Общение с этими двумя немного приглушает мою тоску по дому. К тому времени, как мама заканчивает говорить, я уже промыла и перевязала колени.

— Хорошо, пока, мам. Я люблю тебя.

— Я тоже, Блу. Жду не дождусь, когда ты расскажешь мне о первом дне в тренировочном лагере. И запомни, что мы с папой приедем на первую игру, на которой ты будешь выступать.

— Запомню. Спокойной ночи, мам.

Я вешаю трубку, потому что знаю, что с этой женщиной прощание может затянуться надолго, так что лучше быстро оборвать его. Пытаюсь встать, но понимаю, что слишком перетянула бинты, поэтому не могу согнуть колени. Иду как на ходулях и смеюсь сама с собой над тем, как провела день. Интересно, может это знак того, как пройдет и весь остаток года?

— Ты снова смеешься?

Я поднимаю взгляд и вижу Итана, на плече которого висит красивая девушка.

У меня начинают трястись поджилки, когда понимаю, что это, должно быть, Стефи Сокрушительница Яичек. У меня не получается выдавить ни слова, потому что я не знаю, к чему это может привести. Вариант А: признаться, что я знаю Итана и мы обедали с ним. Черт, это звучит слишком дурно. Или вариант Б: сделать вид, что у меня амнезия и поковылять к своей двери. Но, в этом случае, есть вероятность увидеть обнаженные тела, совокупляющиеся за ней.

— Плохая привычка, наверное. — Я пожимаю плечами и делаю несколько шагов вперед.

— Это моя девушка, Стефи.

Я съеживаюсь и поворачиваюсь к ним. Я в ловушке, в их власти, как кролик перед зубами голодного койота.

— Привет, — едва слышно пищу я.

— Откуда ты ее знаешь? — Стефи упирает руку в бок и пристально смотрит на своего парня.

Это дает мне возможность рассмотреть ее. Стефи — шикарна, у нее светлые по плечи волосы и длинные стройные ноги.

— Мы обедали сегодня с ней и парнями.

Поджилки начинают трястись еще сильнее. Я упустила свой шанс вписаться в команду. Я только что разозлила Стефи и нарисовала на своей спине огромную мишень.

— Как мило, что еще за бабы были с вами?

— Только Блу.

Это все равно, что перерезать мне запястья и предложить мою кровь вампирам чирлидерского ада.

— Сначала я сидела за столом одна, но потом Лэйн начал вести себя несносно и петь. Они заставили меня, — несвязно говорю я, отчаянно желая, чтобы мои колени не были так туго перетянуты бинтами. Если я переживу эту стычку, то дам зарок не пользоваться ими до конца жизни.

Стефи переваривает мои слова, но выражение ее лица нисколько не смягчается. Более того, становится все больше и больше раздраженным.

— Держись, на хрен, подальше от моего парня и знай свое место в команде, первогодка.

Ей явно нравится слово из четырех букв. Я только киваю и, как пингвин, пячусь к своей комнате. В этот раз, когда я открываю дверь, Лэйн стоит и застегивает свою ширинку.

— Прости, Блу. Нам снесло крышу.

— Не то слово, — я падаю на кровать и вдыхаю свежий запах кондиционера.

— Правда, прости, — Софи сидит на своей кровати, прикрывая грудь футболкой Лэйна.

— Как насчет того, чтобы в следующий раз заниматься этим в комнате Лэйна?

— Конечно-конечно. Ты ведь не злишься?

У меня нет сил, чтобы объяснять ей насколько неприличными были ее действия, поэтому просто качаю головой.

— Я же говорил, что Блу — классная цыпочка.

—Выметайся отсюда, Лэйн, пока я не решила пнуть тебя по гениталиям.

В этот момент его взгляд опускается на мои колени.

— Боже, и кто этот счастливчик? — спрашивает он.

Я хватаю ближайшую бутылку с водой и кидаю ему в голову.

— Шучу-шучу, — он отражает удар с помощью руки.

Наконец, Лэйн целует Софи в лоб и с обнаженным торсом выходит из комнаты. Софи же, без всякого стеснения, выставляет напоказ свою грудь и надевает его футболку. Не знаю, может это по-детски, но я чрезвычайно скромна, когда дело касается женского тела. Даже в раздевалках обычно переодеваюсь в кабинках. Я пытаюсь не смотреть на ее идеальную грудь, а потом мне становится интересно настоящая ли она.

— Этого больше никогда не произойдет. Ты должна поверить мне, что я не шлюха.

— А у тебя настоящая грудь? — вырывается у меня.

— Да, а что такое? — склонив голову, спрашивает Софи.

— Она великолепна, — объясняю я.

—Мы только что плохо расстались с парнем, с которым встречались четыре года и, наверное, внимание Лэйна слишком сильно польстило мне.

— Так я тебе и поверила. Он засадил в тебя меньше чем через два часа после вашего знакомства. Ты — шалава.

Софи бледнеет и начинает теребить воротник футболки Лэйна, не зная, как реагировать на мои слова.

— Попалась, — взвизгнув, выкрикиваю я.

Она хватается за сердце.

— Боже мой, а я уже подумала, что ты сумасшедшая.

— Если не будешь мешать моим тренировкам и занятиям, то мы с тобой отлично поладим.

— Правда? — явно ошеломленно спрашивает она.

— Правда.

— Я скоро вернусь, — Софи открывает дверь и несется в ванную комнату. Могу только догадываться, что она там приводит в порядок.

Пользуясь моментом, я стягиваю штаны, пытаясь не задеть бинты, а потом надеваю свободную футболку из чирлидерского лагеря и мужские шорты, и забираюсь на кровать. Как только сворачиваюсь калачиком, в животе начинает урчать, поэтому решаю поесть попкорна.

Я снова устраиваюсь на кровати, и в это же время в комнату входит Софи. Я приглашаю ее сесть рядом и предлагаю попкорн. Судя по всему, ей очень неловко.

— Я правда не шлюха и чем больше времени проходит, тем ужаснее себя чувствую.

— У него большой член? — спрашиваю я с набитым ртом.

Увидев выражение ее лица, я смеюсь и… давлюсь кукурузой. Начинаю задыхаться и хвататься за горло, что служит общепринятым сигналом о приступе удушья. Софи безжалостно стучит мне по спине и, наконец, кукуруза вылетает.

— Воды, — хрипя, произношу я.

Она вскакивает с кровати, хватает бутылку воды, которую я бросила в Лэйна, и предлагает ее мне.

— Зачем нужно порно, если есть эти две?

Мы поднимаем глаза и видим, что в дверях стоят Лэйн и Итан. Я бросаю на них взгляд из серии WTF.

— Дверь была приоткрыта, и мы услышали шум, поэтому решили заглянуть и узнать в чем дело, — говорит Лэйн.

Я показываю пальцем в сторону Итана.

— Уходи. И держись от нас как можно дальше. Я не хочу, чтобы твоя подружка съела нас на завтрак.

Они начинают громко смеяться, явно поняв это все в какой-то своей, извращенной форме.

— Я серьезно. Она уже ненавидит меня.

— Успокойся, Блу. Она только что рассталась со мной, — говорит Итан.

Ну вот и все, пора собирать сумку. Первым же рейсом домой. Лучше готовить бургеры, чем пережить гнев Стефи по кличке Халк.

— Ты сошел с ума? Зачем ты пришел сюда? — полушепотом-полукриком произношу я.

— Успокойся. — Лэйн и Итан устраиваются на кровати Софи.

— Убирайтесь, — требую я вновь.

Парни находят очень комичным то, насколько расстроенной выгляжу я.

— Ну правда, Блу, все в порядке. Она сказала, что между нами все кончено, но мы знали об этом еще прошлой весной. Просто нам было удобно продолжать встречаться.

— Тогда объясни ее угрозы, Казанова!

— Стефи — сучка, — говорит Лэйн, а Итан согласно кивает.

— А сколько вы были вместе? — интересуюсь я.

— Практически всю старшую школу и периодически встречались-расставались в университете.

— А сейчас ты на втором курсе?

— Да, мы оба, — Итан показывает на себя и Лэйна.

— Она изменяла ему чаще, чем Гага меняет наряды на церемониях награждения.

Мои брови удивленно ползут вверх. Лэйн так обыденно об этом сказал.

— Ладно, — вскинув руки, наконец, сдаюсь я. — А теперь уходите. Нам нужно пообщаться с Софи, а еще, мне определенно, стоит научить кое-кого закрывать дверь и запирать замок.

— Хорошо. Но мы хотим спросить, — Лэйн прикладывает руки к груди, и я понимаю, что нам собираются предложить что-то сумасбродное.

— Держись, — шепчу я на ухо Софи, и она кивает мне в ответ.

— Если вы двое, переживете первую неделю в тренировочном лагере, то не окажете ли честь сходить на летнюю вечеринку с нами?

Не проходит даже миллисекунды, как Софи вскакивает с кровати, обнимает Лэйна за шею и кричит:

— Да!

Я закатываю глаза. Естественно, мне очень хочется сходить на первую вечеринку в университете, особенно в компании с футболистами, но я бы никогда не стала спрыгивать с кровати и вопить, как резаная свинья.

— Уходите, мальчики.

ГЛАВА 4

Будильник начинает трезвонить еще до восхода солнца. Мы с Софи изо всех сил пытаемся не обращать на него внимание. Перевернувшись на другой бок, вижу, что она свернулась под одеялом и накрыла голову подушкой.

— Софи. Выключи свой будильник.

— Это не мой, дурочка.

Она права. В этот момент я понимаю, что ужасные звуки издает мой телефон. Я сажусь и хватаю его со столика. Когда он замолкает, замечаю сообщение от мамы. Потерев сонные глаза, прищуриваюсь, и с большим трудом читаю его.

Мама: «Пора вставать, соня! Я поставила тебе будильник на сегодня. Не хочу, чтобы ты опоздала на тренировку. Напоминаю, что тренер Линдси сказала ровно в семь утра. Завтракай и приходи пораньше».

— Напомни мне прибить мою маму, — снова заползая под одеяло, говорю я.

— Зачем ты поставила будильник на такую рань? — приглушенным подушкой голосом спрашивает Софи.

— Это не я, а мама. Она хочет, чтобы мы встали, поели и пришли в тренировочный лагерь пораньше.

— Ну, тогда пошли.

Я наблюдаю из-под одеяла за тем, как Софи бодро спрыгивает с кровати. Всего несколько секунд — и она переходит из режима сонного зомби в полную сил Софи. От ее поспешных действий у меня начинает кружиться голова, и я издаю тихий стон. Но когда она сдирает с меня одеяло, все, чего мне хочется — это пнуть ее между ног.