От представленных возможностей голова Красной Шапочки пошла кругом… Однако ее смутил насмешливый взгляд Серова-Залесского. Внутренняя Богиня трепетала крылышками, не решаясь выбрать – сделать приятное Волку и остаться скромницей или с размахом потратить денежки новоявленного отца. Но кредитная карточка золотистого оттенка, а также понимание того, что Лев Львович, двадцать лет не подозревавший о существовании дочери и, соответственно, не плативший алименты, резко повели вниз чашу весов с надписью «купить».

– Самой платить в бутике – плохой тон, – зашептала Внутренняя Богиня. – Раскошеливаться должен мужчина.

– Есть такое правило, – подтвердил Разумей Занудович и решил внести историческую справку: – Обычай подобного этикета возник еще во времена, когда женщина юридически и финансово зависела от мужчины, будь то отец, супруг или опекун, и сама, без сопровождения, не могла осуществить оплату…

– Кончай зудеть, Занудович, – возмутилась Девочка-девочка. – Побежали быстрее, пока батя не передумал, и обязательно перекусим в «Кофемании».


Покрутив карточки в руках, Красная Шапочка протянула их Волку. Волк молча сграбастал их и спрятал в собственный, под стать ему самому худенький кошелечек с эмблемой Картье на обложке.

– Жду вас к восемнадцати ноль-ноль, – строго сказал режиссер, глядя на Волка. – Потом у вас будет два часа, чтобы привести себя в порядок, а затем – мероприятие. Важное, для продвижения сериала на центральный канал, и под хорошие деньги. Ну, чего стоим? Schnell, schneller, sehr schnell[3].

Волк схватил Красную Шапочку за руку и потащил за собой.

– Когда шеф переходит на немецкий, с ним лучше вообще не спорить, – сказал он девушке, все еще находившейся в ступоре от магического названия «Плюмаж». – Доедем мы туда за минут пятнадцать, слава богу, это рядом. Так что у нас будет часа три на шопинг, нормально?

Глава пятая

Свадебное платье ослепляло своей белизной и воздушностью. Жемчужинки, нашитые на лифе, матово поблескивали под светом ламп, кружево отливало серебром. Платье так и манило, так и соблазняло примерить.

– Ваш размер. – Продавщица заискивающе посмотрела на Красную Шапочку. – Отнести в примерочную?

Оленька тяжело вздохнула.

– Нет, спасибо. Пока не нужно, – и она решительно прошла прочь из свадебного отдела, потратив на созерцание выставленных там чудес невероятно малое по ее меркам время – не более двадцати минут.


– М-м-м… – Волк нервно смотрел на часы. – Не хочу тебя прерывать, но…

– Скажи, как тебе кажется, мне больше та сумочка идет или эта? – Красная Шапочка сунула под нос Волку две сумочки, которые, на его взгляд, были практически одинаковы. Наученный горьким опытом (Красная Шапочка уже интересовалась его мнением по поводу болеро, пояса и туфель, и Волк много узнал нового о себе в частности и всех волках в общем), Серов-Залесский наугад ткнул в правую.

– Вот я тоже так думаю, – задумчиво сказала Красная Шапочка. – С другой стороны, у этой вроде цвет лучше гармонирует. Вот смотри…

– Кхм, – кашлянул Волк. – Ты не забыла, что я плохо различаю цвета и особенно оттенки красного и зеленого?

Эту фразу за последние без малого три часа Серов-Залесский успел произнести два десятка раз; откровенно говоря, он сбился со счету. Красная Шапочка задумчиво кивнула и продолжала вертеть в руках злополучные сумочки.

Самому Волку для покупки костюма потребовалось пятнадцать минут, включая примерку ботинок и галстука.

– Возьму эту, – наконец решила она, водрузив сумочку на лапы Волку на кучу ранее выбранных вещей. – Так-с, платье есть, туфли есть, болеро есть, пояс взяла, сумочку… что еще нужно-то?

Волк издал тихий звук, в котором разве что Дроздов[4] смог бы опознать приглушенный волчий вой. Красная Шапочка вздохнула:

– Зануда ты, вот ты кто. Надо сказать продавцам, чтобы все упаковали.

– Скажу, – пообещал Волк, направляясь к кассе.

– Стоп! – это слово Владимир тоже слышал уже раз в двадцатый, потому тут же скорчил страдальческую мину. – А, нет, в ювелирный отдел мы не пойдем, – вздохнула Оленька. – Все, хватит. Идем уже на кассу.

Волк облегченно вздохнул.

– Триста семьдесят пять пятьсот, – мило улыбнулась кассирша, явно заигрывая с Волком. – Будете платить наличными или карточкой?

– У нас есть и обыкновенная «Виза», и дисконтная, посчитайте. – Волк нетерпеливо сунул девушке золотые карточки.

– Недостаточно средств, – все так же мило улыбнулась кассирша.

– То есть это как это? – опешила Красная Шапочка.

– Много не хватает? – уточнил Волк, перегнувшись через стойку кассы и дружелюбно ощерившись.

– Т…тринадцать тысяч девятьсот девяносто восемь, – ответила кассирша, улыбка которой при виде нависшей над ней волчьей пасти испарилась, как должник при виде коллектора.

– И что же делать? – растерянно спросила Красная Шапочка, глядя на Волка.

– Вы можете не брать туфли, – поспешила ответить кассирша. – Или пояс.

– Идти на кинотусовку без блестящего поясочка под болеро? – ужаснулась Внутренняя Богиня.

– Да ладно, – пожала плечами Девочка-девочка. – Разве это важно? Важнее настроение и добрая улыбка.

– По правилам стильности поясок может быть и без перламутровых вставок… – начал Разумей Занудович… и замолчал.


В глазах Красной Шапочки заблестели слезы отчаяния, она всхлипнула и пошатнулась, намекая на приближающийся обморок.

– Держим себя в руках! – решительно произнес Волк, запуская лапу в задний карман своих джинсов. – Поясочек этот дурацкий отдельно сколько стоит?

– Семнадцать тысяч шестьсот.

– А со скидкой? – уточнил Волк.

– Семнадцать тысяч сто девяносто восемь.

– Тогда пробейте его отдельно, – сказал Волк, выгребая из бумажника практически все его содержимое.

Пока кассирша выбивала новый чек, Волк задумчиво считал наличность. Наконец он спрятал в кошелек пару сотенных бумажек, ссыпал в карман горстку мелочи, а остальные деньги отдал кассирше. Та с облегчением пробила переливающийся перламутровыми бляхами пояс и вернула Волку пару монет, которые тот машинально сгреб в карман, после чего с выражением мрачной обреченности сграбастал коробки и направился к выходу.

– Конечно, к такому платью нужны какие-нибудь украшения, – рассуждала Красная Шапочка, следуя у него в фарватере. – Но где ж их взять-то? Не мешало бы еще и в парикмахерскую заехать…

– Мы и так опаздываем, – сквозь зубы процедил Волк, рассовывая коробки по седельным сумкам своего мотоцикла.

– Эй, смотри, не помни платье! – гневно предупредила Красная Шапочка. – Как ты его пихаешь, это тебе не роба какая-нибудь!

Волк тихо-тихо проворчал: «Ты из-за тряпок реально сходишь с ума» – и уселся в седло. Красная Шапочка привычно уселась позади него.


– Невнимательный олух, – надула губки Внутренняя Богиня. – Он ей даже не помог!

– Кхм, – деликатно прокашлялся Разумей Занудович. – Тебе не приходит в голову, что он мог на нас обидеться?

– За что? – искренне удивилась Внутренняя Богиня.

– А как ты думаешь? – спросил Разумей, сам не забывший переодеться в английский костюм. – Три часа выкинуты из жизни на пустяки!

– Я думаю, что мужчина вообще не должен обижаться на женщину, а на нашу подопечную – так и подавно, – совершенно искренне ответила Внутренняя Богиня. – Наша Красная Шапочка просто ангел. Ты видел, какое она выбрала платье?

Разумей только пожал плечами и отвернулся. Девочка-девочка тоже не прокомментировала это заявление – ей платье нравилось.


– А почему ты меня сегодня ни разу не поцеловал? – спросила Красная Шапочка в шлем Волка, пока они стояли на перекрестке при красном светофоре. От нарочитой невнимательности своего спутника она перестала счастливо улыбаться и подумала, что от поцелуев Серого Волка, когда цвет его глаз меняется с янтарного на карий, она получает не меньше наслаждения, чем от покупок в дорогом бутике. А ведь всегда хочется двойного удовольствия.

– Ты условие нашего контракта помнишь? – прорычал Волк.

В памяти Красной Шапочки всплыла бумажка, пописанная ею в деревне «ПригорАД».

КОНТРАКТ

При неисполнении условий Красной Шапочкой отмечаю невозможность совместной работы.

1. Не пользоваться духами. Никакими.

2. Не пользоваться дезодорантами и пахучими мылами, только «детским».

3. Не носить без крайней надобности высокие каблуки, особенно в помещении.

4. Шампунь заменить на отвары кефира с дрожжами или взбитые желтки. Полоскать волосы отваром крапивы.

5. Перестать манерничать по поводу и без повода.

6. Падать в обморок не чаще одного раза в месяц.

7. Не визжать!

– Я помню, – поспешно ответила Оленька, боясь не успеть к переключению светофора с красного на зеленый. – И ты хотел добавить еще несколько пунктов к своему контракту. Мне необходимо изменить манеры, забыть о гламуре и подредактировать лексикон.

– Вот именно! – рявкнул Волк, и в унисон ему взревел мотор байка. – Я пока что не хочу тебя!

Красная Шапочка чуть не упала с мотоцикла, но не оставаться же без покупок!

* * *

– Лев Львович, я насчет денег… – начала оправдываться Красная Шапочка, но режиссер перебил ее, привычно уходя от скользкой темы.

– Ай какие молодцы! – Лев Львович восхищенно уставился на девушку, Волк стоял в стороне и разглядывал свои кроссовки. – И в сумму уложились, и купили все что надо. Вот что, Вовчик, бегом переодеваться, и чтобы внешний вид соответствовал, понял?

– Угу, – кивнул Волк и в привычной своей манере ретировался в направлении собственного фургона.

– А ты пока проходи в свою гримерку, – велел Брюковкин Красной Шапочке. – Я вызвал Елену, она приведет в соответствие твою прическу, мейкап поправит. Потом переодевайся и подходи сюда, я вам с Вовчиком ценные указания давать буду. Только бы он с внешним видом чего не намутил… не посылал бы его вообще, но… Такие люди будут, такие, Оленька, что мы тебе карьеру забабахаем, Голливуд отдыхает!