Взгляд Доминика упал на ее груди с сосками, напрягшимися в ответ на его прикосновения. Он удовлетворенно улыбнулся. Глядя в глаза Констанции, Доминик продолжал ласкать ее тело, не пропуская ни одного изгиба. Он ласкал ее грудь, теребя пальцами соски. Его руки гладили ее по спине, скользили по бедрам.
Он прижал Констанцию к себе, и она почувствовала, как его восставшее мужское достоинство коснулось ее живота. Она закрыла глаза, и тут рука Доминика скользнула между ее ног. Констанция судорожно вздохнула, распахнув глаза. Его пальцы ласкали нежные складки. Констанция положила руки ему на плечи, а пальцы Доминика продолжали творить чудеса.
Никогда прежде она не испытывала такой бури эмоций, не представляла себе, что наслаждение может быть таким сильным, а ведь он даже еще не поцеловал ее. Тело Констанции трепетало от едва сдерживаемого желания, что-то словно взорвалось в ней, и она издала слабый крик.
Она таяла. По-другому и не скажешь, подумала Констанция. Она таяла, и колени ее подгибались, она держалась на ногах только благодаря сильным рукам Доминика. Она склонила голову ему на грудь и обвила его шею руками. Его сердце громко стучало, кожа была разгоряченной и влажной. Констанция слышала его хриплое дыхание.
— Доминик… — она подняла на него изумленные глаза, — это было больше, чем я… это было чудесно. Но то, другое…
Констанция смущенно умолкла, покраснев. Доминик посмотрел ей в глаза, снял с кресла одеяло и расстелил его на полу.
— Не волнуйся, дорогая, — сказал он, опуская Констанцию на одеяло и ложась рядом с ней, — мы только начали.
И тут наконец он поцеловал ее.
Глава 14
Он целовал ее так, словно в их распоряжении было все время мира, медленно, нежно. Констанция отвечала на его поцелуи, мечтая навечно остаться в его объятиях. Ее пальцы скользили по его телу, наслаждаясь прикосновением к коже. Она знала, что в нем бушует желание, что за его неторопливостью скрывается железная выдержка.
Констанции нравилось думать, что он хочет ее так же сильно, как и она его. Кончиками пальцев она погладила Доминика по груди, и он задрожал. Она и не представляла, что способна так быстро возбудиться после пережитого ею сладостного потрясения. Должно быть, на ее лице отразилось удивление, потому что Доминик посмотрел ей в глаза и улыбнулся.
— Ты думала, это все? — прошептал он, и, когда Констанция кивнула, склонился и поцеловал в уголок рта. — Нет, это не все. — Он коснулся губами ее шеи. — Далеко не все. Обещаю.
Он целовал ее щеки, подбородок, нежные веки, потом сжал губами розовую мочку уха. По телу Констанции пробежала сладкая дрожь. Она беспокойно задвигалась в его объятиях, не в силах больше выносить его дразнящую ласку. Грубая шерсть одеяла царапала ей спину, и эта грубость только удваивала удовольствие от прикосновения его нежных губ. Со вздохом Констанция провела пальцами по его спине, ощущая напряженные мускулы.
Его язык коснулся ее уха, и Констанция вздрогнула, возбуждение нарастало, и она уже не в силах была справиться с ним. Доминик лег сверху и развел ее ноги. Он опирался на локти, но Констанция ощущала прикосновение его груди к своей, его мужского достоинства к самой интимной части ее тела.
Доминик поцеловал ее в шею, и поцелуй этот был легким, как крылья бабочки. С бесконечным терпением он ласкал языком ее груди и напряженные соски. Она застонала от наслаждения, и ее пальцы впились в его ягодицы. Доминик сомкнул губы вокруг соска. Наслаждение, которое испытывала Констанция, было так велико, что граничило с болью.
Она прошептала имя Доминика и повернула голову, чтобы найти его губы. Когда она уже думала, что вот-вот взорвется, не в силах сдерживать себя, он выпустил из губ один сосок и принялся посасывать второй.
Констанция застонала и выгнулась, стараясь крепче прижаться к его телу. Желание пульсировало у нее между ног. Она почувствовала, что там стало влажно. Доминик шире развел ее ноги, и Констанция ощутила его напряженное мужское достоинство. Она застонала и подняла ноги, чтобы принять его в себя. Ее пронзила мимолетная боль, и она вскрикнула. Доминик помедлил, все его тело содрогалось от возбуждения. Но Констанция уже забыла о боли, она сгорала от желания и крепко прижала к себе его бедра.
Доминик вошел в нее, и она задохнулась от изумления. Он словно заполнил пустоту в ней. Она хотела, чтобы он проник глубже, хотела обладать им.
Он принялся двигаться в ней, поначалу неторопливо, затем со всевозрастающей быстротой, и Констанция поняла — вот то, чего ей так не хватало. Он медленно вынимал свое копье и снова всаживал в нее, глубже, сильнее, двигался все быстрее и быстрее…
И она двигалась вместе с ним, стараясь подстроиться под его ритм, чувствуя, как наслаждение растет в ней, с каждым его движением становясь все более сильным. Констанция вцепилась пальцами в одеяло. И потом вдруг… наслаждение достигло своего пика и взорвалось в ней ослепительной вспышкой. Она вскрикнула, выгнулась навстречу его последнему мощному толчку и услышала его хриплый стон.
Тело Доминика расслабилось, он уткнул лицо ей в шею. Констанция слышала, как постепенно замедлялось его дыхание. У нее не было ни сил, ни желания что-то говорить, все мысли перепутались.
Он прижал губы к шелковистой коже ее шеи, потом лег рядом и прижал Констанцию к себе. Она прижалась к груди Доминика, удобно устроившись в его объятиях. Ее пальцы легко ласкали кожу на его груди.
Так вот что это такое — любить мужчину. Констанция не знала прежде любви, да и как она могла знать? Чувства ее никогда не были такими яркими, она никогда раньше всецело не принадлежала мужчине — телом и душой.
Она знала, что все теперь многократно усложнилось, но сейчас ей не хотелось думать об этом. Сейчас она хотела наслаждаться моментом, своей близостью с Домиником. Он повернул голову и поцеловал ее в лоб, потом поднес ее руку к своим губам и поцеловал каждый палец.
— Ты самая красивая женщина в мире.
Констанция улыбнулась, зная, что он смотрит сейчас на нее другими глазами, и радуясь этому. Он начал перечислять ее достоинства, и она вынуждена была поцеловать его, чтобы заставить умолкнуть. Прошло несколько прекрасных минут.
— Констанция, — сказал наконец Доминик, и она услышала в его голосе твердость.
Она была совершенно уверена, что не хочет слышать то, что он собирается сказать.
— Нет, — ответила она поспешно, прижимая пальцы к его губам, — давай не будем говорить об этом сейчас. Потом у нас будет достаточно времени.
— Мы должны возвращаться.
— Я знаю.
Она с трудом оторвалась от Доминика, стараясь не смотреть на него. Она знала: это ослабит ее решимость. Встав, Констанция собрала свою разбросанную по полу одежду и быстро оделась. Костюм, к сожалению, был еще влажным, плотная ткань впитала много воды, хорошо, что сорочка успела высохнуть.
Огонь угас, но Доминик, одевшись, поворошил золу, чтобы убедиться в этом. Констанция смотрела на него, расчесывая волосы пальцами и стараясь скрутить их в простой узел на затылке. Волосы были густые и длинные, а половину шпилек она растеряла, кроме того, у нее не было зеркала — все это усложняло задачу. Наконец ей удалось привести волосы в порядок.
Выглядит она, наверное, ужасно, подумала Констанция: одежда мокрая и заляпанная грязью, волосы растрепаны. Но ей было все равно, в ней еще пылал огонь пережитого наслаждения. Доминик повернулся, и их глаза встретились.
— Констанция… — сказал он и шагнул к ней.
Она без колебаний бросилась к нему в объятия, обхватив его шею руками. Он поцеловал ее и крепко прижал к себе.
— Мы должны идти, — прошептал он.
— Я знаю.
— Мне меньше всего на свете хочется уходить отсюда.
Констанция улыбнулась.
— Но мы должны, — ответила она, — нас ждут.
Доминик вздохнул:
— Ты права.
Он склонился к ней, еще раз поцеловал, и они вышли из домика. Доминик привел лошадей, и они стали спускаться вниз по холму, ведя лошадей в поводу.
Вокруг было тихо, воздух, напоенный дождем, был свеж. Тучи рассеялись, и на голубом небе сияло солнце, заливая все вокруг теплым золотистым светом.
Доминик и Констанция шли, держась за руки и то и дело поворачиваясь друг к другу. Констанции казалось, что они единственные люди на земле. Когда они присоединятся к остальным, все изменится, и она это знала, но не хотела думать об этом. Ей хотелось продлить минуты счастья.
Дойдя до места, где они оставили Маргарет, Каландру и остальных, Констанция и Доминик никого не обнаружили. Это было неудивительно, учитывая прошедший ливень. Несомненно, при первых признаках дождя они поспешили укрыться в летнем домике.
По правде говоря, Констанция была этому рада, потому что она могла провести наедине с. Домиником еще несколько минут. Они сели на лошадей и продолжили свой путь. Когда из-за поворота на некотором отдалении показался белоснежный дом, Констанция ощутила печаль. Короткое счастье закончилось, они возвращались в обычную жизнь. Констанция вздохнула.
— Я знаю, — сказал Доминик, взглянув на нее, — мне тоже не хочется возвращаться.
Констанция улыбнулась, обрадованная его словами, но настроение у нее стремительно портилось. Теперь, когда она в состоянии была рассуждать здраво, Констанция припомнила все причины, по которым Доминик никогда не женится на ней. Совсем скоро они вернутся в Лондон, и все будет кончено. А до этого, находясь среди многочисленных гостей, они вынуждены будут притворяться, лицедействовать. Доминик не сможет взять ее за руку, обнять ее, а она не сможет посмотреть на него так, как хотелось бы — выражая взглядом всю любовь к нему. В обществе существовали строгие правила, ограничивающие поведение жениха и невесты, что уж говорить о мужчине и женщине, которые не были даже помолвлены… они просто не смогут выказывать друг другу явную симпатию, не говоря уже о том, чтобы дотронуться друг до друга.
"Брачное пари" отзывы
Отзывы читателей о книге "Брачное пари". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Брачное пари" друзьям в соцсетях.