Мэри Хоппкинс


Детские шалости

http://www.la-magicienne.com

OCR – Лена

Spell Check – Фэйт


М.: Международный журнал «Панорама», 2000. – 192 с.

ISBN 5-7024-1056-4

Переводчик: Е. С. Мартынова

© Hoppkins Mary, 1972


двойник: ЛОРЕНС Ким ”Известность любви не помеха”

(LAWRENCE Kim ”An Innocent Affair (1998)”) – 3-я книга из серии "Triplet Brides"

Аннотация

Многие встречают своих будущих супругов на свадьбах. Изабел Кайл и Бейард Стерн, известная киноактриса и преуспевающий бизнесмен, познакомились на вечеринке в честь венчания Рейчел, старшей сестры Изабел, и знаменитого актера Бенедикта Свенсона. Молодые люди влюбляются с первого взгляда, но суждено ли им пойти по жизни вместе? Ведь жестокий мир искусства и большого бизнеса, в котором живут герои, кишит изощренными интригами и каверзами завистников.

1

– О Господи, опять! – Изабел Кайл брезгливо отшвырнула журнал, и он шлепнулся на кипу газет, валяющуюся у кресла. – Как только им не надоест!

Вот уже три месяца, как имя Изабел, известной киноактрисы, на все лады склоняли в прессе. Лето – пора отпусков и затишья на информационном фронте. Поэтому журналисты по-бульдожьи вцепились вслух о романе любимицы публики и продюсера фильма, в котором она только что снялась. На самом деле Изабел и Клиффорд Мередит сознательно организовали «утечку». Клиффорд любил совсем другую женщину, Жаклин. Влюбленные вынуждены были скрывать свои отношения, потому что Клиффорд был женат, и, хотя давно не жил с женой, та, будучи скандальной и стервозной, не давала ему развода, а у Жаклин был взрослый сын, состоящий на государственной службе, – связь матери с женатым мужчиной могла плачевно сказаться на его карьере. Поскольку жена Клиффорда, певичка, чья слава давно покрылась толстым слоем паутины, заподозрила неладное, продюсер, чтобы избежать скандала, обратился за помощью к Изабел, с которой был очень дружен.

Изабел согласилась сыграть роль дамы сердца: во-первых, ей хотелось выручить человека, который многое для нее сделал, а во-вторых, она всегда любила шутки и мистификации. Заговорщики рассчитывали, что пресса пошумит-пошумит, да и забудет про них, а тем временем Клиффорд разведется с женой и женится на Жаклин. Все будут довольны и счастливы.

Однако, как часто бывает, человек предполагает, а Бог располагает. Изголодавшиеся по сенсациям газетчики вцепились в «историю любви» мертвой хваткой, и не проходило дня, чтобы Изабел не узнала про себя что-нибудь новенькое. Сначала ее это забавляло, потом стало утомлять, а к исходу второго месяца – раздражать. Из общительной веселой девушки она превратилась в затворницу, вздрагивающую каждый раз, когда в ее квартире звонил телефон, и боящуюся подойти к окну, чтобы не попасть в объектив фоторепортеров, которые взяли ее дом в осаду. Лучшая подруга Карола не раз предлагала приютить Изабел на время, пока все не уляжется, но Изабел неизменно благодарила и отвечала отказом. Она ждала, что втравивший ее в эту историю Клиффорд вот-вот разберется с женой, разведется, и тогда кошмар закончится.

Но Клиффорд в каждом телефонном разговоре уговаривал «подождать еще немножко», и в конце концов у Изабел лопнуло терпение. Сегодняшние газеты и – особенно – журнал подлили масла в огонь ее гнева. Изабел позвонила Клиффорду и выдвинула ультиматум.

– Я еду на свадьбу к сестре. Меня не будет в Лондоне пару недель. За это время ты должен уладить все дела, иначе я за себя не отвечаю. Ты знаешь, мне нравится Жаклин, но ставить под удар свою карьеру ради карьеры ее сына я не желаю. Наша шутка зашла слишком далеко, ты не находишь?

– Да, – уныло согласился Клиффорд, – ты права. Но если бы ты знала, скольких нервов стоит мне пятиминутный разговор с Робертой…

– Твоя жена очень любит деньги, попробуй действовать в этом направлении, – посоветовала Изабел. – Кроме того, я думаю, с помощью этого скандала она с лихвой вернула себе былую популярность, так что теперь тебе будет легче вести разговор о разводе.

– Ох, дорогая, – запричитал Клиффорд, – Роберта сущий дьявол…

У Изабел аж в глазах потемнело от гнева. Ей впервые пришло в голову, что, возможно, Клиффорд все это время не предпринимал никаких шагов, поскольку боялся своей жены как огня. А действительно: единственная пострадавшая в этой истории – она, Изабел. Жаклин, заботливая мамочка, поставила жесткое условие Клиффорду, тот всеми правдами и неправдами оберегает покой своей возлюбленной, Роберта получила такое паблисити, которое ей и не снилось, а отдувается за всех верный друг Изабел Кайл.

– Вот что, Клиффорд, – сурово сказала она. – Если ты не решишь проблему, я рассержусь так, что Роберта по сравнению со мной покажется тебе агнцем. Ты все понял?

Прежде чем трубка легла на рычаг, Изабел с мстительным удовлетворением услышала тяжелый вздох собеседника.

2

– Тетушка Мэб и слезинки не проронила. – Мягкий льстивый голос Летишии звучал осуждающе. – А вот я всегда плачу на свадьбах…

Изабел никогда бы не подумала, что отороченный кружевом носовой платок, которым ее кузина промокала совершенно сухие глаза, в данной ситуации мог бы каким-то образом помочь. Приглядевшись, Изабел не заметила на безупречно накрашенном лице кузины ни малейшего следа потекшей косметики.

– А уж на собственной свадьбе тебе, наверное, хотелось реветь в три ручья, – ядовито заметила Изабел и тут же пожалела о столь резком выпаде: ведь всем было известно, как непрочен брак ее кузины.

Изабел просто недолюбливала Летишию – та была легкомысленной особой, слишком много о себе мнившей и склонной к лицемерию. Проведенные в ее компании десять минут совершенно вывели Изабел из равновесия.

– Ничего подобного! Знаешь, Дик сейчас на континенте, по делам фирмы. Я по нему скучаю, хотя тебе этого, возможно, не понять. Ты ничего не смыслишь в прекрасном родстве душ, которое дарит брак с любимым человеком.

Изабел молча проглотила обиду. В последнее время ей пришлось вытерпеть кое-что и похуже. Кроме того, на этот раз она сама нарвалась на оскорбление. Ты просто неуклюжая гусыня, Изабел Кайл! – мысленно отругала себя девушка. Все ведь знают, что Дик ездит на континент не для того, чтобы заниматься делами, а чтобы без помех провести время с хорошенькой девушкой, копией Летишии, но десятью годами моложе. Кузина догадалась, о чем подумала Изабел, и густо покраснела.

– А давай сделаем как можно больше твоих фотографий, чтобы Дик увидел, как весело ты проводила время в его отсутствие, – предложила Изабел, пытаясь искупить свою вину. – Скажи-ка: сы-ы-р! – велела она кузине, поднимая фотоаппарат. – Делла распорядилась, чтобы я наводила эту штуку на все, что движется. Она убеждена, что официальные фотографии никогда не отражают того непринужденного веселья, которое царит на наших праздниках.

– О, Делла всегда была немного эксцентричной!

Изабел с трудом удержала готовое сорваться с языка ядовитое замечание, что лучше быть эксцентричной, чем пресной занудой вроде Летишии. Вместо этого Изабел смиренно сказала:

– Да, она и сейчас сумела отличиться. Подумать только, родить прехорошеньких близняшек за десять часов до венчания родной сестры!

Изабел понимала, что отсутствие Деллы было единственным темным облачком на ясном небосклоне счастья Рейчел. Три сестры поддерживали теплые отношения, а их мать Мейбел как никогда хотела бы видеть дочек вместе в этот знаменательный день.

– Ах, подумаешь – родить близнецов! Летишия поморщилась, и по выражению лица кузины Изабел догадалась, что сейчас ей придется выслушать подробнейшую историю деторождения самой Летишии.

– Да, наверное, не так тяжело, как тройняшек, – вздохнула Изабел и героически нацепила маску вежливого интереса, когда Летишия пустилась в пространный рассказ о своих родах.

История, которую Изабел слушала вполуха, шла вразрез с ее представлениями о материнских инстинктах, и было похоже, что у Летишии таковые отсутствовали напрочь. Странно, но кузина говорит, как старая дева, отметила про себя Изабел. Участливая улыбка постепенно сползала с ее красивого лица. Когда же эта пытка закончится? Но Летишия только-только добралась до момента, когда у нее отошли воды. Пожалуй, до конца еще далеко, с тоской подумала Изабел. Вот тебе и наказание за чересчур длинный язык! Бедняжка Летишия. Изабел вдруг стало жалко и Летишию, и всех тех женщин, которые вынуждены до последней капли крови сражаться за сохранение уже рухнувшего брака.

Двадцатью минутами позже Изабел, отделавшись от кузины, отправилась на поиски родителей. Ее внимание привлек один гость. Он был не намного выше и крепче своих собеседников, но явно выделялся из общей массы. Когда он начал говорить, оживленно жестикулируя, чтобы подчеркнуть то или иное слово, Изабел сняла с плеча фотоаппарат, направила объектив на мужчину и принялась делать снимки.

Но вот он круто обернулся и заметил Изабел. Она увидела его взгляд, и ей показалось, что земля уходит из-под ног. Почувствовав себя виноватой, как подсматривающий за взрослыми ребенок, Изабел поспешно отвернулась.

Какой позор! – ужаснулась она, пытаясь приладить на объектив черную крышечку. Чертов фотоаппарат! Она наклонилась, чтобы поднять с влажной травы выроненный пластмассовый кружок.

– Вам помочь?

Они схватили крышечку в одно и то же мгновение, и нежные пальчики Изабел случайно прикоснулись к широкой ладони незнакомца. Она увидела перед собой хорошей формы кисти, тонкие длинные пальцы с коротко обрезанными аккуратными ногтями. Изабел подумала, что такие руки могут принадлежать музыканту. Ей показалось, что от незнакомца исходит безмерная энергия, которая передалась и ей через легкое касание пальцев.