- Ладно-ладно, я все равно не поверю, - отмахнулся начальник, но в его голосе проскользнули довольные нотки. - И лучшим извинением будет ваше появление здесь в течение часа, Надежда, - непререкаемо сообщил Владислав Анатольевич.

- Да, разумеется, - покорно согласилась она, лишенная иного выхода и статутом, и совестью. - О, и, Влад, не расстраивайтесь так из-за "беседы", - не смогла, все-таки, удержаться Надя, несмотря на все свое раскаянье. - Не думаю, что ваша спутница была настолько эрудирована, что вы потеряли такое уж большое удовольствие.

Влад секунду помолчал, хотя Надя могла поклясться, что слышит, как он сдерживает смех.

- Может быть именно поэтому, я и разговариваю с вами, Надежда Александровна, - наконец, высказался директор, с акцентом на слове "разговор", - а от своих спутниц надеюсь получить удовольствие иного рода?

- О, я польщена, что меня вы цените так высоко, - рассмеялась Надя в ответ, сумев-таки, спустить ноги с кровати.

- Кажется, именно этим вы и хвастались своему спасителю, разве не так? - насмешливо уточнил директор. - У вас осталось пятьдесят пять минут, - со смешком, Влад положил трубку.


Отложив телефон, Надя заставила себя встать.

Она не помнила, сколько лет они именно таким образом общались с Владиславом. Кажется, все те года, которые она работала под его началом. И хоть многие считали, что такой стиль общения только подчеркивает то, что между ними существует перманентный необременительный роман, Надежда лишь пожимала плечами. В каком-то смысле, они даже были друзьями, но вот как потенциальный сексуальный партнер - никто из них другого не привлекал. Потому, очевидно, их общение и получалось настолько свободным.

На плеере она включила ту же мелодию, что стояла у нее звонком. Просто, чтоб не расслабляться.

Постояв десять минут под горячим душем, в надежде, что это поможет хоть немного ослабить крепатуру мышц, она наспех перекусила бутербродом с шоколадной пастой, которую, вообще-то, держала в холодильнике для приходов крестника. Решив, что кофе выпьет у Наты, как только немного разберется с делами, или просто, позвонит подруге, и попросит, чтоб ей напиток принесли в офис, Надя быстро высушила волосы. Осталась недовольна тем, как легли длинные светлые пряди, но махнула на это рукой, поскольку времени на корректировку прически не было.

Достав очередной комплект дорогого шелкового с кружевными вставками белья, к которому питала неуемную слабость, она позволила себе пару секунд просто насладиться касанием роскошных вещей к коже.

Надежда настолько любила красивое белье, что не только коллекционировала его, но и считалась неоспоримым авторитетом в этой области среди всех подруг. Как Наташа в кофе, или Лена в рекламе и промоушене.

На саму же коллекцию уходила едва ли не половина ее ежемесячного, довольно солидного дохода. Впрочем, кроме как на себя, да на подарки любимому крестнику, сыну Лены, ей все равно, деньги тратить было некуда.

Надела голубую батистовую блузу (на этот раз своего размера), и плиссированную юбку до колена, все в положенном этикетом деловом стиле, но позволяющее не так страдать от жары. После этого, она с недовольным выражением потянулась за последним, самым докучающим ей, предметом обязательной офисной одежды.

Хотя, нет, если бы кто-то узнал, что Надя заменила указываемые деловым статутом их фирмы, тонкие колготки телесного цвета под туфли, на чулки такого же оттенка - ей бы серьезно влетело за "аморальное и непрофессиональное поведение".

Но, по стойкому убеждению Нади, только садист-мужчина, к тому же, страдающий простатитом(Господи, прости) мог додуматься до такого правила. Она же, мазохисткой не была, и не собиралась мучиться при такой жаре в лишних сантиметрах капрона. Да и потом, надеялась на то, что их начальник, который судя по обилию "общения" с противоположным полом, простатитом не страдал, в случае раскрытия тайны Нади, простит ей этот грех. В конце концов, Надя никогда не позволяла себе надеть юбку, которая могла бы выдать этот секрет.

Стоило бы, конечно, надеть сначала чулки, а потом уж юбку, но Надя настолько не любила их, что вечно норовила "забыть".

В макияже Надежда обошлась только блеском для губ. Благо ее кожа и черты позволяли своей хозяйке обходиться без тональных кремов, пудр и всяких ухищрений.

Собравшись, таким образом, за тридцать пять минут, Надя взяла ключи от машины, сумку, телефон и, с тягостным вздохом, распахнула дверь навстречу влажной, паркой жаре, которой уже успело пропитаться июньское утро.


В офис она добралась вовремя.

Поздоровавшись с секретарем, Надя выяснила, что Владислав Анатольевич сейчас занят. А значит, у нее имелось время забежать к себе в кабинет и сделать хоть пару вдохов прохладного воздуха, чтобы привести себя в норму.

Под вечно любопытными взглядами секретарши и охранника, которые, как обычно, маялись от скуки, сидя в холле, Надя усилием воли выпрямила спину, прикусив изнутри щеку от боли, которая сопровождала каждый шаг, и пошла к своему кабинету. Каблуки, пусть и не очень высокие, на ее сегодняшних открытых туфлях, не облегчали ни единого шага.

Наконец, с облегчением добравшись до кабинета, она захлопнула дверь. Привалившись к деревянному полотну спиной, Надя тяжело вздохнула, в который раз за утро, проклиная собственное вчерашнее рвение.

Да она не пойдет в тренажерный зал месяц, минимум!!

Дав себе такое торжественное обещание, Надя собралась с силами и подошла к столу, бросив на него сумку.

Удобное, откидывающееся кожаное кресло бежевого оттенка, манило своим комфортом и обещанием отдыха. Однако Надя знала, что если поддастся этому искусу - мышцы только больше затекут.

Надо было сделать хоть какую-то зарядку. Черт бы побрал ее директора, который выделил ей так мало времени на сборы!

Задумчиво прикусив губу, Надя прикинула, что у нее должно быть в запасе минут пять.

Опасливо оглянувшись на дверь, она прислушалась к звукам в коридоре, но, не услышав ничего, что наводило бы на мысль о приближающемся к ее кабинету Владе, немного успокоилась. Привстав на носочки, Надя сделала плавный взмах руками, сводя ладони над головой и сопровождая это движение глубоким вдохом.


Надя почти закончила свою импровизированную разминку.

Положив левую ступню в туфле на свой стол и, с выражением муки на лице от всех тех ощущений, которые возникали при этом упражнении, она заставляла себя наклоняться, прикасаясь лицом то к одному колену, то к другому, когда позади раздался короткий резкий стук в дверь. А сразу вслед за ним - звук распахиваемой двери.

Надя как раз наклонилась к опорной ноге, предоставив вошедшему великолепный вид своей попки, обтянутой хоть и свободной, но все же тонкой тканью атласной юбки.

"Господи, пусть это будет секретарь, или девочки из бухгалтерии!", взмолилась она, зажмурившись. Но тут же поняла, что удача, как всегда, играет не в ее команде.

- Вам плохо, Надежда Александровна? - судя по голосу, ее директор едва сдерживался от смеха.

Решив, что она не страус, да и в ламинат прятать голову не так удобно, как в песок, Надя сделала единственное достойное, что смогла придумать.

Плавно выпрямившись, она сделала вдох, подозревая, что волосы растрепались окончательно, а щеки просто безбожно горят. И от разминки, и от стыда, что она попала в такую ситуацию.

- Нет, Владислав Анатольевич, - поворачиваясь к своему директору, Надя быстро проверила, все ли пуговицы на ее блузе застегнуты. К счастью, эта кофта ее не подвела. - У меня все хорошо, - сообщила она, одарив невозмутимым взглядом Влада.

- Это хорошо, - Владислав героически боролся с собой, очевидно, с трудом сохраняя невозмутимый тон. - Потому что у нас клиент, а так как я уезжаю, вам придется рассказать ему о наших предложениях, - директор махнул рукой куда-то, себе за плечо.

И только сейчас, переведя глаза с дергающегося лица начальника, Надя с ужасом и еще большим конфузом, увидела за спиной Владислава… Тараса.

Ее вчерашний спаситель стоял, лениво опершись плечом на косяк двери и, ничуть не стесняясь, даже не пытаясь скрыть свое веселье, в отличие от Влада, широко улыбался, наблюдая за происходящим.

Встретившись с ней взглядами, он иронично приподнял бровь и чуть наклонил голову, очевидно, здороваясь. При этом в его светло-карих глазах искрилась такое искреннее веселье, что сердиться на этого мужчину за смех над ее бедой, оказалось просто невозможно.


Хотя, какая эта беда, в общем-то?

Постаравшись улыбнуться как можно спокойней, Надя кивнула в ответ.

- Доброе утро, Тарас. Вы вчера не упоминали, что собираетесь воспользоваться услугами нашей компании, - невозмутимым и профессиональным тоном, проговорила Надя.

- Честно говоря, я не знал, что вы работаете именно здесь, - медленно ответил он, не прекращая улыбаться, и чуть пожал плечами. - Просто условия моей предыдущей страховой изменились, и мало устраивают меня. А друг посоветовал обратиться сюда.

- Вы знакомы? - Влад удивленно перевел глаза с одного на другого. - Хотя, подождите-ка, - он прищурился. - Тарас? Вы тот самый Тарас Черновенко, который вчера спас нашу Надежду? - уточнил Влад.

Тарас опять медленно кивнул.

- Выходит, что я, - все так же весело, немного лениво растягивая слова, констатировал ее спаситель.

- Что ж, Надежда Александровна, придется сделать нам скидку вашему спасителю, - усмехнулся Владислав. - Хотя, думаю, вы и сами бы так решили. Все, я уезжаю на три дня, вы - меня заменяете, - кивнув Наде, Владислав Анатольевич развернулся, пожал руку Тарасу, который так и стоял у двери, и сделал пару шагов к выходу.

Однако на пороге остановился.

- Хм, Надежда Александровна, - он обернулся к ней с серьезным видом. - Перед тем, как начнете заниматься полисом Тараса, может быть, все-таки, уберете ногу с бланков? Жаль, разумеется, прятать такую красоту, да и туфли шикарные, приятно знать, на что вы тратите свою зарплату, однако… - и Влад насмешливо вздернул бровь. - Правила, знаете ли, - он развел руками.