Что происходит? Что такого она там говорит? Почему люди расходятся? Чем ближе она приближалась ко мне, тем туже стягивало мой живот. Беспокойство заставило костяшки моих пальцев побелеть, я вынуждена была спустить свою гитару и прислонить к бедру, чтобы удержать её.

Чёрт, не подходи сюда, не разговаривай со мной.

Так или иначе, я была уверена, что если она заговорит со мной, то скажет мне уходить.

Она собиралась разрушить мою судьбу.

Женщина что-то тихо сказала парню, стоящему передо мной: долговязому пижону, который слушал … он также отвечал ей что-то негромко. Всего лишь одно слово, как мне показалось, но я не расслышала его.  Женщина выпрямилась, кивнула, спросила имя того парня и что-то записала у себя.  Он остался стоять на своём месте, и вдруг, она обратила свои огромные зеркальные очки на меня. Я смогла видеть себя в отражении — я выглядела даже бледнее, чем она.   Спокойно, просто расслабься.  Её идеально накрашенные ярко-красные губы растянулись в незначительную улыбку.

Мне всегда было интересно, как некоторым женщинам удавалось выглядеть столь привлекательно во время гастролей, несмотря на все переезды, и время, проведённое в дороге. Я чувствовала, как её дыхание щекотало моё ухо, когда она нагнулась ко мне, потому что на своих каблуках она была выше меня.

 — Привет, — негромко произнесла она. — Мне нужно кое-что у тебя спросить. Очень быстро. Хорошо?

Сглотнув, я коротко кивнула.

— Да, конечно, спрашивайте всё, что угодно. — Я не знала, кто она такая, но, так или иначе, она определённо работала на группу.   Может, она их менеджер?   Я знакома с музыкой группы, но не знаю всех подробностей их дел.

— Хорошо, — сказала она, постукивая ручкой по своей планшетке. — Только так мы сможем отобрать людей, которых Дрезден захочет прослушать. Ответь честно, желательно коротко. Как ты думаешь, что самое важное в том, чтобы быть хорошим гитаристом?

Вот дерьмо! Почему я не подслушивала парня, стоящего передо мной? Чёрт…чёрт…чëрт… что самое важное в том, чтобы быть хорошим гитаристом? Что это за вопрос?

Она посмотрела на меня, но больше не улыбалась. Нетерпение было написано на её мягких чертах лица, гравий хрустел под её нервно постукивающими каблуками. Мне надо что-то ответить, и сделать это в самое ближайшее время.  Но что она хочет услышать от меня?


Нет, что Дрезден хочет услышать от меня?

Я чувствовала, как от всех этих переживаний мой мозг просто распух. Мой ответ либо уничтожил меня, либо принес мне награду. Я не знала много о Дрездене, не считая того, как он звучал, когда пел. Ну, я знала, что он избил Джонни Мьюза прошлой ночью. Но это мне сильно не помогло. Я не могла ясно мыслить. Я не в состоянии была сказать хоть что-нибудь.

Смотря на рыжую, я облизнула губы сухим языком. Слово, которое вылетело из меня, жило своей жизнью и покинуло моё подсознание еще до того, как я успела остановить его.

— Порядочность.

То, как она скривила свой рот, отклоняясь от меня, заставило моё сердце провалиться. Этот взгляд не принадлежал тому, кто был доволен моим ответом.

— Извини, что ты имеешь ввиду?

Пот стекал по моей спине. Он даже собирался под грудью, причиняя дискомфорт.  Что я имела ввиду?   Это просто вылетело из меня, но… Но это правда, думала я про себя. Это, в своём роде, являлось правдой.

— Э-э, ну. Я думаю, что хороший игрок на гитаре это тот, кто честен с самим собой, с музыкой. Теперь понятно?

Её нахмуренные брови служили отрицательным ответом.

 — Хм, Дрезден сказал мне искать кое-что другое.

Моя кожа похолодела. Поражение съедало мою душу. Своим ответом я всё испортила, загубила свой шанс.

— Могу я ответить еще раз?

 Она колебалась, покручивая ручку между элегантными пальцами.

 — Как тебя зовут?

 — Лола Купер.

— Купер? — произнесла она, приподнимая очки, и искоса посмотрела на меня. — Ты сестра Шона?

Подняв гитару, кивнула я ей.

— Да, всё верно.   Разве он не говорил, что разговаривал с менеджером группы до этого?

Это, должно быть, она!

Посмотрев на меня по-новому, что мне не особо понравилось, она возвратила очки на прежнее место. Слышно, как она что-то записала у себя.

— Оставайся здесь. Минут через двадцать ты зайдёшь.

Мой рот открылся, как только я всё начала понимать. Я хотела поблагодарить её, но она уже двигалась к очереди, которая образовалась позади меня. Выгнав ещё многих, прежде чем она закончит.  Я на самом деле собиралась попасть туда, я сделаю это. Я потрясена. Рвущийся наружу смех, заставил меня прикрыть рот, чтобы заглушить его.

Твою ж мать. Это происходило на самом деле.

Я так нервничала, была так неуверенна  в себе, чтобы попробовать. Было смешно спорить со своим братом, даже не потрудившись попробовать. Но когда появилась эта женщина, когда все мои шансы выглядели так, как будто они будут порезаны на кусочки, я ощутила неподдельную грусть.  Даже если мне надо простоять под жарящим солнцем еще дольше, я сделаю это.  Я буду стоять здесь до тех пор, пока меня не сожгут до тла, и пальцы не будут отваливаться от того, с какой силой я сожму свою гитару. Это был он. Это был тот шанс, которого я ждала всю свою жизнь.

Как я могла едва не упустить его.


Глава 2


Дрезден


Барабаня пальцами по столу, я рассматривал повязку и отметины на своей коже, оставшиеся после вчерашней ночи. Может, и вторую руку стоило замотать так же. Люди вели себя так, будто я забил Джонни, может просто стоило смириться с этим.

— Дрез?

Подняв глаза, я встретился со взглядом Портера. Он разглядывал меня, напоминая о том, что я должен был сделать. В центре этой грязной подсобки стоял ребёнок, имя которого я уже не помнил. Он стоял там, нацепив дурацкую ухмылку, и хотел услышать, что я мог сказать на счет его игры. Он бренчал на протяжении нескольких минут, но я составил своё мнение о нём ещё с первого касания струны.  Тем не менее, я позволил ему продолжить. Может, это и было жестоко.

—  Дрез, — снова позвал Портер, поторапливая меня. — Что ты думаешь об игре Рейнольда?  Рейнольд. Ладно. Я забыл его имя уже через секунду после того, как он упомянул его. Он просто не стоил того, чтобы запомнить его.

— Следующий, — сказал я, быстро осмотрев комнату. Поникнув лицо гитариста, поменялось. Я подумал, что он хотел поспорить со мной — он был бы не прав. В конце концов, он с трудом вышел за дверь и не оглянулся назад. Наступил момент, когда мы снова были одни — вся группа сосредоточилась на мне.

—  Какого хрена, чувак? — спросил Кольт, хлопнув кулаком по столу. — Этот парень был хорош!

—  На самом деле, — вздохнул Портер, его оголённые плечи напряглись после того, как он крепко сжал их. Несмотря на татуировки на тёмной коже, он всё равно выглядел как обиженный ребёнок. — Нам нужно двигаться дальше, выбери уже, наконец, этого чертового гитариста!

—  Ни один из них не был точен, — ответил я, и полез в карман за сигаретами. Свирепый взгляд Портера остановил меня. — Послушай, прости, но я не смогу заменить Джонни каким-то, бл*дь, ребёнком, который может дёргать за струны.

Кольт фыркнул, демонстративно отворачивая голову так, что я смог увидеть повязку, приклеенную к его уху. Кто-то умудрился отодрать один из датчиков его ушного мониторинга во время вчерашней потасовки — просто ещё один пострадавший от моего решения выгнать Джонни.

—  Ты должен кого-то найти, Дрез. Меня не особо привлекала перспектива получить от этого турне лишь очередной шрам.

Поморщив свой нос, я хотел начать спорить, но стук в дверь прервал нас. Мы прослушивали людей уже больше часа. Я знал, что мы должны были вернуться к работе, но мне стало интересно, приблизились ли мы к концу колоды. Или Бренда даже не потрудилась отсеять бездельников, тратящих в пустую наше время?

А что, если она всё-таки это сделала, и это было лучшее из того, что менеджер тура и фанатская шпана могли нам предложить?

—  Входите, — проворчал я.

Вначале показались её пальцы, обхватившие край двери. Потом к «тусовке» присоединились слишком большие и голубые глаза. Она была стройной в нужных местах, и округлой во всех остальных. Её обнажённые плечи слегка порозовели от палящего солнца.

Самопроизвольно мой взгляд сфокусировался на том, как плотно сидели на ней джинсы. Местами они были порваны, что значило — человек усердно работал. Также они демонстрировали идеальный изгиб её задницы.

А чем всё кончилось?

Я был занят разглядыванием чехла её гитары.

—  Э-э, привет, — произнесла она, разглядывая своими широкими зрачками каждого из нас, одного за другим. — Я пришла на прослушивание, хотя, думаю, это и так очевидно. — Она многозначительно потянула за ремень своего чехла.

Портер стрелял взглядом в мою сторону и наклонился вперед к столу, за которым мы все сидели. Комната была настолько мала, что девушка стояла от нас на расстоянии в четыре-пять футов.

—  Как тебя зовут?

—  Лола, — ответила она, расстёгивая на полу чехол. Гитара внутри — это фиолетовый Fender Stratocaster, который она вытащила и взяла в руки совершенно непринуждённо. В какой-то момент она осмотрелась вокруг, будто бы была потеряна.

Кольт, поняв смысл её колебаний, поднялся и подключил её гитару к ближайшему усилителю.

— Ты давно играешь? — спросил он.

Она пожала плечами, неторопливо скользя пальцами по колкам гитары и с лёгкостью настроила их. Я сгорбился в ожидании грандиозного провала, но первый же её удар по струнам, заставил меня выпрямиться.