Так мы и жили - я писала романы, а он… Он меня удивил. Спустя год после переезда Люк открыл небольшое кафе-кондитерскую, где готовил восхитительные десерты - торты, пирожные, кексы, вафли, конфеты и прочие всевозможные сладости. Я набрала несколько лишних килограммов в тот период, когда мне приходилось дегустировать все, что он готовил, но провела немало приятных минут на его кухне. Было удивительно интересно наблюдать за его большими мужскими руками, создающими хрупкие шедевры в виде малюсеньких розочек из крема или тончайших рисунков из быстро застывающей карамели.

- Моя мама, - сказал он однажды, помешивая сладкий сироп. - Была шеф-поваром в одном из лучших ресторанов нашего города.

Я сидела, подперев рукой подборок и боясь перебить, потому что знала, что мой гигант не любит много говорить. Еще ни разу Люк не рассказывал о своей семье, поэтому было жутко любопытно.

- Сколько себя помню, торчал вместе с ней на кухне, мечтая о собственной кондитерской. Даже получил диплом повара-кондитера.

Он замолчал, привычным жестом потер шрам от пули на груди через футболку и продолжил готовить, как будто меня нет.

- А потом? - не выдержала я, прерывая затянувшуюся паузу.

- Потом? - В серебристых глазах промелькнула привычная усмешка. - Потом я стал идиотом и не придумал ничего лучше, как выбросить дурацкую мечту из головы и пойти служить.

- А где ты служил?

- ВМС, - просто ответил Люк и поставил передо мной тарелку с очередным восхитительным творением. - Вот, попробуй. Думаю, это тебе понравится.

- Мне все они нравятся. Из-за тебя я превращаюсь в толстуху.

Люк только едва заметно улыбнулся и сунул мне в руки десертную ложку.

Я ходила в его кондитерскую почти каждый день. Усаживалась за свой столик в углу, открывала ноутбук и писала свои книги, пока в глазах не начинало двоиться, а пальцы не теряли чувствительность. Он периодически ставил передо мной чашку с горячим ароматным кофе и какой-нибудь эклер, к которым я питала особую слабость, иногда заглядывал через плечо, что-то хмыкал себе под нос и уходил. Но никогда не говорил, что думает обо всем этом. На самом деле мне это было не важно. В тот период важность была лишь в одном - у всех моих историй должен быть счастливый конец. Я погружалась в мир фантазий, мир любви, интриг и предательств, но обретала покой только тогда, когда справедливость была восстановлена, а добро побеждало зло. Любой психолог бы сказал, что я пытаюсь переписать свою жизнь - это было очевидно даже для меня. Даже свой первый роман, в котором описывалась моя собственная судьба, я сделала со счастливым концом. Героиня, заточенная злодеем в башне, осталась в итоге со своим принцем на коне. Эту книгу опубликовали второй по счету, но она по праву стала лучшей из пяти романов, что были мною написаны. На самом деле, если ты бывшая жена известного миллиардера, обладающая связями в самых высших кругах и имеющая огромную сумму денег на счету, не так сложно быть писателем, находясь даже за пределами своей страны. Тебя начнут публиковать просто ради твоей известности.

Куда сложнее возвращаться в реальность и осознавать, что на самом деле все совсем по-другому - ты всего лишь обычная женщина, уставшая от жизни, с израненной душой и разбитым сердцем. И все, о чем ты мечтаешь - повернуть время вспять…

Глава 65


Два месяца спустя после смерти Брэда Люк сделал мне предложение. Я уже подозревала, что за дружбой он скрывает более глубокие чувства, в конце концов, этот мужчина долгие годы оберегал меня, поддерживал, заслонил грудью от пуль, был рядом, когда мне было чертовски хреново, и отправился за мной в другую страну, - что в совокупности не может быть просто работой и даже дружескими чувствами. Но предложение руки и сердца… Это сбивало с толку и наталкивало на размышления. Больше двух лет я трусливо надеялась, что Люк не переступит черту, нарушив хрупкое равновесие наших отношений, потому что боялась отказать и сделать больно. Но этот день наступил.

- Кристина, выходи за меня, - это было сказано таким будничным тоном, что не сразу до меня дошло.

- В смысле?

- Будь моей женой.

- Ты с ума сошел? - я всплеснула руками, чуть не опрокинув пластиковый стаканчик с кофе со скамейки в парке, где мы прогуливались иногда по вечерам. - Или это шутка?

Люк промолчал, и на этот раз по его глазам я не смогла прочитать, о чем он думает. Их серебристая глубина была абсолютно непроницаема, даже обычных лукавых искорок не было.

Миа, стоящая невдалеке с какими-то новыми знакомыми, с удивлением покосилась в нашу сторону. Боже, не прошло и трех месяцев, а она уже завела друзей и исходила весь Париж вдоль и поперек. Вот, что значит молодость. Кстати, о молодости…

- Люк, мне сорок семь…

- А мне пятьдесят пять.

- Я была два раза замужем.

- А я ни разу не был женат, - мой бывший телохранитель пожал плечами. - Ну и что?

- Со мной сложно…

- Знаешь, Кристина, наверное, в мире не осталось ни одного человека, который знал бы тебя лучше, чем я.

Пришлось внимательно слушать, потому что длинные фразы он говорил только тогда, когда это было действительно нужно.

- Не хочешь за меня замуж, так и скажи, и забудем об этом. Только ты должна знать, что я люблю тебя уже много лет и никогда не причиню вреда. И никогда не буду лезть в душу.

- Люк… - тихо произнесла я. - Я даже не знаю… Браки не принесли мне ничего хорошего. А проводить новые эксперименты…

- По сути ничего не изменится. Только разве что мы будем жить вместе.

И спать, подумала я. С Люком. С пятидесяти пятилетним мужчиной, который, к слову, в прекрасной форме и неплохо выглядит, если исключить из виду его габариты и сломанный нос. Мне он нравился, я никогда его не боялась, всегда чувствовала себя в безопасности рядом с ним, но… Секс? С ним? Да он же меня просто раздавит! Или нет? Я вспомнила, какие воздушные десерты он делает, как аккуратно работает, и представила на миг, как эти большие нежные руки касаются… Ох, ну и ну… Щеки предательски вспыхнули, и в его серых глазах, смотрящих выжидательно, снова появились смешинки.

- Я знаю, о чем ты подумала, - сказал он.

- Что? Ничего такого я не думала!

- Не отпирайся, Кристина Хантер, ты покраснела.

Послышался какой-то звук, и я с удивлением обнаружила, что Люк тихо рассмеялся. Еще ни разу я не слышала его смех.

- Мам, вы чего? - спросила подошедшая Миа.

Мой рот не успел открыться, потому что он просто сказал:

- Делаю предложение твоей матери.

- Вау, - протянула дочь. - А она что?

- Она думает.

- Мам ты подумала? - взгляд дочери выражал веселье. - Что скажешь?

- Я… Я…

- Ну же, - Миа усмехнулась. - Давай скажи это. “Я согласна!”

- Я совсем не это хотела сказать, - возмутилась я, обретя дар речи. - Я хотела сказать, что не знаю и…

- Ой, да ладно! Соглашайся! Вы отличная пара!

- Миа!

- Что? В общем, ты тут говори свое “да”, а я пошла за мороженым. Вам тоже возьму, так и быть.

С этими словами она развернулась и ушла, оставив меня с открытым ртом. Я поверить не могла, что дочь так легко и просто советует мне выйти замуж за Люка. Как такое возможно? Дэвид бы ни за что не сказал такое, он слишком сильно любил своего отца. Но ведь и Миа его любила. С другой стороны, да какая мне разница, что подумает Дэвид? Он же ясно дал понять, что его не интересует моя жизнь.

- Так каков твой ответ?

Я была замужем два раза, и оба раза сразу говорила “Да”, неважно, по каким причинам, но не была уверена в завтрашнем дне. Потому что когда любила Дэнни, то до смерти боялась его потерять. А с Брэдом…О нем думать не хотелось. На этот раз будущее сформировалось в голове с предельной четкостью. Сделав три глубоких вдоха, я улыбнулась и спокойно произнесла:

- Я подумаю.


Дневник Кристины Трилогия Сандерс 1

2