Эльгита была в отчаянии. Она не могла спрятаться от отца – он находил её везде. Она сбежала бы из дома, если бы имела куда. И потом – как оставить всё это? Она очень любила свой дом, места вокруг были ей хорошо знакомы и доставляли много радости, когда она выезжала верхом. Огромная зелёная равнина расстилалась вокруг, оживляемая то небольшим холмом, то перелеском. По траве бродили отары овец. А вдали, за рекой поднимался высокий густой лес.

Но и от этого удовольствия пришлось отказаться, потому что отец, догнавший её как-то на такой прогулке, разгорячённый погоней и быстрой ездой, завалил её прямо на траву и вошёл в такой раж, что девушке стало страшно. Ей было отвратительно вспоминать потом, что он выделывал с её телом в тот раз. К тому же надвигалась осень. Она пришла как-то внезапно. Резко похолодало, листья осыпались с деревьев, и природа замерла в предчувствии грядущих холодов. Эльгита с тоской думала о том, что ей всё труднее становится прятаться от отца. Девушка была на грани отчаяния. И тут, как ответ с небес на её горячие мольбы, пришло избавление. Прибывший издалека гонец сообщил тану, что король совсем плох, и его требуют в столицу. Отец собрался и уехал, но перед тем выразительно взглянул на дочь и прошептал на прощанье:

– Я скоро вернусь и уж тогда получу всё, что мне причитается, – в бутылочке осталось ещё немного того зелья, что делает меня неутомимым. Жди меня, дочь. И не вздумай никому давать то, что принадлежит мне одному.

Он уехал, а Эльгита задумалась. Она готова была предложить своё тело кому угодно, лишь бы вытравить из него следы отцовской страсти. Но близость с мужчиной пугала. Ей не преодолеть себя. И она с ужасом ожидала возвращения родителя.

Но наступила и прошла зима, а отец не возвращался. До них дошли слухи, что в канун Крещения скончался старый король Эдуард. А трон Англии спешно занял Гарольд Годвинсон, эрл Уэссекса, брат нелюбимой жены покойного монарха Эдивы. Новый король Гарольд собирает силы, поскольку опасается мести герцога Вильгельма. Ведь он сам два года назад дал присягу племяннику старого короля и обещал поддержать его право на английский трон. Теперь Вильгельм в ярости. И его поддерживает император Священной Римской империи Генрих 1У. И даже Папа Римский встал на сторону норманна – он публично заявил об этом, а Гарольда отлучил от церкви. Обстановка в стране в край накалена. Гарольд, конечно, свой, англосакс, но и особого доверия не заслуживает. Позволил себе нарушить данное слово – это позор несмываемый. Тут и его предательство по отношению к Эдит Лебединой Шее вспомнили. Сколько лет любил её, почитал как жену, а как только почуял выгоду от союза с графом Мерсии, сразу выгнал вон из дома вместе с тремя сыновьями, чтобы жениться на дочери графа. Плохо, конечно, очень плохо. Но и норманна над собой не хочется. А тут ещё знамение – в конце апреля в небе появилось светящееся тело и целую неделю ярко сияло над Англией. Страну накрыла паника.

Гарольд собрал войска, объявил фирд и повёл всю эту массу людей на побережье напротив Нормандии – охранять страну от вторжения. Но время шло, запасы продовольствия таяли, ополченцы рвались домой, а Вильгельма всё не было. А тут ещё брат короля Тостиг, которого Гарольд изгнал из страны, получил поддержку от тестя Вильгельма во Фландрии, объединился с норвежским королём Харальдом Суровым и высадился в Йоркшире. Пришлось спешно бросать свои лучшие силы туда. Справился. В жестоких битвах под Йорком полегли и мятежный брат, и грозный Харальд. Но армия короля была вконец измотана и нуждалась в передышке.

В конце лета тан Освальд Эбенгард вернулся домой. Он был нездоров, исхудал и стал бледен. Мрачный и раздражённый ходил он по своему владению, резко выговаривая всем, кто не угодил ему. На дочь не смотрел. Так прошло два месяца. И вдруг по стране прокатилась страшная новость – на Михайлов день герцог Вильгельм высадился на английском побережье. Он прибыл с большой и хорошо вооружённой армией, его люди привыкли к сражениям и, кроме того, верили своему предводителю и были ему преданы. Вильгельм обещал тем, кто шёл за ним, земли. А что могло быть заманчивее для безземельных рыцарей, младших сыновей богатых и знатных семейств?

Гарольду пришлось в большой спешке перебрасывать свои силы вновь на побережье. Решающее сражение состоялось при Гастингсе. Оно было трудным для обеих противостоящих сторон, длительным и очень кровопролитным. В этом сражении герцог Вильгельм впервые применил неизвестный ещё англосаксам арбалет вместо привычного им лука. Арбалетная стрела была намного тяжелее обычной, била с гораздо большей силой и пробивала даже самые надёжные доспехи. В ходе этой страшной битвы, пал последний англосаксонский король Гарольд, поражённый в глаз случайной стрелой. Погибли и его братья. В жестокой кровавой схватке полегла практически вся регулярная армия англосаксов, а это ни много ни мало около трёх тысяч человек. Погибло также много ополченцев, но части из них удалось спастись. Исходом битвы стало не только падение Гарольда, но и окончание владычества англосаксов на острове, а герцог Вильгельм, правивший Нормандией, в одночасье стал королём всей Англии.

Волны норманнов хлынули на остров. Все они жаждали земель и богатств. Владения саксов, поддерживавших Гарольда, быстро переходили в руки победителей. Новый король щедро вознаграждал своих преданных рыцарей.


Глава 2

И тут тану Эбенгарду снова пришлось пожалеть о том, что усадьба его лежит так близко к Лондону. До них добрались очень быстро. В тёплый осенний день, когда солнце только начало склоняться к закату, перед воротами усадьбы появился большой отряд хорошо вооружённых воинов в непривычном глазу снаряжении. Это были норманны. Попытавшийся было остановить их тан упал замертво с раскроенной головой. Дюжий воин с рыжей шевелюрой двинулся к дому. Он распахнул дверь и остановился на пороге. Навстречу ему, раскинув руки, выскочила леди Маргарет. Он отшвырнул её одним резким движением, и леди упала у стены, не подавая признаков жизни. И тут лихой вояка увидел то, что очень его заинтересовало. Возле окна стояла высокая белокурая девушка, настороженно глядя на завоевателя.

– О, какая лапочка тут нашлась, – пробормотал он. – Иди ко мне, крошка. Старина Финн умеет доставить женщине удовольствие, тем более такой милашке, как ты.

И замер, удивлённый. В руках у красавицы блеснул кинжал.

– Ты не получишь меня, ублюдок, – сквозь зубы проговорила она, сверкая злыми глазами. – Убью и тебя, и себя, но не дамся.

– Ого, – хохотнул вояка, – какие мы несговорчивые.

И он пошёл на девушку, широко раскинув руки и ухмыляясь во весь рот.

Но тут во дворе раздался властный голос, и шум за окном мгновенно стих.

Резко распахнулась дверь, и на пороге возник высокий светловолосый рыцарь с мечом в руке. Его стального цвета глаза были холодны как лёд.

– Что здесь происходит, Финн? – спросил он тихим голосом, в котором, однако, отчётливо звучал металл. Этот человек явно привык отдавать команды и встречать безоговорочное подчинение.

Рыжий Финн сразу изменился в лице и вытянулся перед рыцарем.

– Ничего необычного, мессир, – смиренно ответил он, – приласкать девушку хотел, только и всего.

Рыцарь взглянул на стоящую с ножом в руке Эльгиту. Быстро окинул её всю сразу потеплевшим взглядом и обратился к солдату.

– Ступай, собирай людей, Финн, – отдал он команду, – мы выступаем. И никаких ненужных убийств, никаких грабежей. У нас есть более важная задача. Всё остальное – потом.

И он снова повернулся к девушке, всё ещё сжимавшей в руке кинжал.

– Не бойтесь, леди, всё самое страшное уже позади, – голос рыцаря смягчился. – Но ваше поместье переходит во владение короля Вильгельма. Он сам назначит нового хозяина. Однако вы можете не опасаться за свою жизнь, мы не воюем с женщинами.

– Есть кое-что более страшное, чем смерть, сэр рыцарь, – отчётливо проговорила девушка, – это потеря чести. И для женщин, и для мужчин.

Она с вызовом смотрела на него.

Рыцарь удивлённо изогнул бровь.

– Мне кажется, вы вполне способны постоять за свою честь, леди, и это очень хорошо. Ваш муж – счастливый человек.

– У меня нет мужа, сэр рыцарь, – тихо сказала Эльгита, – и сдаётся мне, что уже нет и отца.

– Так вы наследница этого владения? Вы единственная дочь погибшего владельца? – рыцарь посмотрел на неё с интересом.

– Да, я наследница, – сказала девушка, – но у меня есть ещё две младшие сестры. Они замужем и живут недалеко от Йорка.

– Там сейчас, пожалуй, самое горячее место, – покачал головой рыцарь. – Как зовут ваших сестёр, леди? И как ваше имя? Как называется ваше поместье?

– Так много вопросов, – холодно усмехнулась Эльгита, – но я отвечу. Эта усадьба называется Фрисби. Я Эльгита Эбенгард, а моих сестёр зовут Ровена и Эдит. Их мужьями стали два дворянина из Йоркшира. Один из них носит имя Седрик, а другой Эдред. Это всё, что я знаю.

Рыцарь задумчиво посмотрел на Эльгиту.

– Ваше положение сейчас очень нелёгкое, леди. Но я хотел бы оградить вас от излишних неприятностей. Сейчас, погодите…

Рыцарь вышел из зала, но через пару минут вернулся и протянул девушке большую металлическую бляху.

– Вот, возьмите это, леди, – сказал он, – и прикрепите на воротах усадьбы. Это знак того, что владение принадлежит теперь королю. Никто отныне не осмелится нарушить покой вашей усадьбы. Крутой нрав нашего монарха известен всем. И вы можете жить спокойно, пока сам Вильгельм не решит вашу судьбу.

Рыцарь повернулся, чтобы уйти, но на пороге обернулся и добавил с улыбкой, от которой сердце Эльгиты дрогнуло:

– А моё имя – Морис де Гранвиль. Прощайте, леди.

С этими словами он покинул комнату. Через минуту его властный голос раздался во дворе. Какой-то шум, топот копыт – и всё стихло.

Эльгита не верила себе. Неужели гроза прошла? Она подошла к матери и склонилась над ней. Леди Маргарет была жива, просто потеряла сознание от удара головой о стену. Дочь помогла ей подняться и усадила на стул.