— Разве вы не хотите продолжить наш разговор?

— Хочу. — Трент улыбнулся, подошел к двери, открыл ее и коротко поклонился. — Через два часа.

Пандора царственно кивнула и вышла. За ее спиной раздался веселый смешок, и она чуть не споткнулась.

Боже мой, что она наделала? Никогда раньше она не встречалась с мужчиной, тем более в совершенно незнакомом уединенном месте, да еще в такое время! О чем она. думала? И думала ли вообще? Она совсем не этого хотела, когда вызывала графа на разговор. Этот мерзавец просто застиг ее врасплох. Но он оказался намного интереснее и умнее, чем она предполагала. Вся эта чепуха о том, чтобы стать его любовницей… И все же на этот раз она зашла слишком далеко.

Она была раздосадована. Неспособность думать о последствиях своих поступков завела ее в ситуацию, из которой не было разумного выхода.

Пандора вернулась в зал, надеясь, что ее отсутствия никто не заметил. Просто счастье, что у Рокингхемов было так много гостей. Какая несправедливость: холостые мужчины могут вести себя как угодно, а женщинам предписано множество глупых ограничений. Ее встреча с Трентом была бы сочтена совершенно неприличной.

Пандора рассеянно согласилась на танец с каким-то почти незнакомым джентльменом. Она взяла себе за правило не очень-то соблюдать принятые в ее обществе правила, но по возможности все же избегать скандалов, которые могли бы сделать ее жизнь невыносимой. Это был нелегкий путь, но очень интересный. Ее жизнь была полна развлечений со скандальным шлейфом.

В зале появился Трент. Поймав ее взгляд, он поднял бокал с вином. Двигаясь в танце, Пандора потеряла его из виду, чему была только рада. Она одарила своего партнера самой изысканной улыбкой, поклявшись обращать внимание только на него — кем бы он ни был. Он ответил ей полным восхищения взглядом. Как приятно — и как скучно. Ей казалось, что Трент, невидимый, танцует с ними.

Нет, она не позволит ему выйти победителем! Никогда.

Она придет на встречу, но только хорошо к ней подготовится. Кроме того, какие опасности могут подстерегать ее около часовни? Стоило беспокоиться лишь о том, чтобы не наткнуться там на знакомых. Если это произойдет, граф, как человек чести, должен будет предложить ей свою руку.

Но эту ловушку она сумеет обойти.

Когда она выйдет замуж, если это вообще когда-либо произойдет, она сделает это только по любви, как было с ее родителями.

Что касается Трента и его игр, то она с удовольствием в них поиграет, по крайней мере в ближайшее время. Пандора тихо засмеялась, и ее партнер польщенно улыбнулся.

Ее желание встретиться с графом не имело никакого отношения к желанию стать его женой или любовницей.

Между прочим, за эти семь лет он ни разу не пригласил ее на танец. Не то чтобы это имело какое-либо значение. Она и сама почти не замечала его.

Он прав в том, что их разговор будет касаться сердечных проблем. Но только не ее. Она развеселилась, представив себе удивление Трента. Ее партнер улыбнулся и с надеждой заглянул ей в лицо. Пандора привычно проигнорировала его.

Граф Трент, Максимилиан Уэллс, может быть распутником и повесой, не говоря уже о чудовище, но он еще никогда не сталкивался с Пандорой Эффингтон. Бедняга не представляет, что его ждет.

Игра началась.


— Еще один скучный бал, еще один потерянный вечер, — заметил Лоуренс, виконт Болтон, с присущим ему наигранным равнодушием.

Как обычно, Макс не обратил на его слова никакого внимания.

— Я едва ли назову этот вечер скучным, Лори.

— Да ладно, разве мы провели здесь не достаточно времени, чтобы иметь право тихо уйти, покинув своих многочисленных родственниц, чьим единственным желанием является женить нас, сократив нашу жизнь.

— Еще не время, старик, — пробормотал Макс.

Обращался он к другу, но все внимание его занимала Пандора. Она двигалась по залу с непринужденной веселостью, вооружившись привычным оживлением, с грацией, воспитанной многими поколениями предков-аристократов, но в ее движениях было не просто воспитание. В этой женщине был огонь. Жизнь с восхитительной мисс Эффингтон явно не будет скучной.

Лори взял бокал с подноса проходящего мимо слуги и одним глотком осушил его.

— Господи, почему? Еще не поздно. Мы могли бы попытать счастья за карточным столом или…

— Позже…

Свидание с Пандорой. Даже в своих самых дерзких мечтах он не помышлял об этом, и все теперь шло не так, как можно было бы предполагать. И уж конечно, он не собирался предлагать ей стать его любовницей. Он улыбнулся.

Похоже, Шалунья с Гросвенор-сквер будила в нем зверя.

— На кого ты так смотришь? — Лори перевел взгляд с друга на танцующих, затем обратно. — Макс?

— Да?

Он заметил Пандору на ее первом балу, когда она только вышла из школьного возраста. Он только что вернулся с войны, и невинные девушки, какими бы красивыми они ни были, не привлекали его. Второй ее бал совершенно не отложился в его памяти. И лишь в последние годы он обратил на нее внимание, гадая, что еще она выкинет, какое правило нарушит, чье сердце разобьет и кто из мужчин приручит ее. Пока таких не находилось. Пока.

— Даже не думай об этом.

— О чем мне не думать? — рассеянно спросил Макс.

В этом году то, что началось как простое любопытство, превратилось в восхищение, а потом во всепоглощающую страсть.

— О ней. — В голосе Лори зазвучала тревожная нотка. — Это на нее ты смотришь, да? Пандора Эффингтон?

— Она прелестна, — спокойно сказал Макс. Ему давно пора было выбрать себе жену. Единственной женщиной, которую он хотел, была Пандора. И он ее получит.

— Согласен. Иссиня-черные волосы и голубые глаза. — Лори раздраженно оглядывал танцующих. — По какой-то неведомой причине с возрастом ее очарование только усиливается. И у нее чертовски много денег. Но она сущее наказание для мужчин.

— Разве?

Лори несколько секунд молча смотрел на него.

— Ты знаешь, сколько раз ее имя вносили в книгу для заключения пари в клубе «Уайте»?

— Двадцать три, если быть точным. — Макс ухмыльнулся и поднес бокал к губам. — Она потрудилась на славу.

— Из-за нее каждый год кто-то дрался на дуэли.

— Вовсе нет. Мисс Эффингтон пропустила прошлый и 1815 год.

— 1815-й и для меня был не самым лучшим. — Лори поднял палец. — Эта девица все время балансирует на грани скандала.

— Как и все мы. Но она еще не упала. — Макс отдал Лори свой бокал. — Я пойду потанцую.

— Держись подальше от Шалуньи, Макс. Если когда-нибудь мы и решим пожертвовать свободой ради продолжения рода, нам нужны будут женщины совершенно иные, не такие, как мисс Эффингтон. Надо жениться на леди с безупречной репутацией, молодой девушке, соблюдающей все правила общества.

— Правила, которым ты сам никогда не подчинялся. — Макс приподнял бровь. — И что этот образчик благопристойности получит взамен?

— Меня, — довольно усмехнулся Лори.

— Вот это достойный обмен.

Рассмеявшись, Макс направился в ту сторону зала, где, по его мнению, находилась Пандора со своим партнером.

Лори, ворча, последовал за другом.

— Ты слышал, что я тебе говорил?

— Все до единого слова.

— И ты по-прежнему хочешь очаровать Шалунью?

— Вовсе нет. — Макс снял с рукава невидимую пылинку и послал Лори ехидную ухмылку. — Я собираюсь очаровать ее лучшую подругу.


Несмотря на яркий лунный свет, на кладбище было страшно. Пандора прижалась спиной к холодной каменной стене часовни. Успокаивала ее только тяжесть пистолета, который она прятала под накидкой. Не слишком подходящее место для Шалуньи с Гросвенор-сквер.

Она раздраженно вздохнула. Тяжело поддерживать репутацию Шалуньи.

Нельзя сказать, чтобы она по праву заслужила этот титул, разве что не раз давала волю своему язычку и темпераменту.

На самом деле все началось во второй ее год «балов невест», после поездки в Гретна-Грин с молодым лордом, чье имя и внешность она уже забыла, и двумя другими парами, лишь одна из которых действительно собиралась заключить брак.

Остальных больше интересовало само приключение, в котором им чудилась сладость запретного плода.

К несчастью, коляска сломалась, им пришлось остановиться в переполненной гостинице, за ними погнались разъяренные родственники, а в результате, разразился скандал, намного более громкий, чем они заслужили. Под давлением мнения лондонского высшего общества эти пары — одна с большим, другая с меньшим желанием — согласились обвенчаться.

Но Пандора категорически отказалась выходить замуж за джентльмена, который сопровождал ее в этой поездке.

Она не видела никаких причин связывать свою жизнь с малознакомым мужчиной, тем более что не сделала ничего предосудительного. Кроме того, ее спутник оказался занудой.

Все участники скандала поклялись молчать, поэтому се участие в этом скандале осталось скрытым от широкой публики. Это да еще наличие дедушки-герцога и семейное богатство спасли репутацию Пандоры. Впрочем, тот зануда — хотела бы она вспомнить его имя — тяжело воспринял ее отказ. Именно он прозвал ее Шалуньей с Гросвенор-сквер — впрочем, это прозвище понравилось Пандоре.

Послышался шорох.

Пандора, прищурившись, вглядывалась в темноту.

Трент? Нет. Он никогда бы не стал красться в ночи. Скорее подошел бы открыто и гордо, словно бесстрашный воин.

И еще он обладал удивительной способностью вызывать странное волнение в ее груди.

Это скорее всего Питерс, ее слуга, или кто-то из двух лакеев, которых она сообразила взять с собой.

Тренту давно уже пора было бы появиться. По траве пробежала какая-то тень, и Пандора, вздрогнув, сильнее сжала рукоятку пистолета. Кошка. Если Трент не появится в ближайшие несколько минут, ей придется уйти. Не стоять же здесь всю ночь.

Все последние годы обязательно находился какой-нибудь молодой аристократ, который объяснялся ей в вечной любви. Если ему случайно доводилось услышать, как ее называли Шалуньей, он требовал от «обидчика», удовлетворения на дуэли. Правда, никто не был убит. Эти джентльмены, сливки английского общества, оказывались плохими стрелками, и Пандора гадала, как же ее стране вообще удалось победить Наполеона.