– Никакой. Мы едем сами. Купили билеты, и всё. А веду я себя по-другому, потому что уже не так волнуюсь. Всё-таки у нас уже есть опыт…

– А гостиница какая?

– Там увидишь.

– Ты что, издеваешься?!

Я начала волноваться. На мою маму всё это было совсем не похоже. Она всегда ездила только по путёвкам, чрезвычайно обстоятельно подходила к планированию путешествий и не терпела в этих делах никаких сюрпризов, очень боялась всего, что связано с перелётами, и уж точно врала, что сейчас не волнуется. Подменили её, что ли? Или съела что-то странное? А может быть, влюбилась?..

– Если ты сейчас же не расскажешь, что к чему, зачем мы едем, где поселимся и прочее, я тоже никогда с тобой ничем не поделюсь, – сказала я.

Ультиматум подействовал.

– Ладно, – ответила мама. – Всё равно бы ты узнала, только позже. В общем, помнишь, дядю Вову? Ну, отца этого мальчишки, того, кто учил тебя?

– Андрея, что ль?

– Угу.

Если честно, дядю Вову я не помнила. Я даже не знала до сих пор, как его звать. Но забыть момент его знакомства с мамой было нельзя…

– Ты же с ним скандалила!

– Ну, да, – вздохнула мама. – Некрасивая сцена тогда получилась. Я очень злая была, за тебя волновалась. Но Владимир мне тогда уже понравился.

– В смысле – «понравился»? – Я обалдела.

– В прямом! Думаешь, ты только можешь влюбляться? Думаешь, что, если матери тридцать девять, она уже и не женщина?!

– Да не думаю я так… Выходит, ты… То есть, вы с ним… С этим Вовой…

Я смутилась. Маме тоже было неудобно. Мы немного помолчали, а потом она продолжила:

– В общем, помнишь, на следующий день я пропала?

– Ещё бы, такое забыть! Ты сказала, что с Мухтаром разговаривала, а я тем временем обегала весь отель! Чуть с ума не сошла!

– Извини. Я ходила на станцию.

– Да уж теперь-то я знаю! Андрей написал. Он решил, что ты пришла ругаться снова.

– На самом деле я очень хотела увидеть Владимира и извиниться за свой скандал. Нашла, извинилась, мы с ним познакомились. Целый час проговорили – не заметили, как время пролетело. А в конце он признался, что рад меня снова увидеть. И пригласил на свидание на следующий день.

– На свидание? Так ты же была на экскурсии… Стоп! Ты меня обманула? Но как? Ведь ты же звала меня поехать вместе? А если бы я согласилась?

– Не согласилась бы. Я ж тебя знаю.

– Вот врушка!

– Ну, прости. Теперь ты знаешь. Этот вечер мы с Владимиром провели в городе. По набережной гуляли, в кафе сидели…

Вот так дела! Выходит, мы с мамой прогуливались со своими кавалерами в одно и то же время по одним и тем же улицам! Просто чудо, что не встретились! Интересно, она тоже целовалась возле моря?..

– Значит, мы теперь летим к Владимиру?

– Да, Люда. Весь этот месяц мы с ним переписывались, а теперь он пригласил меня к себе. Он снимает квартиру в Дахабе. Там и поживём. Увидишь город. Он такой уютный! Очень жаль, что мы с тобой всё время просидели в гостинице…

Я раздумывала над тем, стоит ли сказать маме о том, что город я уже видела, причём в тот же вечер, что и она, когда вдруг меня осенила мысль. Я не просто увижу Андрея! Я буду жить с ним под одной крышей!


Квартира, где нас гостеприимно встретили, представляла собой второй этаж небольшого домика в Ассале. Первый, как вскоре выяснилось, тоже снимали русские: наших соотечественников, решивших сменить шумный город и зиму длиной в девять месяцев на вечное лето в деревне у моря, было немало. Снаружи дом был белым, внутри тоже: стены, пол и потолок. Ни обоев, ни паркета: только плитка на полу, чтоб попрохладней. Маленькие окошки имели по паре деревянных ставень: внутренние со стёклами и наружные – сплошные, чтобы прятаться от солнца и лишних взглядов. В каждой комнате стоял кондиционер. За исключением газовой плиты, это была единственная техника, имевшаяся в этом доме. Мебель тоже была скромной, немногочисленной. Вместо обеденной зоны – гнездо из половиков и подушек вроде того, что я видела на станции. Какому-нибудь любителю ковров на каждом шагу, пузатых диванов и штор с ламбрекенами это жильё не пришлось бы по вкусу. Но мне даже очень понравилось.

Отец и сын встретили нас угощением, как полагается. Дядя Вова вежливо расспросил, как мои дела, как экзамены, всё такое. Андрей бросил пару фраз в ответ на мамину попытку заговорить с ним. В общем, все были вежливы, но всем было неловко. Взрослые стеснялись нас, а мы с Андреем – их. Но ещё больше – друг друга. Я не представляла, как вести себя с Андреем и о чём он вообще думает. Соскучился? А может, у него другая девушка и он лишь раздражён, что я приехала?

Вскоре дядя Вова предложил Андрею «показать Люде Дахаб или вместе пойти искупаться». Это был очевидный повод спровадить нас из дому: взрослым явно не терпелось остаться наедине. Мы, естественно, не собирались навязывать им своё общество.

– Ну, что, куда пойдём? – спросил Андрей, как только мы оказались на улице. Это были первые слова, с которыми он ко мне обратился.

– Не знаю.

– Я тоже не знаю.

Воцарилось неудобное молчание. Несколько секунд Андрей стоял, а потом, не говоря ни слова, побрёл куда глаза глядят. Я двинулась за ним. Прошло не меньше минуты, прежде чем я решилась заговорить.

– Ты рад меня видеть, Андрей?

Он остановился.

– А ты?

– Я первая спросила.

– Я второй.

– Нет, ответь ты сначала!

– Нет, ты!

Что же, ладно…

– Я часто тебя вспоминала. Хотела увидеть. Ведь ты обещал, что приедешь. А потом передумал. Писать мне совсем перестал. У тебя уже другая девушка?

Услышав последнюю фразу, Андрей возмутился:

– А тебе-то что?! Ведь ты же не одна! У тебя же этот Жека!

Я обмерла:

– Но откуда ты знаешь?

– Да уж знаю! Не такой я дурачок, как ты решила! У отца подсмотрел переписку с мамашей твоей. Она ему писала, что ты взрослая уже, в кино ходила с парнем, а теперь стоишь под окнами, целуешься…

– Я с ним не целовалась!.. В этот раз…

– А в другой?

– В другой… На выпускном… Тогда я уже знала, что ты не приедешь.

– Зачем мне было ехать, если ты меня не ждёшь?

– Зачем мне было ждать, если ты писал мне всё реже и реже?

– А зачем мне было надоедать тебе перепиской, если ты уже гуляла с этим Жекой?

– Да откуда ты имя-то знаешь?

– Одноклассников спросил твоих «ВКонтакте»!

– Вот ведь сплетник!

– Я не сплетник! Я просто должен был знать, как ты там! Помнишь меня или нет…

– Ну, конечно, я помнила!

– А с этим зачем же встречалась?

– Не знаю… Наверное, чтоб окончательно убедиться, что он – не то.

– Ну, конечно! Какая красивая фраза! Из романа, да? Вы все так говорите! Наверное, ему ты скажешь то же, когда вернёшься?

– Нет. Клянусь! Если хочешь, прямо при тебе я напишу ему, что больше с ним не встречаюсь! Просто мне казалось, что я всё ещё люблю его. А на последнем звонке…

– Не хочу ничего знать про ваш последний звонок. И про Жеку чтоб больше не слышал! – прервал меня парень.

Опять воцарилось молчание. Я понятия не имела, что теперь делать. Андрей меня прощает? Или мы теперь расстались навсегда? Несколько минут мы шли, не произнося ни слова и даже не глядя друг на друга. Даже торговцы, поначалу обратившие на меня внимание и атаковавшие нас сразу после выхода на улицу с магазинами, заметили наши мрачные лица и отступили.

Вскоре мы оказались в том месте, где месяц назад изучали подводный мир. Не сговариваясь, уселись на каменную оградку, отделяющую берег от дороги. Здесь всё напоминало о лучшем из дней в моей жизни. Был прилив: в сотне метров от нас разбивающиеся о коралловый риф волны превращались в белую пену. По дороге прошли два верблюда, везущие красных от солнца туристов. Из гостиницы напротив раздавался радостный визг детей, плещущихся в бассейне. А я думала и думала о том, как заговорить с Андреем. Как прервать тишину, прекратить эту тяжкую неизвестность…

– Ты вот говорил, что здесь с родителями… Где же твоя мама? – Я не была уверена в том, что это удачная тема для разговора, но ничего лучше не придумала.

– Мама в России, – ответил Андрей. – Развелись они с папой. Давно уже. Мне это не нравится, вот я и наболтал тебе, что вместе они, оба здесь как будто.

– Значит, ты живёшь не с бабушкой, а с мамой?

– Когда учусь – с обеими, а с папой – на каникулах.

– Понятно… А я всегда с мамой… – Тут мне пришла в голову глупость. – Слушай, а если наши родители поженятся, это что получается – ты станешь моим братом?

Андрей поднял глаза, посмотрел на меня и уверенно, твёрдо ответил:

– Нет уж. Твоим братом я не буду ни за что! Если ты мне и станешь кем-то – то только моей девушкой!