Однако в данный момент Джулиан сожалел, что не был в семье единственным ребенком.

София увлекла его к чаше с пуншем, где гостей было значительно меньше.

— Ты от меня не отделаешься, Джулиан. Я хочу услышать правду.

— Правду? — Он широко улыбнулся. — Можно подумать, что хотя бы одна из вас знает, что это такое.

Обе женщины как по команде приняли столь оскорбленный вид, что он не выдержал и расхохотался:

— Вы стали образцами добродетели, не так ли?

— Ты возмутителен, Джулиан, — ответила Лили. — Возможно, у нас с Софией и были грешки в прошлом, но сейчас у нас семьи, репутация и положение в обществе, с мнением которого нам приходится считаться, а тебе дела нет до этого.

Джулиан промолчал. Он действительно не думал об этом. Он любил своих сестер, племянниц, племянников, но завести собственную семью? Он был слишком далек от этого. Семейные узы, крепко опутавшие его сестер, не угрожали ему.

И хотя сплетники называли Джулиана бессердечным, Слова сестры глубоко тронули его.

Он подал знак слуге возле чаши с пуншем и передал бокалы сестрам.

— Вы правы. Я невоспитанный, безмозглый негодяй. Удивляюсь, как вы до сих пор меня терпите.

София отпила глоток тепловатого напитка и поморщилась.

— Даже не пытайся улестить меня своими чарами, Джулиан. Мне надоели твои выходки. Ну сколько это может продолжаться? Почему бы тебе, как большинству твоих ровесников, не жениться и не жить счастливой семейной жизнью?

— Мои ровесники? — Джулиан запрокинул голову. — Сестричка, ты говоришь это так, как будто я одной ногой в могиле.

— Ты можешь оказаться там, если не прекратишь увиваться за каждой юбкой от Эдинбурга до Пензанса.

— Пензанс? — переспросил он. — Не припоминаю, чтобы я бывал там.

Обе сестры были готовы взорваться от гнева, когда подоспело его спасение в лице леди Джерси, известной покровительницы Олмаков.

— Джулиан! Я рада, что вы получили мои приглашения, — сказала леди Джерси, незаметно оттерев Лили в сторону и взяв Джулиана под руку. — Я приказала отправить их вам в ту же минуту, когда узнала о вашем возвращении. Вечера по средам были скучны без вас.

Джулиан ехидно улыбнулся сестрам. Против леди Джерси они были бессильны.

Он завоевал ее благосклонность, подбрасывая пикантные сплетни и усиленно изображая, что исправляется под ее влиянием. Так она оказалась непроизвольно втянутой, в его интриги.

— Леди Траерн, леди Уэстон, — произнесла леди Джерси, — вы позволите похитить вашего очаровательного брата? Он мне просто необходим. Многие мои знакомые мечтают быть представленными ему.

Она лучезарно улыбнулась и, не ожидая их согласия, увлекла его за собой. В лондонском высшем обществе нашлось бы немного женщин, рискнувших проделать это, но леди Джерси была покровительницей Олмаков.

Ни София, у которой были на выданье две дочери, ни Лили, чья старшая дочь через пару лет будет представлена в свете, не захотели бы потерять такого поручителя.

Джулиан кивнул сестрам и последовал за леди Джерси.

— Разговор не окончен, Джулиан! — крикнула ему вслед София.

— Не думаю, что он будет когда-либо завершен, милая сестра, — ответил он, оглянувшись, и тут же обратился к леди Джерси: — Я буду называть вас леди Галахад[3] за то, что вы так отважно спасли меня.

— Они были ужасны, — сказала она. — За что вас распекали?

В ответ Джулиан только улыбнулся. Сэлли могла быть хорошим другом, но она заядлая сплетница. Почему он должен считать свое спасение бескорыстным?

— Старая песня, — пояснил он. — «Джулиан, женись! Ты разбиваешь слишком много сердец! Ты позоришь нашу семью!» — Джулиан мастерски изобразил гневные интонации сестер.

— Но вы и вправду такой, — рассмеялась леди Джерси. — Вы ужасный повеса, за что я и люблю приглашать вас. Ваше место здесь.

— Вы уверены? — Он изумленно поднял брови и сразу же прищурился, разглядывая стайку молоденьких девушек, среди которых были дочь герцога и наследница высокочтимого маркиза, чей род брал свое начало со времен Вильгельма Завоевателя. Заметив его наглый взгляд, девушки нервно захихикали, а некоторые из них густо покраснели.

— Я могу превратиться в дикаря в любой момент, — шепнул Джулиан леди Джерси.

Ее глаза округлились от ужаса.

— Ни в коем случае. Давая вам рекомендации, я говорила об исключительной порядочности. Почему моя репутация?.. — Она запнулась, пристально рассматривая его. Затем игриво ударила по руке. — Вы мерзкий, невоспитанный хам. Я должна была бы прекратить наше знакомство. Но я не могу. Нет, и еще раз нет. Вы так оживляете эти невыносимо скучные приемы.

— А как же репутация вершительницы судеб? — осведомился он, глядя на смеющихся девушек. — Итак, вы хотите представить меня этой стайке. Или более экстравагантным будет подойти самому и отрекомендоваться так, как я сочту нужным?

Леди Джерси усмехнулась:

— На вашем месте я бы не рискнула. Их высокопоставленные отцы не простят вам флирта со своими любимицами.

— Не волнуйтесь, у меня сегодня интерес в другом месте. Я просто хочу, чтобы моя будущая жертва немного помучилась, — выдал он маленькую тайну, заранее зная, что восхитит этим леди Джерси.

— Бедное дитя! Вы хотите отправить ее домой переполненной несбыточными мечтаниями? Я горю от нетерпения узнать, кто будет вашей очередной жертвой. Коварный обманщик. Вы ведь снова заставите меня помогать вам.

Если леди Джерси и была оскорблена, то об этом нельзя было догадаться, глядя на ее сияющие глаза.

— Вы последний мерзавец, Джулиан Дартиз! — проворковала она, подводя своего спутника к группе девушек.

Несколько пар широко открытых глаз смотрели на Джулиана так, как будто это чудовище сейчас жадно проглотит одну из них.

Леди Джерси стала представлять его, не обращая внимания на суровые взгляды нескольких почтенных дам, стоявших вдоль стен зала. Одна проворная мамаша успела утащить свое протестующее чадо еще до начала рокового знакомства. Оставшиеся проводили подругу злорадными усмешками.

Джулиан низко поклонился обладательницам сердец, которые ему предстояло покорить.

— Леди, это… честь для меня — быть представленным вам. Я вижу, что был вдали от Лондона слишком долго.

Они хихикали, прикрываясь ручками в кружевных перчатках и веерами.

— А теперь я хотел бы знать, с кем из вас можно спокойно разговаривать, не опасаясь разгневанного жениха? Я не дрался на дуэли около месяца и могу быть довольно раздражительным.

Все девушки восторженно закивали.

— Ни одна из вас не помолвлена? — снова спросил он. — Мужчины в Лондоне ослепли? — Джулиан подмигнул девушке, стоявшей позади других. Леди Аннабел, если он правильно запомнил.

Лицо Аннабел покрылось густым румянцем, а затем вдруг резко побледнело. Ноги у нее подкосились.

Джулиан был очень хорошо знаком с этими симптомами. Ни один из вечеров у Олмаков, на которых он присутствовал, не обошелся без обморока.

Он решительно шагнул вперед и подхватил девушку на руки.

— О, мистер Дартиз, вы спасли меня, — шептала она, в то время как остальные рвались к ней, предлагая наперебой веера, нюхательные соли и просто хороший щипок. Каждую из девиц распирало от злости, что не она первая додумалась до такого элементарного трюка.

Леди Джерси вздохнула и возвела очи к небу.

Джулиан осторожно поставил Аннабел на ноги:

— Надеюсь, вам уже лучше?

— О да. Все хорошо, — промолвила девушка со вздохом. Поговаривали, что ее отец имел большую долю в компании Ллойда. Не исключено, что знакомство, организованное леди Джерси, обернется для Джулиана немалой выгодой.

— Господин Дартиз, — произнесла Аннабел, — могу я просить вас еще об одной услуге?

— Все что угодно.

— Ответьте мне на один вопрос, который мы обсуждали до того, как вы подошли.

Девушки встревоженно смотрели на дерзкую подругу. Джулиан мог лишь предполагать, что творилось в головках этих чертовок.

— Я весь внимание.

Аннабел улыбнулась и кокетливо опустила длинные золотистые ресницы.

— Это правда, что ваше сердце не принадлежало ни одной женщине? Что вы никогда не были влюблены?

Ее смелость застала Джулиана врасплох. Он привык к тому, что болтовня дебютанток высшего света была совершенно бессмысленной. Подруги Аннабел испуганно притихли, словно птенцы, заметившие ястреба.

— Это уже два вопроса, моя маленькая леди Аннабел, — ответил он, лихорадочно соображая, как ему вывернуться из сложившейся ситуации. Леди Джерси была заинтересована его ответом не меньше остальных.

— Джулиан! Вы должны ответить, вы обещали!

— Принадлежало ли кому-нибудь мое сердце? — повторил он.

— Да! Любили ли вы? — умоляюще спросила другая девушка.

— Нет. Никогда! — солгал он.

Неожиданно лица девушек стали встревоженными.

— Я не могу в это поверить, — сказала Аннабел. — Каждый влюбляется хотя бы однажды, особенно когда молод! Вы ведь были молоды, господин Дартиз?

Стоя позади Джулиана, леди Джерси прилагала титанические усилия, чтобы не расхохотаться.

Сначала намек Софии, а теперь замечание этой едва оперившейся девицы. Джулиан задумался. Может быть, двадцать девять лет действительно преклонный возраст, раз все говорят об этом сегодня?

— Хорошо, дайте вспомнить, — ответил он. — Ведь это было так давно.

Девушки мгновенно воспрянули духом.

То ли голубые широко раскрытые глаза одной из них, то ли надежда на их лицах, а может быть, недавние слова Лили о семье, — в общем, все это, вместе взятое, растревожило его душу.

— Да, — медленно начал он, — я и вправду был влюблен.

— Я же говорила вам! — воскликнула голубоглазая девушка, обращаясь к подругам.

— Что с ней стало? — послышался чей-то тихий голос. Говорившая девушка, словно испугавшись собственной смелости, отступила еще на шаг.

— Я потерял ее… Она погибла… Утонула…

Это признание обрушило на него целый шквал воспоминаний, от которых он всегда стремился избавиться.