— Проворная! Бурая! Лисичка! Прыгает! Через! Ленивую! Собаку!

— Хотелось бы… — начала Элла, но тут же осеклась. Чего она желает? Чего добивается?

— Жаль, что не в моих силах их помирить. Дать Мэгги жизнь, о которой она мечтает, подсказать Роуз, как справиться с мачехой, и…

Она подняла левую руку и взмахнула ею словно волшебной палочкой.

— И вообще все уладить. Сделать так, чтобы они были счастливы.

— Да, но дедушки с бабками нужны не для этого, — покачал головой Льюис.

— Неужели? — сухо обронила Элла, поджимая губы. Льюис негромко хмыкнул.

— Что ты имеешь в виду? — жалобно спросила Элла, осознав, что зря потеряла массу времени, хотя давно уже могла бы найти ответ сама.

Льюис задумчиво уставился в потолок.

— Думаю, что внукам нужна наша безраздельная любовь, поддержка. И иногда — денежные вливания. Нужно принимать их в своем доме, особенно когда им больше некуда идти, и не пытаться как-то влиять на их жизнь и указывать, что делать, поскольку они ежедневно слышат что-то в этом роде от своих родителей. Следует позволить им думать и решать за себя.

Элла закрыла глаза.

— Боюсь, Роуз меня ненавидит, — выговорила она так тихо, что Льюис едва ее расслышал. Она не призналась ни ему, ни Мэгги, ни кому другому, как радовалась и тревожилась, увидев Роуз впервые, и как, некоей частью сознания, все еще ждала от внучки вопросов, на которые у нее не было ответов.

— Как можно тебя ненавидеть? — удивился Льюис. — Ты слишком волнуешься по пустякам. Они умные девочки. И не осудят тебя за долгое отсутствие в их жизни, ведь тут нет твоей вины. И они не могут требовать, чтобы ты уладила все их неприятности. Такое никому не под силу.

— Но это очень плохо, если я все же попытаюсь? — спросила Элла.

Льюис с улыбкой взял ее за руку.

— Нет. Просто за это я люблю тебя еще больше.

57

С первой проблемой Мэгги столкнулась, попытавшись найти готовое свадебное платье. На следующее утро она обнаружила, что они шьются в двух размерах, ни один из которых не совпадал с тем, который носила сестра.

— Это образцы, — пояснила скучающая продавщица, когда Мэгги попросила показать ей другие размеры, кроме восьмого или десятого. — Примеряете их, выбираете, что понравится, и мы заказываем платье на вас.

— Но как примерить платье, если носишь другой размер? — удивилась Мэгги.

— Мы закалываем, если они чересчур велики.

— А если малы? — не выдержала Мэгги, щупая ткань. Хотя стоило ли трудиться? С первого взгляда было ясно, что Роуз не влезет ни в одно из этих платьев.

Продавщица пожала плечами и нацарапала на листочке бумаги название и адрес.

— Там размеры побольше, — пояснила она.

В следующем магазине — филиале гигантской сети салонов для новобрачных — действительно имелись большие размеры… в отделе с язвительным названием «Дива».

— Они сами это шьют? — шепотом спросила Элла. Мэгги не знала. Но зрелище действительно было жутким.

— А вот это? — нерешительно пробормотала Элла, показывая Мэгги сотое по счету платье с завышенной талией. На груди красовались объемные шелковые цветы.

— Ну… ничего особенного. Все примерно одинаковы… Только я хочу необыкновенное и боюсь, что здесь мы такого не найдем.

Она тяжело вздохнула, облокотившись о стеклянную витрину с уцененными подвязками.

— А что нравится Роуз?

— Она и сама не знает. Ее любимым предмета одежды была голубая фуфайка с капюшоном и молнией спереди.

Мэгги снова вздохнула.

— Пожалуй, придется объездить портных. Может, повезет. Но не здесь, это ясно. Где Льюис?

Льюис, как оказалось, был в примерочной, направо и налево раздавая советы будущим новобрачным.

— Не знаю, — нерешительно протянула крохотная рыжеволосая девушка в некоем подобии пышной меренги, — по-моему, оно меня подавляет.

Льюис пристально оглядел ее.

— Примерьте то, третье, с открытой спиной. Оно мне нравится больше остальных.

Чернокожая девушка с вплетенными в косички бусами и раковинами тронула его за плечо и повернулась.

— Определенно то, что надо, — одобрительно кивнул он.

— Льюис, — позвала Мэгги, — мы уходим.

Из примерочных понесся протестующий хор.

— Нет! Посмотрите еще хоть одно платье!

Льюис улыбнулся.

— Похоже, у меня настоящий талант. Мэгги, может, тебе следует платить мне комиссионные?

— Договорились, — согласилась Мэгги. — Но до отъезда Роуз два дня, а платья по-прежнему нет, так что продолжаем поиски.

Вечером Мэгги и Элла вернулись в «Голден-Эйкрс», задыхаясь в сгустившемся влажном воздухе, звеневшем песнями цикад. Их только что постигло очередное разочарование. Платье, которое они ездили смотреть, оказалось кошмарным: комбинация дешевого блестящего полиэстра с атласом, с огромным вырезом и бусинами по подолу, пришитыми так небрежно, что несколько покатились по полу, едва платье взяли в руки.

Когда Мэгги заикнулась, что вряд ли это подойдет, владелица сказала, что они сделают ей огромное одолжение, если просто увезут платье с собой.

— Оно ваше? — поинтересовалась Мэгги.

— Предполагалось, что мое. Но, как видите, не пригодилось.

И вот теперь они возвращались домой с платьем, призрачно белевшим на заднем сиденье. Мэгги, уставшая и расстроенная, окончательно запаниковала.

— Что же делать? — пробормотала она и очень удивилась, когда Элла ответила:

— Знаешь, по-моему, это именно тот случай, когда важно само намерение.

— Интересно, как это она наденет намерение к алтарю? — грустно усмехнулась Мэгги.

— Никак, разумеется; но, видя все твои старания, Роуз поймет, как ты ее любишь.

— Она не видит всех моих стараний, — печально откликнулась Мэгги. — Но я действительно хочу найти ей что-то подходящее. Для меня это очень важно.

— Да. Но вовсе не обязательно подобрать платье именно до отъезда Роуз. В конце концов, у нас еще пять месяцев. Можно спокойно заняться поисками, а потом заказать то, что понравится. Или сшить.

— Я не умею шить, — сухо напомнила Мэгги.

— Зато я умею. То есть умела. Давно это было, но я шила все, что угодно. Скатерти, занавески, платьица для маленькой Кэролайн…

— Но подвенечное платье… это куда сложнее.

— Сложнее, — согласилась Элла. — Но мы попробуем вместе… как только ты решишь, чего хочешь.

— По-моему, я уже решила, — призналась Мэгги. И верно: просмотрев более сотни разных платьев и снимки не менее чем пятисот, она составила некоторое представление о том, что подойдет Роуз. К сожалению, платье существовало только в ее воображении. Бальный туалет… потому что у Роуз неплохая фигура, и талия тоже. Скорее всего, круглый вырез, низкий, но вполне пристойный, обшитый бусинами или искусственным жемчугом: ничего вызывающего, все очень скромно. Рукава три четверти — самая подходящая длина. Разумеется, это гораздо лучше, чем короткие. И широкая юбка, как в волшебной сказке, юбка, которая каким-то образом напомнит Роуз о Глинде, доброй колдунье из «Волшебника из страны Оз», только не такая пышная; и, разумеется, шлейф, хотя не слишком длинный.

— Думаю, Роуз доверится мне, — договорила Мэгги. Разумеется, это была не вся правда. Но она надеялась, что Роуз доверится ей. Так надеялась!

Она вела машину и думала о платье Роуз.

— Скажи, если шить, надо сначала сделать выкройку?

— Ну… так обычно бывает.

— А если хочешь сшить что-то такое, для чего нет выкройки?

— Хм-м, — протянула Элла. — Тогда придется собирать ее из разных выкроек, а это непросто. И дорого, если считать, сколько ткани понадобится.

— Несколько сотен долларов? — едва слышно спросила Мэгги.

— Больше, наверное. Но у меня есть немного денег.

— Нет, — отказалась Мэгги. — Я хочу заплатить сама. Хочу, чтобы платье было подарком от меня.

Обе замолчали. Их окружала густая тьма, слышались отдаленные раскаты грома: очевидно, небеса собирались пролиться над Флоридой ночным дождем. В памяти Мэгги вдруг ожили все старые страхи: бесконечные издевки бывших одноклассников, каждый босс, в очередной раз увольнявший ее, каждая квартирная хозяйка, выгонявшая на улицу, каждый случайный мужчина, обзывавший дурой… Знакомая удушливая волна ненависти и неуверенности в себе привычно захлестнула Мэгги.

«Не сможешь, — твердили все эти люди. — Ты тупица. Тебе никогда этого не сделать».

Руки Мэгги сжали руль.

«Могу! Я смогу!»

Она вспомнила объявления, которые развешивала по всему поселку: рисунок платья на вешалке и надпись крупными буквами:


ВАШИ ЛЮБИМЫЕ ВЕЩИ.

МЭГГИ ФЕЛЛЕР, ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ЗАКУПКИ


Следующие две недели телефон звонил так часто, что Мэгги в конце концов установила свой собственный. А Джек помогал ей с бухгалтерией, объясняя каждую деталь, снова и снова, ни разу не потеряв терпения, твердил, что, если она хочет открыть собственный магазинчик, следует представить, что деньги — это пирог, большую часть которого необходимо съесть, чтобы выжить: платить за еду, бензин, квартиру и тому подобное. Но если откладывать каждый месяц по кусочку (пусть даже по крошечному ломтику), в конце концов (не слишком скоро, но обязательно) у нее хватит средств на все те крупные покупки, которые она планирует.

Ну так вот — она еще раз просмотрит цифры и выкроит ломтик на платье Роуз.

И Мэгги подумала о маленьком магазинчике за углом от пончиковой, который пустовал вот уже три месяца. Там был трогательный навес в зеленую и белую полосочку и витрины из цветного стекла. Мэгги представила, как протирает стекла, красит стены в сливочно-белый цвет и делит заднюю комнату на клетушки шторами из белого ситца и газа. Расставляет мягкие скамеечки в каждой примерочной, чтобы покупательницы могли присесть, прибивает полочки для сумок, разыскивает зеркала на распродажах. Цены она округлит, заранее включив налоги. Пусть Голливуда ей не видать, зато в этом она разбирается. Тут она лучшая. И уже добилась успеха, так что наверняка сумеет основать свой бизнес. Не опростоволосится. И не потребует, чтобы ее спасали. На этот раз спасать будет она, Мэгги.