — Реджина прилегла на койку.

— Редж… — Триш закачала головой, но не повернулась. Она понимала, что Миллс нарывается на неприятности.