Я надела этот набор в надежде на секс с Джоном после свидания, но сейчас я тоже была рада, так как передо мной было шесть футов и четыре дюйма секса, сложенных как греческий Бог. Я встретилась с ним взглядом и нервно сглотнула, потянувшись, чтобы снять лямки бюстгальтера. Я протянула его ему на пальце. Он взял его в кулак, не двигаясь. Он становился все тяжелее и больше, и я лизнула свои губы, желая расстегнуть его ширинку и попробовать его. Я потянула свои трусики вниз, виляя, чтобы снять их. Подобрав трусики, я протянула их Шейну, который взял их дрожащей рукой.

Дрожь в руке заставила меня растаять еще больше.

И потом, конечно же, я снова чихнула. Шесть раз.

Его взгляд бродил по моему телу, а затем он коснулся моих царапин на ладонях и кровоточащих коленях.

— У тебя кровь, — сказал он.

Вернувшись с аптечкой, он достал ватные диски и перекись.

— Садись, — приказал он голосом, не терпящим возражений.

Я сидела голая на унитазе из фарфора, который холодил мою кожу. Он налил перекись на диск и прислонил его к ране, присев почти на корточки. Его лицо было на одном уровне с моими грудями, и соски стали напряженными от его жаркого взгляда. Я отклонила свои колени друг от друга, и он наблюдал за каждым движением моей промежности, эпилированной, но не полностью.

— Будет немного жечь, — сказал он. Что-то в его голосе и целенаправленном взгляде, в том, как он возился с моим коленом, подсказывало, что у него есть медицинский опыт.

Я зашипела, когда стало жечь, но не дрогнула. Он приложил чистый диск и стал нежно и тщательно обрабатывать мое другое колено. Он взял мои руки в свои и также очистил их.

— Ты делал это раньше, — сказала я.

— Делал что? — спросил он, не глядя.

— Обрабатывал раны, у тебя есть какая-то медицинская подготовка.

Он кивнул.

— Шесть лет я работал военным врачом, проведя большинство времени в Ираке и Афганистане.

— Ты видел бои?

Он кивнул, и напряжение в его плечах подсказывало, что он не хочет развивать эту тему дальше.

— Да, гребаная клятва …, — он оборвал себя. — Прости. Да, я видел бои.

— Джон всегда мне говорил, что я слишком много клянусь, — попыталась я пошутить, чтобы сгладить обстановку. Шейн засмеялся и взглянул на меня со светящимся в глазах юмором и благодарностью.

— Это было все, что он мог сказать.

Теперь была моя очередь напрячься, и я знаю, что он заметил это.

— Извини, ничего личного, — сказал он, вставая и выбрасывая грязные ватные диски. — Согрейся. Я положу твои вещи в сушилку.

Он повернулся, чтобы уйти, но я поймала его за руку.

— Спасибо, — поблагодарила я. Он просто кивнул и вышел из ванны, бросив последний долгий взгляд на мое обнаженное тело.

Глава 4

Я принимала душ, наслаждаясь теплом. Очевидно, что это было холостяцкое жилье, потому что у него была одна бутылка 2- в -1 шампунь-кондиционер, одна бутылка геля для душа и черная мочалка, висящая на ручке. Я решила использовать все, что у него было, ненадолго задумавшись над гигиеничностью использования мужской мочалки, но в конечном итоге желание быть чистой победило.

Пушистое черное полотенце висело на стене, чистое и сухое, и я воспользовалась им, чтобы обернуть вокруг груди. У него был только гребень, который вряд ли справился бы с моими локонами, так что я оставила эту идею.

Я нашла его на кухне, когда он готовил кофе, в чистых синих джинсах и выцветшей футболке с надписью «Led Zeppelin». Услышав, что я вошла, он поднял взгляд, помешивая кофе, и замер, уставившись на меня.

Его взгляд был напряженным, пожирающим. Я решила поиграть в застенчивость.

— Что? — спросила я, изображая невинность.

— Ты, просто… ты…

— Что я? — я обошла столешницу, подходя к нему.

Он попятился, оставляя кофе. Я наступала на него, пока он не уперся в столешницу.

— Ты сексуальная, — сказал он хриплым голосом, пробегая глазами по моему полотенцу и моим спутанным локонам. — Ты не имеешь ни малейшего представления, как действуешь на меня.

Я посмотрела на промежность, где его выпуклость становилась все больше и больше. Я провела ногтем по его бедру, его эрекции, молнии на его джинсах, не отводя взгляда от его лица.

— Я думаю, что представляю, — сказала я.

Он покачал головой.

— Нет, ты, правда, не представляешь.

— Ну, тогда покажи мне, — прошептала я.

Я начала расстегивать джинсы, целуя его в челюсть, но он поймал меня за руку.

— Лео, мы только что познакомились. Это… это сумасшествие. Я знаю, что поцеловал тебя первым, но я ничего не мог поделать с собой. Ты выглядела такой расстроенной, мокрой и чертовски сексуальной…

— Это сумасшествие, — согласилась я. — Но я хочу этого. Я хочу этого, потому что это сводит меня с ума. Я никогда не встречала такого, как ты. Моя жизнь была разумной, одно ответственное решение за другим. Ты делаешь меня сумасшедшей и импульсивной, и мне это нравится.

Его голос был хриплым, а хватка на руке ослабла.

— Слушай, я знаю, что выгляжу как легкомысленный байкер, но я не один из тех парней на одну ночь.

Что-то дрогнуло внутри меня. Это было не чувство вины, но что-то близкое к этому. Чего я хочу в долгосрочной перспективе? Я не думала так далеко. Все, что я знала: это жар внизу живота, влажность между моих бедер и моя рука, жаждущая коснуться его твердости.

— И что? Я тоже не хочу стать девушкой на одну ночь, — я сменила тактику, убрала руку от его промежности, и он отступил. Я просунула руку под его футболку, чтобы пройтись по его твердому, как доска, прессу.

— Лео, я… Боже, ты сводишь меня с ума, — он запрокинул голову, и его глаза затрепетали, когда я прошлась обеими руками по его телу, ощущая твердость мышц и горячую кожу. — Ты толкаешь меня к краю, и я не в состоянии остановить себя.

— Хорошо, — прошептала я, мои губы снова на его шее.

Я снова провела руками по его торсу, задевая тяжелую выпуклость еще раз. Я очень хотела увидеть его член, увидеть его свободным от штанов, чтобы я могла коснуться его, взять в свой рот и в свою киску.

Я думала о том, что сказать ему, но пока еще не была импульсивной.

Он схватил меня за руку и мягко, но решительно оттолкнул от себя.

— Черт побери, я пытаюсь быть благородным сейчас. Если бы я взял тебя, я бы был… милым. Рыцарем, если хочешь. Но я не собираюсь этого делать. Я имею в виду… Боже, да, я хочу тебя, ты так чертовски сексуальна, что невозможно вытерпеть, но я не думаю, что ты…

— Шейн, послушай. Я никогда не делала в своей жизни ничего подобного. Когда я была с Джоном, с ним всегда было одно и то же. Достаточно хорошо, но скучно, — я убрала руки и попыталась пальцами расправить свои волосы. Это была невыполнимая задача, особенно с мокрыми волосами. — Я хочу большего. Причина — ты, то, как ты нашел меня. Джон красивый, спокойный, стабильный, но чертовски скучный. Он ненавидит, когда я клянусь, хотя я делаю это еще с детства, и он занимается сексом только в темноте и в миссионерской позе. Он работает в банке и носит брюки цвета хаки даже по субботам. Он не пьет больше трех стаканов пива и ненавидит оральный секс. Он единственный парень в мире, кто не теряет голову.

Я была на взводе, особенно сейчас, когда я призналась, в том, что никогда раньше не произносила вслух.

— Я встречалась с Джоном с тех пор, как мне исполнилось девятнадцать. Он стал моим первым. Я никогда не покидала Флориду, штат Мичиган, кроме одного раза в средней школе, со своей подругой Шелли. Мне скучно всю свою жизнь. Мне скучно с Джоном. Я хочу большего. Я хочу большего. Я хочу взволнованности. Я хочу парня, который желает меня, который заставляет меня становиться влажной от одного только взгляда, как ты сейчас. Я хочу парня, который сводит меня с ума. И ты знаешь, что когда я увидела тебя возле харлея, в кожаной куртке и с пирсингом — я недооценила тебя. Я думала, ты такой себе «стереотипный» байкер. Грубый и готовый трахаться в любой момент. Я боюсь, что сошла с ума, но у меня нет ничего своего сейчас. Моя машина на имя Джона. Дом на имя Джона. Мои отложенные деньги на счету Джона. Я не знаю, что собираюсь делать, но я точно не желаю возвращаться к Джону. Я даже не хочу забирать свою одежду или книги, или что-либо еще. Я просто хочу идти дальше. А ты…. Ты сводишь меня с ума, Шейн. Я знаю тебя около часа, а ты уже разжег огонь внутри меня. Ты поцеловал меня в лифте, и я клянусь, мое сердце остановилось. Я никогда не целовалась так, ни с кем, даже в своих фантазиях.

У меня перехватило дыхание, и я снова попыталась расправить волосы. Шейн смотрел на меня пристально, с интересом, похотью, сочувствием. Слишком много эмоций, чтобы разобраться. Его глаза были такими выразительными. Теперь я, наконец, поняла, как героини эротических романов могли утопать в глазах мужчины. Я действительно утонула в его огромных серо-зеленых озерах, забывая дышать.

Когда Шейн понял, что я задыхаюсь, он шагнул ко мне, взяв в свои руки мое лицо, и поцеловал. Его руки пробежали по моей спине, моим плечам, еще влажным после душа, вниз к краю полотенца на моих бедрах. Его руки нашли мои ягодицы и нежно сжали. Я приподнялась и пробежала руками по его твердому позвоночнику.

— Так что, я твой новый старт? — руки Шейна поднимались вверх, зеркально моим.

— Что-то вроде того. Ты мое безрассудство. Я хочу этого с тобой, и я не боюсь поддаться импульсу, или сойти с ума. Я хочу этого, по крайней мере, частично, потому что это сумасшествие.

Он улыбнулся и быстро поцеловал меня в губы.

— Так долго, как ты этого захочешь. Я не хотел бы, что бы ты чувствовала себя совращенной «мужчиной, как я».

Я закатила глаза.

— Я уже говорила, что недооценила тебя, мне очень жаль.