— Я не мог заснуть.

— То и видно. — Я устраиваюсь на стуле. — Так, мне и правда жаль.

— Все нормально, Блу, мы справимся. — Он ерошит мне волосы, а потом поднимает и усаживается вместо со мной на стул. Я беру со стола клубнику, обмакиваю ее в сливки, которые приготовил Так, и кладу ему в рот.

— Обещаешь?

— Я не обещаю, а делаю.

— Я знаю. — В этот раз я мажу сливками кончик его носа и хихикаю.

— Маленькая засранка.

Я визжу, когда он вытирает его о мою грудь, после чего расслабляюсь и крепко прижимаюсь к нему.

— Мне хотелось бы убежать с тобой и начать все сначала.

— Я знаю, Блу, знаю.

***

Неделя проходит без угроз. Мне потребовалось семь долгих дней, чтобы перестать трястись на каждом углу. Так пытался постоянно находиться рядом, но с нашими расписаниями это было сложно. В конце концов, я сдалась и рассказала о своих проблемах тренеру Джею и Стиву. Джей был в ярости, но, слава богу, есть Стив, который утешил меня, а заодно проверил камеры наблюдения в кампусе и… ничего не обнаружил.

Так пытается разыскать Капитана Тупицу, но у него ничего не получается. Он знает, что любое упоминание об этом срывает мне крышу, поэтому они с Ноем обсуждают поиски втихомолку. Меня это устраивает.

— Блу, что ты наденешь? — Я перевожу взгляд с трещины на напольной плитке на практически голую Софи.

Сегодня футбольная команда устраивает небольшие посиделки у Ноя и Така, но они, скорее всего, превратятся в вечеринку, как и всегда. Я слышала вчера, как Так и Ной говорили о том, что нужно отвлечься.

— Это, — наугад тычу пальцем я.

— Серьезно, Блу.

— Но я же не в поисках парня.

— Нет, но ты могла бы хоть раз снять эту чертову спортивную одежду и принарядиться для Така.

— Ему нравится спортивная одежда.

— А маленькое сексуальное платье понравится еще больше.

— Я же не шлюха, в отличие от тебя.

Софи морщится и недовольно смотрит на меня, но тут же смягчается.

— Намек понят.

— Некоторые вещи никогда не меняются, Софи. Надевай это. — Я бросаю ей кружевное платье, после чего подхожу к зеркалу, чтобы поправить прическу и воспользоваться ее косметикой — большую часть своих вещей я уже перетащила к Таку.

Мне пришлось набраться мужества, чтобы прийти к подруге. Уверена, Так шел за нами до самого общежития. Когда мы зашли во внутрь, Стив помахал кому-то рукой за моей спиной, я обернулась, но успела лишь мельком увидеть черную толстовку.

— Я готова.

Я поворачиваюсь и изучаю Софи с ног до головы: ее восхитительные ноги выставлены на всеобщее обозрение, платье настолько короткое, что едва прикрывает задницу, грудь практически обнажена.

— Да, ты точно готова, маленькая шлюшка.

Мы идем по коридору, а у меня мурашки по коже. Я знаю, что человек, который напал на меня, тоже бродил здесь, дожидаясь идеального момента, чтобы просунуть под дверь записку. Перед лифтом я замираю, но беру себя в руки и вдавливаю кнопку вызова.

— Блу, — Софи недоуменно смотрит на меня. — Что происходит?

Его палец касался этой кнопки. Палец — часть его руки, которой он избил меня перед тем, как попытаться изнасиловать. У меня скручивает живот, а к горлу подступает тошнота.

— Блу, — громче произносит Софи.

Двери лифта открываются. Из него выходят двое мужчин, один из них задевает меня плечом, возвращая к реальности. Я мысленно ругаю себя за чертовы страхи.

— Все нормально. Просто вспоминала, не забыла ли чего.

— Ну, если я маленькая шлюшка, то ты, подруга, дерьмовая врунишка. Пошли.

Когда лифт начинает спускаться, у меня внутри снова все скручивается.

Мы направляемся к дому Така. Софи что-то говорит, но я даже не пытаюсь поучаствовать в разговоре, размер и выносливость пениса Лэйна меня мало интересуют.

Возле дома уже стоят несколько автомобилей, но я не вижу машины Така. Хватаю телефон и пишу ему сообщение.

Я: Где ты, любимый?

Так: Немного опаздываю. Нужно было поговорить с тренером.

Я: Все в порядке?

Так: Отлично.

Я: Хорошо, поторапливайся.

Небольшие посиделки больше напоминают студенческую вечеринку на стероидах. Так будет в ярости, когда увидит всех этих людей. Ной стоит на кухне, окруженный стаей девиц. Он мог бы выбрать любую, но я никогда не видела его с девушкой.

— Мне нужно попить, — одними губами произношу я.

Он отталкивается от стола и протягивает мне свой стакан. Я, не раздумывая, осушаю его до дна. Как бы мне хотелось провести этот вечер наедине с Таком: в кровати, обнаженными, потными и удовлетворенными. Решено, утащу его, как только он появится.

Я устраиваюсь на диване рядом с одним из друзей Така и наблюдаю за гостями. Вскоре в гостиной становится негде протолкнуться и люди начинают выходить на улицу. Входная дверь открыта и в комнату проникает свежий, прохладный ветерок. Один раз мимо прошел Ной и вручил мне новый стакан. Так уже давно должен был появиться, я несколько раз проверяла телефон.

Толпа становится более буйной и неконтролируемой. Слава богу, Ной, как ястреб, следит за мной с другого конца комнаты. Его взгляд ни на секунду не оставляет меня.

Наконец, в дверях появляется Так. Я практически запрыгиваю ему на руки.

— Долго же ты.

— Прости, Блу.

Не в силах сдерживаться, я страстно целую его. Так пятится назад и усаживает меня на подлокотник дивана, я недовольно ворчу, отрываясь от его губ, а он смеется.

— Вот, это было в почтовом ящике. Для тебя.

Так вручает мне большой конверт и поворачивается, чтобы поприветствовать друзей.

Странно, но, может, мама, решила, что письмо быстрее дойдет до меня, если отправить его на адрес Така? Имя отправителя не указано, надеюсь, что это один из ее сюрпризов.

Я открываю конверт, он набит бумагами. Внезапно кто-то толкает меня в спину и его содержимое вываливается на пол. Это мы. На полу лежим мы с Таком, на цветных фотографиях с пляжа, которые, как магнит, привлекают внимание всех присутствующих. Наши обнаженные переплетенные тела — под всеобщими взглядами. А главное, — обожжённая плоть Така. Я спрыгиваю с подлокотника и начинаю собирать фотографии под перешептывания толпы.

Так стоит белый, как полотно.

— Убирайся, — приказывает он, но я еще не закончила запихивать снимки обратно в конверт.

— Я сказал, чтобы ты убиралась, Блу, — громче произносит он.

Я смотрю на Така пытаясь осмыслить его слова. Он наклоняется надо мной, но Ной останавливает его и прижимает к стене.

— Сейчас же выметайся из моего дома.

Я замираю, крепко прижав злополучный конверт к груди.

— Ты заставила меня полюбить тебя и обещала, что никогда не причинишь боли. — Голос Така звенит от ярости. — Убирайся, — выкрикивает он так громко, что задрожали стекла.

— Так. — По моим щекам текут слезы, я пытаюсь встать. — Это не я. Я не делала этого.

— Ты выставила меня на всеобщее обозрение. Что, теперь довольна?

Кто-то тянет меня за руку.

— Так, нет, — это все, что я успеваю сказать перед тем, как один из его друзей выводит меня на улицу. Разыгрываемая в доме сцена заставляет притихнуть даже тех, кто тусовался на улице. Я резко вырываю руку из захвата.

Во мне бурлит смесь ненависти и боли. Не в силах контролировать себя, я забегаю в гостиную и кричу:

— Да пошел ты на хрен, Так Джонс. — Я бросаю конверт на пол. В этот раз ко мне подходит Ной. — Я, черт возьми, любила тебя и считала красивым. И не буду извиняться за это. Фотографии — не моих рук дело.

Двое друзей по команде пытаются удержать Така. Ной тянет меня за руку, а я пытаюсь вырваться.

— Ты был прав, Так. Ты и правда чудовище.

С этими словами я разворачиваюсь и самостоятельно выхожу из дома. Во мне продолжает бурлить странная смесь ненависти и боли.

ГЛАВА 31

Я лежу в темной комнате. Если под дверь и просунули письмо с угрозами, я ничего не заметила, потому что выключила свет перед тем, как забраться в кровать. С самого ужасного момента в моей жизни прошло несколько часов. Ни Так, ни Софи, ни так называемые друзья до сих пор не позвонили мне, да даже не отправили сообщение.

Мой мозг отказывается отключаться, прокручивая произошедшее и поведение Така снова и снова. Да пошли вы, придурки. Я срываю с себя одеяло и обуваюсь, наплевав на внешний вид. Выхожу в коридор и вызываю лифт.

— Блу.

Я поворачиваюсь и вижу Стива, который стоит на своем посту.

— Стив.

— Все в порядке?

— Идеально, — сквозь зубы произношу я.

— Куда ты идешь? Знаю, это не мое дело. — Он обходит стол и подходит ко мне ближе. — Но я пообещал твоему отцу, что с тобой все будет в порядке.

— На пробежку.

Не дожидаясь его ответа, выхожу из здания и разминаюсь. Я бегу по тому же маршруту, что и в ночь нападения, мечтая о том, чтобы во лбу горела гребаная неоновая вывеска. Мне нужно почувствовать боль. Я хочу, чтобы тот мужчина закончил работу, которую начал.

Мне наплевать на темп и длину шагов, я просто выжимаю из себя по максимуму. Меня ведет вперед лишь ночной воздух и звуки. Ни музыка, ни запах Така, а природа и надежда на встречу с человеком, который напал на меня. По спине и рукам стекают крупные капли пота. Когда на горизонте появляются очертания общежития, меня будто еще раз ударяют ножом в самое сердце. Жизнь — жестокая гребаная стерва. Когда она заставляет меня выживать, я выживаю, а когда молю о покое, он не приходит.

Стив уже ушел и на его месте сидит напарник, Фред, такой же вежливый и доброжелательный, как мой друг. Но я не чувствую к нему симпатии, поэтому просто прохожу мимо и возвращаюсь в свою тюрьму.

Простыни, когда-то мягкие и пахнущие домом, теперь кажутся грубыми и неприятными. Сморщившись, ложусь на кровать. Хоть Так теперь и мертв для меня, он — единственное, чего желает тело. Моя ДНК не может без него — он нужен ей, чтобы выжить.