Шон приподнял бровь в мою сторону: - Нет? Ты сказала мне «нет»? – Он улыбался и прильнул ко мне, пригвоздив меня к месту своим телом, пока его руки нашли обнаженную кожу под грудой одежды – затем он стал щекотать меня. Его пальцы двигались в самых нужных местах. Это заставило меня изворачиваться и визжать. Думала, Гейб просто прибьет нас, когда я сползла со своего места на пол, но он ничего не сказал. Вместо этого, он даже приподнял разделяющую перегородку.

Шон затащил меня обратно на сиденье, и запустил руку под куртку. Взгляд был прикован ко мне, когда его рука прошлась вдоль моей талии вверх. Он замедлился, когда дошел до верха груди и погладил участок обнаженной кожи. Глаза Шона расширились: - Где ваш бюстгальтер, Мисс Смит?

- Точно не знаю, Мистер Джонс. Не смогла найти его этим утром, поэтому на мне его нет.

Огонек истинного вожделения отразился в его взгляде. Это заставило меня заерзать на месте. Его руки соскользнули к пуговице на моих джинсах: - А что насчет этого? – Его глаза опустились на мою талию, затем еще ниже. Он хочет узнать, одеты ли на мне трусики.

- А что насчет этого?

- На тебе что-то надето там? – Шон наблюдал за мной, ожидая ответа.

Коварно улыбнувшись ему, я ответила: - Почему бы тебе самому это не выяснить?

Шон глянул в окно и заметил, что нам еще долго ехать. Нагнувшись ко мне, он расстегнул пуговицу на джинсах. Они стали свободней, и Шон прижался рукой к моему животу. Он сверлил меня взглядом, следя за мной, пока его рука спускалась ниже и ниже. Когда он дошел до нижней части моего живота, я прикрыла глаза. Шон не спрашивал. Он просто сделал это. Его пальцы скользнули между чувствительных складок и затем внутрь меня. Его рука двигалась медленно, дразня меня, совершая круговые движения, пока я не стала шептать ему разные пошлые вещи на ухо.

Шон целовал мою шею, пока его пальцы магическим образом двигались во мне. Все тело немедленно реагировало на его действия. Каждое прикосновение приближало меня к вершине. Откинув голову и прикрыв глаза, я толкнулась бедрами, встречая его руку. Хотела, чтобы он толкнул меня за грань удовольствия. Хотела избавиться от тягучего напряжения внутри, но Шон удерживал меня в определенной позиции, прямо около самой точки невозврата.

И это все продолжалось. Шон дразнил меня, касался во всех правильных местах, пока я уже не всхлипывала, умоляя об освобождении. Я простонала его имя и стала умолять, но Шон лишь улыбался. Как только я подумала, что не могу терпеть эту пытку ни секунды больше, он засунул в меня еще один палец, толкнув сильно и жестко. Всхлипнув, я приподняла бедра. Он входил в меня жестче и быстрее, одновременно поглаживая клитор. Я ощущала на себе его взгляд. И тут я резко поняла, что мы все еще в машине, и что она остановилась, но было уже все равно. Бедра стукнулись о его руку, и из меня вырвался крик. Ощущения пронзили мой живот, и дошли до груди. Я хотела его руки везде на мне, во мне. И сделаю все что угодно, чтобы кончить сейчас.

Дрожа, я ухватилась за его рубашку и притянула Шона к своему лицу: - Пожалуйста…

- Пожалуйста, что? Скажи мне, чего ты хочешь, детка, - Его рука замерла, дыхание волной обдавало мое лицо. Он пах так хорошо, и я так сильно его хотела.

- Заставь меня кончить. Пожалуйста, Шон.

Он ухмыльнулся. Прикосновения Шона изменились, и это послало по всему телу искры удовольствия. Запрокинув голову назад, я вскрикнула. Мои бедра врезались в его руку, пока он входил все глубже в меня. Он делал это снова и снова, быстрее и жестче. Как жаль, что мои джинсы не такие широкие. Жаль, что мы не обнажены, и мои ноги не обернуты вокруг его талии. Никогда в жизни мне не хотелось быть настолько оттраханной. Не представляла, как он все это делает, но было чертовски хорошо.

Шон подводил меня все выше и выше к пику. Тело напряженно сжалось вокруг его пальцев, желая оргазма. Толчки Шона стали ритмичней. Пальцы погружались в меня быстрее и быстрее. Глаза будто затянуло белой пленкой. Пыталась держать их открытыми, но не могла. Руками сжала свою грудь, пока выкрикивала его имя. Шон сильно толкнулся еще раз, и затем удержал пальцы внутри. Когда он это сделал, та самая пульсация началась. Он входил в меня снова и снова, пока я кончала. Дышать было тяжело. Все тело стало одним неподвижным комком, пока волны экстаза накрывали меня.

Шон удерживал руку между моих ног, пока я не открыла глаза. Затем медленно вытащил, и поднес пальцы к своим губам. Он облизывал каждый палец: - Ты невероятно вкусная.

Я наблюдала за ним сквозь полуоткрытые веки. Шон наклонился ближе и прижался подушечкой пальца к моим губам. Его рука пахла мной. Это сильно на меня подействовало и заставило смутиться, но Шон не позволил: - Открой.

Я сделала так, как он сказал, и он вложил свой палец мне в рот – тот, что он не облизал полностью. Закрыв глаза, я стала сосать. Шон снова нагнулся и убрал руку: - Понравилось? – Я медленно кивнула. Было такое чувство, что я плыву куда-то. Моргнув несколько раз, я посмотрела в окно. Мы уже в парке. Шон спросил: - Ты готова?

И снова я медленно кивнула. Перед тем, как Шон потянулся, чтобы открыть дверь, я остановила его: - Подожди. – Я притянула его к себе, и поцеловала так медленно и мягко, пока удовлетворенное блаженство не разлилось во мне, и я не могла перестать улыбаться.


Глава 8

Снег смешался со льдом. Он хрустел под нашими ногами. Гейб вытащил санки из багажника, на ходу упоминая, как легко будет им вонзиться в тело, если врезаться, когда он передавал их Шону. Гейб пугал меня, когда говорил такое, но он не шутил. Он кивнул мне напоследок, будто оказал услугу, и сел обратно в машину.

И вот я стояла напротив Шона в расстегнутой куртке. Парковка была сплошь покрыта льдом. Ее еще не расчистили. Я стала ухмыляться, как дурочка, желая скорее перебежать парковку и взобраться на холм. Есть причина, почему местные зовут его Кардиак Хилл – он принесет тебе настоящий сердечный приступ, если не рассчитать и взобраться слишком быстро. (Кардиак Хилл – Cardiac Hill (англ.) – дословно «холм сердца» или «сердечный холм», от этого и такое сравнение – прим. пер.) Горка до невозможности крутая, но ты не сможешь сразу это осознать, пока сам не окажешься на ней. Любители пробежек бывают здесь и в близлежащем лесу в летние месяцы, и добегают как раз до этого холма. Очень красивое место. И я подумала, насколько тяжело будет избежать столкновения санок с ближайшей сосной в округе.

Шон наблюдал за мной какое-то время, затем ухватился за края куртки и застегнул мне ее до самой шеи: - Тебе вполне серьезно пора прекращать фанатеть от холода вокруг.

Я приподняла бровь в его сторону: - Тебе вполне серьезно пора прекращать фанатеть от доминирования вокруг.

- Это не доминирование, - он выглядел обиженным.

- О, тогда что же это?

- Контроль, вот и все. Совершенно разные вещи, - Шон взглянул на покрытый снегом холм.

- Ага, в воображаемом мире, - пробормотала я и пошла, таща санки за собой. Гейб не смог затолкать в багажник длинные узкие сани, поэтому у нас парочка пластиковых санок. Он купил их по пути за нами, согласно инструкциям Блэк. Я подумала, а зачем тут мой телохранитель: он здесь для моей защиты или еще есть что-то? Я все же думаю, он может выбить за раз все дерьмо из меня, если Блэк ему такое прикажет. Этот момент беспокоил меня. Если я решу остаться с Шоном, мне придется выплатить ей все деньги, что я заработала. Едва ли это справедливо, но все же, это не та работа, которую можно так запросто бросить. Я отбросила все волнения на задний план, когда посмотрела в лицо Шону. Его глаза были уж слишком расширены и челюсть отвисла: - Что?

- Не чтокай мне. Я не занимаюсь этой хренью. Просто люблю, когда все идет правильно и как полагается.

Это почти рассмешило меня. Шон и понятия не имеет, как далеко он углубился в эту самую его «хрень». Он перешел эту странность давным-давно: - Ага, я вижу.

Шон шел рядом со мной, взбираясь на холм. Я попыталась везти санки, но Шон забрал их у меня: - Видишь, что?

- «Отрицание», что яркой неоновой вывеской висит над тобой. Ты на самом деле не можешь рассказать?

Шон покачал головой, а затем посмотрел на меня так, будто не мог поверить, что я сказала что-то подобное: - Никогда не думал об этом в таком ключе. Хочу сказать, что не делаю всего этого в стиле «доминант/сабмиссив». Ты на самом деле думаешь, что это то, чем я занимаюсь? – Я кивнула. Он замолчал. Я видела, как рой мыслей проносится внутри его головы. Взгляд стал безучастным, и он невольно трогал свое лицо в раздумьях. Его губы медленно двигались, пытаясь сформулировать необходимое. В итоге, он покачал головой и ответил: - Черт возьми, как все запутано.

На этот раз он мне поверил. Я взяла Шона за руку и стала перечислять подмеченное: - Ты жаждешь контроля, полного доверия, доминирования, подчинения… - Шон выдернул руку из моей хватки. И выглядел раздраженным: - Прости меня, Шон. Я думала, ты знаешь. Здесь нечего стыдиться. Ты любишь то, что ты любишь, даже если это немного странно.

Шон что-то проворчал. Я стукнулась о его плечо, но он не улыбался: - Я любил раньше… - вздохнул он, и откинул волосы с лица. Несколько белых снежинок застряло в его темных прядях. Легкая щетина, как обычно, покрывала лицо: - Был раньше другим. Осторожным, понимаешь? А сейчас, такое чувство, будто мне надо быть чертовым жестоким хищником, чтобы чувствовать себя так.

- Как? – Когда мы достигли вершины холма, то оба хватали ртом воздух.

Шон развернулся и посмотрел на меня: - Не знаю, будто я все еще живу. Я не чувствую практически ничего, Эвери, и так постоянно, я в оцепенении. До встречи с тобой, я едва ли вообще что-то ощущал в себе. Занимаясь сексом таким образом, я возвращаю старые чувства, но это не длится долго. И затем мне нужно больше. Это как наркотик. Чем больше я пробую, тем больше жажду снова, - Его глаза смотрели в никуда, потерянные в воспоминаниях.