— Ну что ж, это вполне уважительная причина для примирения, — сказала я, когда Джерри пошел на кухню варить кофе.

— Вибрирующие подушки… — бормотал он по дороге.

Уходить Салли не торопилась. Как все влюбленные, она решила рассказать нам о многих достоинствах хлыща. Выяснилось, что Саймон решил остаться служить в Дублине. Но это было нелегко, поскольку в Корке его ожидало большое повышение.

— Неужели генеральская должность? — с любопытством спросила я.

Но Салли пропустила мой вопрос мимо ушей.

— Он самый чуткий человек, которого я встречала. — Она ослепительно улыбнулась Джерри, который принес нам кофе.

Методом дедукции я пришла к выводу, что в пору их супружеской жизни Джерри чуткостью не отличался. Но то был прежний Джерри. С тех пор мы все изменились. Усвоили полученные уроки. Я могла бы сказать ей, что теперь Джерри не все время проводит на работе. И считает, что личная жизнь так же важна, как и карьера. Ну, почти так же. Разве после моей горячей просьбы он не порвал на кусочки фотографии жены Ноэля, где она была запечатлена с молодым любовником, тоже Ноэлем? Прежний Джерри скорее разорвал бы на кусочки самого себя, чем согласился бы на такое.

Когда Салли наконец ушла, он бросил на меня ошарашенный взгляд.

— Вибрирующие подушки?..

Итак, счастливые Салли и Саймон воссоединились, дата свадьбы Сандры и Джимми неуклонно приближалась, а нас с Джерри как магнитом тянуло друг к другу. Казалось, все были довольны и счастливы. Кроме Фионы. Хотя и она с течением времени хныкала все меньше и меньше. И даже, если я не ошибалась, восстанавливала свое прежнее нахальство. По моему настоянию она написала Сэму письмо с просьбой объяснить положение вещей. Однажды утром от Сэма пришел ответ, которому больше всех обрадовался Джерри.

— Еще один хеппи-энд! — улыбнулся он, помахивая конвертом. — Фиона! — крикнул он, подняв голову. — Тебе любовное письмо. Живо спускайся!

Фиона быстро вскрыла тонкий конверт, а затем уронила его на стол.

— Сэм хочет развода! — запричитала она. Джерри ударился в панику.

— Я уже опаздываю. Энни, ты готова? — Он вскочил из-за стола, не закончив завтрак.

— Нет. Поезжай без меня. Я немного побуду с Фионой, а потом приеду на автобусе.

— Не нужно. Я возьму «Хайэйс». А ты можешь взять машину. — Он ненавидел ездить по городу в микроавтобусе и делал это только при крайней необходимости. Я поняла, что он очень жалеет Фиону, хотя и стремится сбежать от нее за тридевять земель. Джерри положил руку ей на плечо. — Фиона, прими мои соболезнования. Но, может быть, это и к лучшему.

— Не мели ерунды. Как это может быть к лучшему? Я люблю Сэма! — провыла она, прижавшись лицом к моей груди.

— До скорой встречи. — Джерри торопливо поцеловал меня.

Я начала утешать Фиону.

— Ты уверена, что он не погорячился? Люди часто совершают поступки, о которых потом жалеют.

— Погорячился? Черта с два! Она на пятом месяце. Я взяла конверт и уставилась на него, пытаясь найти нужные слова. Но вдохновение не приходило.

— На пятом месяце? Это как минимум шестнадцать недель, — пробормотала я.

— Выходит, они сошлись намного раньше, чем я думала!

— Не плачь. — Я похлопала ее по спине.

— Энни, она уродливая корова. Что он в ней нашел?

— Не знаю, милая. — Сука!

— Знаешь, Фиона, танго — это парный танец, — мягко сказала я.

— Танго? Ты что, белены объелась? Они на Кубе, а не в Буэнос-Айресе!

Наконец я добралась до офиса. Увидев меня, Сандра подбежала к двери.

— Посмотри, что нам принесли утром! — Она держала в руках огромный букет. Большие белые лилии, кружевной аспарагус, тюльпаны с желтыми прожилками. И тугие бутоны красных роз.

— Нам?

— Ну, всем сотрудникам агентства. От борца за охрану окружающей среды. Точнее, от его матери. Он вернулся домой целый и невредимый. И привез с собой подружку, с которой познакомился в лагере. А его мать прислала нам цветы. Правда, здорово? — Она кружилась по офису, держа цветы как свадебный букет. Воздух наполнился тонким ароматом лилий.

— Значит, с нашим воином все в порядке. Он решил остаться?

— Мало того. Он решил готовиться к поступлению в университет. Девушка, с которой он познакомился, учится на втором курсе факультета охраны природы. Она убедила его, что нужно получить диплом. Его мать от нее без ума. Сегодня утром она позвонила в офис, поблагодарила нас, а потом доставили букет. Ты только посмотри на эти цветы. Они наверняка стоят целое состояние!

— Джерри их видел?

— Джерри? Едва ли он интересуется цветами.

— Тебя ждет сюрприз.

— Энни, скажи мне правду… — Она нахмурилась и положила букет на мой письменный стол. — Между тобой и Джерри что-то есть?

Я вспыхнула.

— Значит, есть. Ты красная, как свекла.

— Я не хотела говорить раньше времени. Во-первых, есть трудности с мальчиками. Во-вторых, его бракоразводный процесс закончится только в сентябре, так что…

— Я так и знала! — Сандра обняла меня. — Вы женитесь?

— Гм-м… нет. Но мы живем вместе. — Я улыбнулась. — Я имею в виду, по-настоящему.

— О, это так романтично!

— Серьезно?

— Ну, ведь ты же выходишь замуж за своего босса! Разве не об этом мечтает каждая девушка?

— Только не я. И мы не собираемся жениться.

— Посмотрим, что будет через полгода! — засмеялась Сандра.

Она начала что-то лепетать о свадьбах, романах и любви до гроба, но тут зазвонил телефон.

— Сыскное агентство Даннинга. У телефона Сандра, — привычно проворковала она в трубку. — Чем могу служить? — Она секунду помолчала, а потом нахмурилась и показала мне на параллельный телефон.

Звонили из местного полицейского участка. Они хотели сообщить Джерри, что ночью волны выбросили на берег тело старой миссис Леннон. Человек, гулявший с собакой, обнаружил ее труп в камнях на узком мысу, в сотне миль от того места, где она упала в море.

— Так действует прилив. Мы специально следили за этой частью побережья. — Конечно, все мы знали, что так и будет. И иногда даже желали, чтоб это случилось побыстрее. Чтобы все осталось позади и бедный старый мистер Леннон смирился со случившимся. И все же новость была печальная.

— Я сообщу Джерри, — сказала Сандра. — Наверно, он захочет повидать старика.

Она позвонила Джерри на мобильник.

— Да… Мне очень жаль, Джерри. Я знаю, как он тебе нравится. Но, наверно, так было написано у них на роду. Я хочу сказать, они прожили вместе почти шестьдесят лет. Шестьдесят, представляешь? Нет, я не думаю, что ему уже сообщили. Они хотели, чтобы ты позвонил в участок. Да, она здесь. Передам. — Она положила трубку и повернулась ко мне. — Он поехал к мистеру Леннону. Сказал, что вернется поздно. — Сандра подняла букет и зарылась лицом в душистые лепестки. — Если бы что-нибудь случилось с моим Джимми, я бы этого не пережила.

Однако мистер Леннон принял трагическую весть с поразительным спокойствием. Хотя до самого конца надеялся, что она где-то живет под другим именем. Он попросил Джерри отвезти его на то место, где нашли тело. В его реакции не было ничего наигранного. Старик пролил всего несколько слезинок, но Джерри говорил, что лично он предпочел бы бурные рыдания.

Бурные рыдания встретили Джерри дома. Фиона выяснила, что она сможет вылететь на Кубу только через неделю. Я пыталась урезонить ее.

— Сейчас разгар сезона отпусков. Билеты на все рейсы раскуплены.

— Мать твою, я лечу туда не в отпуск! И не для собственного удовольствия, а для спасения своего брака!

— Я знаю, Фиона. Но билетов нет. У них нет брони для женщин, мужья которых уходят к русским. Точнее, к наполовину русским, — поправилась я. Я знала, что это грубо и бесчувственно, и помнила, что сама Фиона никогда не отказывала мне в моральной поддержке. Просто ее проблемы казались мне мелочью по сравнению со страданиями бедного мистера Леннона, который хотел взглянуть на распухшее от воды тело женщины, которая прожила с ним шестьдесят лет.

— Понятно, Энни. Ты счастлива с Джерри, а на остальных тебе наплевать. Верно? Тебе нет дела до моего разбитого сердца. У тебя есть Джерри, и этого достаточно! — Она упала на диван и заревела в три ручья.

Когда я попыталась объяснить свои чувства, Фиона захлопала глазами.

— Энни, ты стала настоящей эгоисткой! Джерри вернулся домой бледный как смерть и тут же стал утешать Фиону. Мы утешали ее оба, но тщетно. Наконец в комнате воцарилась неловкая тишина.

— Фиона, может, съедим что-нибудь? — выдавила я. — Если хочешь, можно куда-нибудь съездить. Например, в тот новый итальянский ресторан, который хвалили в газетах.

Джерри посмотрел на меня как на умалишенную.

— Я не против. — Фиона высморкалась. — Может быть, там мне станет легче.

И мы отправились в ресторан. Все ризотто Фиона проплакала.

Тогда официант принес ей специально приготовленное жаркое. Это было угощение от владельца ресторана, сидевшего за соседним столиком и не сводившего с Фионы глаз. Наверно, он испугался, что Фиона отвадит от его заведения всех посетителей. Она тут же перестала плакать и принялась за каламари.

На десерт ей принесли фирменные пирожные. Фиона не остановилась, пока не съела все до крошки. Видя это, владелец ресторана довольно улыбался. Через несколько минут он сидел за нашим столиком и поглаживал ее загорелое колено.

Поскольку он был довольно молод и поразительно красив (хотя, на мой вкус, чересчур полноват), Фиона не шуганула его. Наоборот, была довольна, когда итальянец, по-прежнему поглаживая ее смуглое бедро, начал рассказывать о двух других принадлежавших ему ресторанах — судя по всему, пользовавшихся оглушительным успехом. Когда дело дошло до кофе и демонстрации фотографии пожилых родителей Пино, снятых на фоне роскошной виллы под Римини, Фиона начала улыбаться.

А когда Пино предложил отвезти ее домой на своем «Порше», Фиона сорвалась с места как молния.